183 цитаты про «внутренний мир», проверенных временем

Собрали 183 цитаты на тему «внутренний мир» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я спросила у дедушки Зифуса, почему так произошло, что Зафар полюбил другую девушку и не женился на мне, а я осталась без пары, ведь на Зару такое бывает очень редко. Дедушка Зифус сказал мне, что у них в душах целые невидимые шары, а в моей душе невидимый шар разбился на мелкие осколки, и поэтому я должна его починить. И тогда я тоже смогу быть такой же счастливой, как и все на Зару, и кто-то сможет увидеть свет внутри меня и возродить в моей душе любовь. Я спросила, что нужно делать, чтобы починить свой невидимый шар. А дедушка сказал мне приходить сюда и смотреть на океан, а еще записывать свои мысли. И вот я сижу здесь и пишу их. Это скучно. Мои мысли густые и тягучие, как горячая карамель из соседней конфетной лавки. Только совсем не сладкие, а какие-то безвкусные.

   Я спросила у дедушки Зифуса, почему так произошло, что Зафар полюбил другую девушку и не женился на мне, а я осталась без пары, ведь на Зару такое бывает очень редко. Дедушка Зифус сказал мне, что у них в душах целые невидимые шары, а в моей душе невидимый шар разбился на мелкие осколки, и поэтому я должна его починить. И тогда я тоже смогу быть такой же счастливой, как и все на Зару, и кто-то сможет увидеть свет внутри меня и возродить в моей душе любовь. Я спросила, что нужно делать, чтобы починить свой невидимый шар. А дедушка сказал мне приходить сюда и смотреть на океан, а еще записывать свои мысли. И вот я сижу здесь и пишу их. Это скучно. Мои мысли густые и тягучие, как горячая карамель из соседней конфетной лавки. Только совсем не сладкие, а какие-то безвкусные.

   — Эльфиайя
2. «

   Вывернутый наизнанку мир, его контуры — это же наше воображение о нем, сам по себе он, наверное, безвкусен и бесцветен, и кто-то его таким и видит всю жизнь, разве нет? Провидение ведет свою игру и вершит нашу судьбу, в которой каждый только сам может решить, что утрата, а что — счастье. И старость сама по себе, скорее всего, всегда одинакова, это мы окрашиваем ее в разные цвета, делаем ее мучительной, спокойной или еще какой-то…

   Вывернутый наизнанку мир, его контуры — это же наше воображение о нем, сам по себе он, наверное, безвкусен и бесцветен, и кто-то его таким и видит всю жизнь, разве нет? Провидение ведет свою игру и вершит нашу судьбу, в которой каждый только сам может решить, что утрата, а что — счастье. И старость сама по себе, скорее всего, всегда одинакова, это мы окрашиваем ее в разные цвета, делаем ее мучительной, спокойной или еще какой-то…

   — Елена Котова · книга
3. «

   И все чем лучше она рисовала, тем хуже становилась ее жизнь — пока реальный мир не стал совсем нехорош для нее. Дошло до того, что все стало ей как чужое. Дошло до того, что никто больше не был достаточно для нее добрым, достаточно утонченным, достаточно реальным. Ни мальчишки из средней школы. Ни другие девчонки. Ничто не был столь же реальным, как ее вымышленный мир.

   И все чем лучше она рисовала, тем хуже становилась ее жизнь — пока реальный мир не стал совсем нехорош для нее. Дошло до того, что все стало ей как чужое. Дошло до того, что никто больше не был достаточно для нее добрым, достаточно утонченным, достаточно реальным. Ни мальчишки из средней школы. Ни другие девчонки. Ничто не был столь же реальным, как ее вымышленный мир.

   — Чак Паланик · книга
4. «

   Наша задача – отделить атму, душу, или дух, от всего остального. Для этого нужно разложить материальное творение на составляющие, одной из которых является ум. Природа ума – принимать и отвергать. «Я хочу это, я не хочу то». Что такое ум? Это некое внутреннее начало, которое заставляет меня испытывать приязнь и неприязнь ко внешнему миру. Так устроен ум. По этим признакам можно отделить его от остальных элементов внутри своего «я». Понять, что такое ум, можно только на собственном опыте. Для этого достаточно заглянуть внутрь себя. Там же, внутри себя, можно обнаружить более тонкое начало – разум, способность рассуждать, логически мыслить. Если задаться целью, можно почувствовать это на собственном опыте. Эти начала – ум и рассудок – не надо искать во внешнем мире. Они внутри тебя. Их можно почти потрогать. Итак, сначала мы проходим ум, затем рассудок. Но всё это свойства чего-то более тонкого, того, что мы называем душой или сознанием. Этим путём следуют йоги. Они отделяют один от другого компоненты своего «я» и анализируют их. Чтобы увидеть воочию ум и рассудок, достаточно заглянуть внутрь себя.

