230 цитат про «внутренний мир»

Собрали 230 цитат на тему «внутренний мир» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Нет одинаковых книг. Даже если у них одна и та же обложка, иллюстрации и цвет бумаги. Потому что каждый человек, читая книгу, наполняет её своим миром. И когда мы спорим о какой-то книге, на самом деле мы спорим о своих мирах.

   Нет одинаковых книг. Даже если у них одна и та же обложка, иллюстрации и цвет бумаги. Потому что каждый человек, читая книгу, наполняет её своим миром. И когда мы спорим о какой-то книге, на самом деле мы спорим о своих мирах.
2. «

   Внутри каждого человека живет что-то одно, главное, что самую суть его составляет и всем остальным руководит. Вынь это главное – и кончится прежний человек, а останется одно пустое тело, будто мякоть сливовая без косточки. Кто ненавистью живет, кто – тоской, кто – похотью любовной.

   Внутри каждого человека живет что-то одно, главное, что самую суть его составляет и всем остальным руководит. Вынь это главное – и кончится прежний человек, а останется одно пустое тело, будто мякоть сливовая без косточки. Кто ненавистью живет, кто – тоской, кто – похотью любовной.

   — Гузель Яхина · книга
3. «

   Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

   Я опустился на дно собственной души и теперь знаю, что есть в этой жизни ещё много, много прекрасного.

   — Пауло Коэльо · книга
4. «

   Мне кажется, нужно обладать большим мужеством или чем-то еще, чтобы вторгаться в других, внутрь других людей. Мы все думаем, что люди вокруг живут в крепостях, в цитаделях, за крепостными рвами, за отвесными стенами, утыканными шипами и битым стеклом. Но на самом деле мы живём в куда более чахлых сооружениях. Выясняется, что мы все – времянки. Или даже нет, можно просто просунуть голову в палатку и потом залезть. Если дадут добро.

   Мне кажется, нужно обладать большим мужеством или чем-то еще, чтобы вторгаться в других, внутрь других людей. Мы все думаем, что люди вокруг живут в крепостях, в цитаделях, за крепостными рвами, за отвесными стенами, утыканными шипами и битым стеклом. Но на самом деле мы живём в куда более чахлых сооружениях. Выясняется, что мы все – времянки. Или даже нет, можно просто просунуть голову в палатку и потом залезть. Если дадут добро.

   — Мартин Эмис · книга
5. «

   Если ваше сознание подобно мячику для гольфа, из любой книги вы возьмете мыслей не больше этого мячика, а глядя в окно — увидите мир точно с такой же мячик. Вы просыпаетесь и проживаете очередной день, включаясь в жизнь через этот мячик, и радость, испытанная вами, также помещается в него.

   Если ваше сознание подобно мячику для гольфа, из любой книги вы возьмете мыслей не больше этого мячика, а глядя в окно — увидите мир точно с такой же мячик. Вы просыпаетесь и проживаете очередной день, включаясь в жизнь через этот мячик, и радость, испытанная вами, также помещается в него.

   — Дэвид Линч · книга
6. «

   Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил бы с своею кровью, но что-то другое в него вселилось, чего он никак не допускал, над чем всегда трунил, что возмущало всю его гордость. В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое равнодушное презрение ко всему романтическому; а оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе.

   Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил бы с своею кровью, но что-то другое в него вселилось, чего он никак не допускал, над чем всегда трунил, что возмущало всю его гордость. В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое равнодушное презрение ко всему романтическому; а оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
7. «

   Звонят в дверь. Но я не пойду открывать. Нет, не так... Звонят в дверь... И Англо открывает вместо меня. На него можно положиться. Ты что-нибудь знаешь о моих дверях?

   Звонят в дверь. Но я не пойду открывать. Нет, не так... Звонят в дверь... И Англо открывает вместо меня. На него можно положиться. Ты что-нибудь знаешь о моих дверях?

   — Анна (художница) · фильм
8. «

   При внутреннем богатстве человек не станет многого от судьбы требовать.

   При внутреннем богатстве человек не станет многого от судьбы требовать.

