178 фраз про «внутренний мир» с глубоким смыслом

Собрали 178 цитат на тему «внутренний мир» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Да, такие времена: Твой мир хрустальный и живой - Здесь не нужен никому Такой.

   Да, такие времена: Твой мир хрустальный и живой - Здесь не нужен никому Такой.
2. «

   Мог ли он измениться? Я не знаю. Может ли большой мир, в котором всем хватает места, схлопнуться до огороженного дворика только для своих? Едва ли.

   Мог ли он измениться? Я не знаю. Может ли большой мир, в котором всем хватает места, схлопнуться до огороженного дворика только для своих? Едва ли.

   — Глория Му · книга
3. «

   Книга должна быть топором для замерзшего в нас моря.

   Книга должна быть топором для замерзшего в нас моря.

   — Франц Кафка
4. «

   Рай и ад могут быть на земле. Мы их носим в себе, куда бы не шли.

   Рай и ад могут быть на земле. Мы их носим в себе, куда бы не шли.

   — Колумб · фильм
5. «

   Я буду горд, силен, мудр и здоров, Ведь в моем мире так много миров.

   Я буду горд, силен, мудр и здоров, Ведь в моем мире так много миров.
6. «

   Порядок вещей таков, что я сам создаю и ясную погоду, и грозу — прежде всего в себе самом, но и вокруг себя тоже.

   Порядок вещей таков, что я сам создаю и ясную погоду, и грозу — прежде всего в себе самом, но и вокруг себя тоже.

   — Андре Моруа · книга
7. «

   Талант — это ж самая редкая красота.

   Талант — это ж самая редкая красота.

   — Даниил Гранин · книга
8. «

   Куда ни податься, от себя не убежишь. Как от тени. Всегда следует за тобой по пятам.

   Куда ни податься, от себя не убежишь. Как от тени. Всегда следует за тобой по пятам.

   — Харуки Мураками · книга
9. «

   Что женщин, что мужчин, что собак в моём внутреннем мире не так уж и много.

   Что женщин, что мужчин, что собак в моём внутреннем мире не так уж и много.

   — Харуки Мураками · книга
10. «

    Каждый человек носит в себе некую комнату. В этом можно удостовериться даже на слух. Если быстро идти и на ходу прислушиваться — скажем, ночью, когда вокруг тишина, — то услышишь, к примеру, дребезжание какого-нибудь недостаточно надежно закрепленного стенного зеркала.

    Каждый человек носит в себе некую комнату. В этом можно удостовериться даже на слух. Если быстро идти и на ходу прислушиваться — скажем, ночью, когда вокруг тишина, — то услышишь, к примеру, дребезжание какого-нибудь недостаточно надежно закрепленного стенного зеркала.

    — Франц Кафка · книга
11. «

    — Но ведь, предаваясь развлечениям, тоже можно чувствовать себя счастливым? — Нет, нельзя, потому что, предаваясь развлечениям, человек покидает внутренний свой мир ради внешнего и тем самым становится зависимым, становится возможной жертвой тысячи случайностей, неизбежно приносящих с собой печали.

    — Но ведь, предаваясь развлечениям, тоже можно чувствовать себя счастливым? — Нет, нельзя, потому что, предаваясь развлечениям, человек покидает внутренний свой мир ради внешнего и тем самым становится зависимым, становится возможной жертвой тысячи случайностей, неизбежно приносящих с собой печали.

    — Блез Паскаль · книга
12. «

    У каждого из вас есть свой внутренний мир, в котором сейчас происходит настоящая борьба. Борьба с болью. Борьба с окружающим миром и наконец, борьба с самим собой.

    У каждого из вас есть свой внутренний мир, в котором сейчас происходит настоящая борьба. Борьба с болью. Борьба с окружающим миром и наконец, борьба с самим собой.

    — Стейс Крамер · книга
13. «

    Каждый из нас — большое мозаичное панно. Все люди, которые дороги нам (не обязательно существующие, это могут быть даже герои сказок и книг!) становятся маленькой частичкой нас. Мы формируем свою личность из множества образов, не только любимых, иногда и ненавидимых, и пугающих. Этот процесс называется интроекцией. Всё-таки по большей части мы с детства выстраиваем себя из образов именно почитаемых, уважаемых, дорогих. Мы становимся теми, кого любим, уважаем и ценим, и в свою очередь влияем на тех, кто любит, уважает и ценит нас.