   Наша задача – отделить атму, душу, или дух, от всего остального. Для этого нужно разложить материальное творение на составляющие, одной из которых является ум. Природа ума – принимать и отвергать. «Я хочу это, я не хочу то». Что такое ум? Это некое внутреннее начало, которое заставляет меня испытывать приязнь и неприязнь ко внешнему миру. Так устроен ум. По этим признакам можно отделить его от остальных элементов внутри своего «я». Понять, что такое ум, можно только на собственном опыте. Для этого достаточно заглянуть внутрь себя. Там же, внутри себя, можно обнаружить более тонкое начало – разум, способность рассуждать, логически мыслить. Если задаться целью, можно почувствовать это на собственном опыте. Эти начала – ум и рассудок – не надо искать во внешнем мире. Они внутри тебя. Их можно почти потрогать. Итак, сначала мы проходим ум, затем рассудок. Но всё это свойства чего-то более тонкого, того, что мы называем душой или сознанием. Этим путём следуют йоги. Они отделяют один от другого компоненты своего «я» и анализируют их. Чтобы увидеть воочию ум и рассудок, достаточно заглянуть внутрь себя.

   — Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Махарадж · книга
5. «

   Засыпая, он всё глубже погружался в самого себя и совершал триумфальный въезд в свою внутреннюю крепость, где праздновал в мечтах некую победу обоняния, гигантскую оргию с густым дымом ладана и парами мирры в свою честь.

   Засыпая, он всё глубже погружался в самого себя и совершал триумфальный въезд в свою внутреннюю крепость, где праздновал в мечтах некую победу обоняния, гигантскую оргию с густым дымом ладана и парами мирры в свою честь.

   — Патрик Зюскинд · книга
6. «

   — Ты хочешь сказать, что ценится внутренний мир? — Да, именно так. — Я думаю, не будь она красавицей, ты бы даже на неё не взглянул.

   — Ты хочешь сказать, что ценится внутренний мир? — Да, именно так. — Я думаю, не будь она красавицей, ты бы даже на неё не взглянул.

   — Неоновый демон (The Neon Demon) · фильм
7. «

   Чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой.

   Чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой.

   — Харпер Ли · книга
8. «

   Но я не виню их — их надо пожалеть. Знаешь, за что? За то, что большинство из них смотрят только на внешность и не обращают внимания на то, что у человека внутри.

   Но я не виню их — их надо пожалеть. Знаешь, за что? За то, что большинство из них смотрят только на внешность и не обращают внимания на то, что у человека внутри.

   — Курт Вагнер / Ночной Змей / Попрыгун · фильм
9. «

   Мой мир только внешне очень мирный и чистый. Да, в нём чистые тротуары... Да, нет резни... Да, мы все беспрерывно говорим о литературе, искусстве, музыке, смотрим возвышенные зрелища, говорим о гуманности и бесценности человеческой жизни... но что-то делает нас готовыми убивать, жечь, разрушать. Хуже того — убивать без той злобы, страсти, ликования, с которыми убивают крестоносцы!

   Мой мир только внешне очень мирный и чистый. Да, в нём чистые тротуары... Да, нет резни... Да, мы все беспрерывно говорим о литературе, искусстве, музыке, смотрим возвышенные зрелища, говорим о гуманности и бесценности человеческой жизни... но что-то делает нас готовыми убивать, жечь, разрушать. Хуже того — убивать без той злобы, страсти, ликования, с которыми убивают крестоносцы!

   — Гай Юлий Орловский · книга
10. «

    Но когда я понял, что проблема не в тебе, а внутри меня, я обрел Внутренний Покой и сумел обуздать энергию Вселенной.

    Но когда я понял, что проблема не в тебе, а внутри меня, я обрел Внутренний Покой и сумел обуздать энергию Вселенной.
11. «

    То, что позади нас, и то, что впереди нас значит так мало по сравнению с тем, что внутри нас.

    То, что позади нас, и то, что впереди нас значит так мало по сравнению с тем, что внутри нас.

    — Ральф Уолдо Эмерсон
12. «

    Будь пушистым внутри и бронированным снаружи.

    Будь пушистым внутри и бронированным снаружи.

    — Дмитрий Емец · книга
13. «

    Мой внутренний мир — более надежное убежище. Назовите его как угодно — духом, мыслью, душой; название не имеет значения. Здесь власть моя куда больше, чем в мире внешнем. Я волен не соглашаться с теми или иными взглядами, строить умозаключения, погружаться в воспоминания; я волен презирать опасность и с мудрым смирением ожидать старости. И все-таки даже в этой крепости я не изолирован от внешнего мира. Сильная боль мешает свободной работе мысли; телесные страдания влияют на умственную деятельность; навязчивые идеи с изнуряющим постоянством лезут в голову; болезни мозга приводят к душевному расстройству. Таким образом, я принадлежу внешнему миру и одновременно не принадлежу ему. Мир обретает для меня реальность лишь внутри меня. Я сужу о нем лишь по моим ощущениям и по тому, как интерпретирует эти ощущения мой разум. Я не могу перестать быть собой и стать миром. Но без «этого странного хоровода» вокруг меня я лишился бы разом и ощущений, и мыслей. В голове моей теснятся образы внешнего мира — и только они. Вот почему я не разделяю взглядов епископа Беркла и не причисляю себя к чистым идеалистам; я не верю в то, что, пересекая Ла-Манш или Атлантику, я всякий раз заново создаю Лондон или Нью-Йорк; я не верю в то, что внешний мир не более, чем мое представление о нем, которое исчезнет вместе со мной. «И умирая, уничтожу мир», — сказал поэт. Мир перестанет существовать для меня, но не для других, а я верю в существование других людей.