   — Артур Шопенгауэр · книга
9. «

   Как бы ни была переполнена душа, в ней всегда останется место для еще одной книги.

   Как бы ни была переполнена душа, в ней всегда останется место для еще одной книги.
10. «

    Я скажу тебе на ухо: «Отьебись от меня», жестокий и злой, Зачем ты смотришь на мои слова, вылетающие из зашитого белыми нитками рта? Для чего ищешь во мне идеалы, которых нет? Как будто маленькая девочка из дешевой фантазии пишет о себе в дневнике, Я кровью пишу на окне твое имя... фу... все слишком приторно, слишком ванильно. Счет за коммунальные услуги условен, ведь несколько дней, находясь в темноте, Танцую наедине с собой, и с тобой мое единение произойдет лишь во сне, Хотя даже в сказках нас нет, и предпочту челюстью встретить кастет, Чем твоя ладонь прикоснется ко мне, ведь, хоть и неоценимо ценю каждый взгляд, Но, чем ближе мы, тем скорей нас разъединят.

    Я скажу тебе на ухо: «Отьебись от меня», жестокий и злой, Зачем ты смотришь на мои слова, вылетающие из зашитого белыми нитками рта? Для чего ищешь во мне идеалы, которых нет? Как будто маленькая девочка из дешевой фантазии пишет о себе в дневнике, Я кровью пишу на окне твое имя... фу... все слишком приторно, слишком ванильно. Счет за коммунальные услуги условен, ведь несколько дней, находясь в темноте, Танцую наедине с собой, и с тобой мое единение произойдет лишь во сне, Хотя даже в сказках нас нет, и предпочту челюстью встретить кастет, Чем твоя ладонь прикоснется ко мне, ведь, хоть и неоценимо ценю каждый взгляд, Но, чем ближе мы, тем скорей нас разъединят.
11. «

    Должен быть кто-то, кто сел бы рядом, выпил чая, рассказал о своих мечтах и надеждах, а потом выслушал бы меня.

    Должен быть кто-то, кто сел бы рядом, выпил чая, рассказал о своих мечтах и надеждах, а потом выслушал бы меня.

    — Джимми Лиао · книга
12. «

    Меня часто спрашивают, чувствую ли я полное слияние с персонажем? Честно говоря, почти никогда. Думаю, что подобное слияние актеру вообще не под силу. Всегда есть контроль. Сначала приходится создавать образ в воображении, потом, так сказать, облекать его в плоть, но при обязательном контроле над собой. Тут не помогают ни реквизит, ни декорации. Они приданы в помощь зрителю. По-моему, актерский образ — это вроде копии твоего внутреннего мира, которую нужно ухватить.

    Меня часто спрашивают, чувствую ли я полное слияние с персонажем? Честно говоря, почти никогда. Думаю, что подобное слияние актеру вообще не под силу. Всегда есть контроль. Сначала приходится создавать образ в воображении, потом, так сказать, облекать его в плоть, но при обязательном контроле над собой. Тут не помогают ни реквизит, ни декорации. Они приданы в помощь зрителю. По-моему, актерский образ — это вроде копии твоего внутреннего мира, которую нужно ухватить.

    — Жерар Филип
13. «

    — Все пытаются обвинять. Потому что не хотят смотреть внутрь себя. — А что вы видите, смотря в себя? — Внутрь себя? Я вижу всё... Всё подряд. Я вижу хорошее, плохое, зло. Вижу всю картину. — И сколько же зла вы увидели? — Столько, сколько и вы. — Так что вы видите? — Всех вас. Вижу мир, который вы не завоевали. Разум бесконечен. Бросьте меня в глухую темницу, для вас — это был бы конец... а для меня — это всего лишь начало. Там целый мир, где я свободен. Мир, который вы не завоевали!

    — Все пытаются обвинять. Потому что не хотят смотреть внутрь себя. — А что вы видите, смотря в себя? — Внутрь себя? Я вижу всё... Всё подряд. Я вижу хорошее, плохое, зло. Вижу всю картину. — И сколько же зла вы увидели? — Столько, сколько и вы. — Так что вы видите? — Всех вас. Вижу мир, который вы не завоевали. Разум бесконечен. Бросьте меня в глухую темницу, для вас — это был бы конец... а для меня — это всего лишь начало. Там целый мир, где я свободен. Мир, который вы не завоевали!