    Каждый из нас — большое мозаичное панно. Все люди, которые дороги нам (не обязательно существующие, это могут быть даже герои сказок и книг!) становятся маленькой частичкой нас. Мы формируем свою личность из множества образов, не только любимых, иногда и ненавидимых, и пугающих. Этот процесс называется интроекцией. Всё-таки по большей части мы с детства выстраиваем себя из образов именно почитаемых, уважаемых, дорогих. Мы становимся теми, кого любим, уважаем и ценим, и в свою очередь влияем на тех, кто любит, уважает и ценит нас.
14. «

    Меня настораживают кукольно-красивые люди, кукольно-красивые возможности и, наконец, кукольно-красивая еда. Я — за содержание.

    Меня настораживают кукольно-красивые люди, кукольно-красивые возможности и, наконец, кукольно-красивая еда. Я — за содержание.

    — Эльчин Сафарли · книга
15. «

    Внутри себя все мы одного возраста.

    Внутри себя все мы одного возраста.

    — Гертруда Стайн
16. «

    Успех не в победных титулах, не в медалях или в огромных гонорарах, успех — это состояние духа.

    Успех не в победных титулах, не в медалях или в огромных гонорарах, успех — это состояние духа.

    — Рольф Добелли · книга
17. «

    Голова раскалывалась, а ощущения обострились, будто кто-то подменил меня ночью на другую — более одинокую; прожившую всю жизнь в центре города, в квартире с кошками, геранями, книгами только о море; странная история…

    Голова раскалывалась, а ощущения обострились, будто кто-то подменил меня ночью на другую — более одинокую; прожившую всю жизнь в центре города, в квартире с кошками, геранями, книгами только о море; странная история…

    — Никки Каллен · книга
18. «

    Приведите в такой же порядок свой внутренний мир, в какой привели вы свою внешность.

    Приведите в такой же порядок свой внутренний мир, в какой привели вы свою внешность.

    — Конкордия Антарова · книга
19. «

    Человек — это степь, хранящая в своих недрах тускнеющие во тьме сокровища души, таинственные клады знаний, драгоценные камни эмоций и переживаний, серебряные жилы несказанных слов... Степь, жаждущая раскопок, чутких внимательных глаз, интереса осторожных рук, стремящаяся распахнуть свои тайны тому, кто не пройдёт мимо, не плюнет в звенящую траву с пыльной дороги, тому, в чьём взгляде прочтёт седое небо: ты нужна мне, степь. Я хочу тебя познать. И каждая степь трепетно дрожит, беременная своей полнотой, готовая дарить... не зная, что раскопки могут открыть не только великие дворцы, полные сказочных богатств, но и пару глиняных черепков, да осколки мечтаний оказаться чуть большим, чем ты есть на самом деле.

    Человек — это степь, хранящая в своих недрах тускнеющие во тьме сокровища души, таинственные клады знаний, драгоценные камни эмоций и переживаний, серебряные жилы несказанных слов... Степь, жаждущая раскопок, чутких внимательных глаз, интереса осторожных рук, стремящаяся распахнуть свои тайны тому, кто не пройдёт мимо, не плюнет в звенящую траву с пыльной дороги, тому, в чьём взгляде прочтёт седое небо: ты нужна мне, степь. Я хочу тебя познать. И каждая степь трепетно дрожит, беременная своей полнотой, готовая дарить... не зная, что раскопки могут открыть не только великие дворцы, полные сказочных богатств, но и пару глиняных черепков, да осколки мечтаний оказаться чуть большим, чем ты есть на самом деле.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Картина, которую вы видели… Она крутилась в моей голове две-три недели, и, наконец, я увидела ее полностью. И готова была положить на холст. Тогда я заперлась в своей комнате на неделю. Я выныривала в мир, чтобы что-нибудь съесть и принять душ. И даже… Еда и дыхание не главное, когда я рисую.

    Картина, которую вы видели… Она крутилась в моей голове две-три недели, и, наконец, я увидела ее полностью. И готова была положить на холст. Тогда я заперлась в своей комнате на неделю. Я выныривала в мир, чтобы что-нибудь съесть и принять душ. И даже… Еда и дыхание не главное, когда я рисую.

    — Кэрол Маринелли · книга