    Мой внутренний мир — более надежное убежище. Назовите его как угодно — духом, мыслью, душой; название не имеет значения. Здесь власть моя куда больше, чем в мире внешнем. Я волен не соглашаться с теми или иными взглядами, строить умозаключения, погружаться в воспоминания; я волен презирать опасность и с мудрым смирением ожидать старости. И все-таки даже в этой крепости я не изолирован от внешнего мира. Сильная боль мешает свободной работе мысли; телесные страдания влияют на умственную деятельность; навязчивые идеи с изнуряющим постоянством лезут в голову; болезни мозга приводят к душевному расстройству. Таким образом, я принадлежу внешнему миру и одновременно не принадлежу ему. Мир обретает для меня реальность лишь внутри меня. Я сужу о нем лишь по моим ощущениям и по тому, как интерпретирует эти ощущения мой разум. Я не могу перестать быть собой и стать миром. Но без «этого странного хоровода» вокруг меня я лишился бы разом и ощущений, и мыслей. В голове моей теснятся образы внешнего мира — и только они. Вот почему я не разделяю взглядов епископа Беркла и не причисляю себя к чистым идеалистам; я не верю в то, что, пересекая Ла-Манш или Атлантику, я всякий раз заново создаю Лондон или Нью-Йорк; я не верю в то, что внешний мир не более, чем мое представление о нем, которое исчезнет вместе со мной. «И умирая, уничтожу мир», — сказал поэт. Мир перестанет существовать для меня, но не для других, а я верю в существование других людей.

    — Андре Моруа · книга
14. «

    Мы стремимся к внутреннему существованию, а не внешнему. Мы хотим удалять слои корысти и, обращая свой взор в сторону своего существа, просто убирать неестественное.

    Мы стремимся к внутреннему существованию, а не внешнему. Мы хотим удалять слои корысти и, обращая свой взор в сторону своего существа, просто убирать неестественное.

    — Бхакти Судхир Госвами
15. «

    У меня внутри то, что должно быть у каждого нормального человека — фабрика по производству лучшего себя на завтрашний день.

    У меня внутри то, что должно быть у каждого нормального человека — фабрика по производству лучшего себя на завтрашний день.
16. «

    Большинство людей представляют из себя просто тело, обычное тело и думают только о том, как бы скрыться от жизненных невзгод. А некоторые люди сами создают вокруг себя собственный мир. Мир людей и событий.

    Большинство людей представляют из себя просто тело, обычное тело и думают только о том, как бы скрыться от жизненных невзгод. А некоторые люди сами создают вокруг себя собственный мир. Мир людей и событий.

    — Олег Рой · книга
17. «

    Мы, как завороженные, следуем за идеалами красоты и совершенно забываем обратить внимание на внутренний мир человека. Стоит задуматься и приглядеться. Может, у этого человека вовсе его нет, а сам он живет с пепелищем разрушенного города внутри.

    Мы, как завороженные, следуем за идеалами красоты и совершенно забываем обратить внимание на внутренний мир человека. Стоит задуматься и приглядеться. Может, у этого человека вовсе его нет, а сам он живет с пепелищем разрушенного города внутри.

    — Лика Верх · книга
18. «

    Внутренний мир каждого из нас существует и развивается по собственным законам. Невозможно постигать дух, используя логику, предметы и формы…

    Внутренний мир каждого из нас существует и развивается по собственным законам. Невозможно постигать дух, используя логику, предметы и формы…

    — Наталья Солнцева · книга
19. «

    Внутри тебя — твое собственное сокровище, собственная красота, собственная замечательная компания. Всё это — плод твоей молитвы. И если сейчас не строить отношения с Богом, то придёт день, когда тебе будет очень больно, ты начнёшь страдать. Почувствуй его сейчас. Пусть будут только ты и Бог, оставь других людей в покое.

    Внутри тебя — твое собственное сокровище, собственная красота, собственная замечательная компания. Всё это — плод твоей молитвы. И если сейчас не строить отношения с Богом, то придёт день, когда тебе будет очень больно, ты начнёшь страдать. Почувствуй его сейчас. Пусть будут только ты и Бог, оставь других людей в покое.

    — Архимандрит Андрей (Конанос) · книга
20. «

    Он всегда существовал внутри себя, ради своих книг и в них самих, как добровольный пленник.

    Он всегда существовал внутри себя, ради своих книг и в них самих, как добровольный пленник.

    — Карлос Руис Сафон · книга