    — Чарльз Мэнсон
14. «

    Вначале познай себя, а потом укрась себя.

    Вначале познай себя, а потом укрась себя.

    — Эпиктет
15. «

    С некоторых пор мне стало казаться, что этот лес в конечном счете — часть моего «я». Я блуждал внутри самого себя. Подобно тому, как кровь циркулирует по кровеносным сосудам. Выходит, я видел перед собой собственный внутренний мир, и то, что выглядело в моих глазах угрожающе, на самом деле — эхо засевших во мне страхов. Опутывающая меня паутина — это паучья сеть, раскинутая в моем сердце. И птицы, что щебечут над головой, выращены мной. Вот какие образы рождались и пускали корни в моей голове.

    С некоторых пор мне стало казаться, что этот лес в конечном счете — часть моего «я». Я блуждал внутри самого себя. Подобно тому, как кровь циркулирует по кровеносным сосудам. Выходит, я видел перед собой собственный внутренний мир, и то, что выглядело в моих глазах угрожающе, на самом деле — эхо засевших во мне страхов. Опутывающая меня паутина — это паучья сеть, раскинутая в моем сердце. И птицы, что щебечут над головой, выращены мной. Вот какие образы рождались и пускали корни в моей голове.

    — Харуки Мураками · книга
16. «

    Единственное путешествие, из которого возвращаешься не с пустыми руками, — это погружение в себя. Там, внутри, ведь нет границ, нет таможни, там можно достичь даже самых далёких звёзд. Либо бродить по тем местам, которых уже не существует, и навещать людей, которых уже нет. Даже посетить те места, которых никогда не было, а возможно, никогда и быть не могло.

    Единственное путешествие, из которого возвращаешься не с пустыми руками, — это погружение в себя. Там, внутри, ведь нет границ, нет таможни, там можно достичь даже самых далёких звёзд. Либо бродить по тем местам, которых уже не существует, и навещать людей, которых уже нет. Даже посетить те места, которых никогда не было, а возможно, никогда и быть не могло.

    — Оз Амос · книга
17. «

    Дoждик лил как из ведра. Я открыл калитку И увидел средь двора Глупую Улитку. Говорю ей: — Посмoтри, Ты ведь мокнешь в луже. А она мне изнутри: — Это ведь cнаружи... А внутри меня весна, День стоит чудесный! — Отвечала мне она Из скорлупки тесной. Говорю: — Повсюду мрак, Не спастись от стужи! А она в ответ: — Пустяк. Это ведь снаружи... А внутри меня уют: Расцветают розы, Птицы дивные поют, И блестят стрекозы! — Что ж, сиди сама с собой! — Я сказал с улыбкой. И простился со смешной Глупенькой Улиткой. Дождь закончился давно, Солнце — на полмира... А внутри меня темно, Холодно и сыро.

    Дoждик лил как из ведра. Я открыл калитку И увидел средь двора Глупую Улитку. Говорю ей: — Посмoтри, Ты ведь мокнешь в луже. А она мне изнутри: — Это ведь cнаружи... А внутри меня весна, День стоит чудесный! — Отвечала мне она Из скорлупки тесной. Говорю: — Повсюду мрак, Не спастись от стужи! А она в ответ: — Пустяк. Это ведь снаружи... А внутри меня уют: Расцветают розы, Птицы дивные поют, И блестят стрекозы! — Что ж, сиди сама с собой! — Я сказал с улыбкой. И простился со смешной Глупенькой Улиткой. Дождь закончился давно, Солнце — на полмира... А внутри меня темно, Холодно и сыро.

    — Андрей Алексеевич Усачёв
18. «

    Когда Вы двигаетесь по жизни, исходя из своего гармоничного состояния, Вас мало кто может сбить с пути к целям. Реклама перестает действовать, соцсети больше на Вас не влияют, и никто не сможет навязать Вам не Ваши желания. Быть в ладу с собой — навык накопительный, с высокой процентной ставкой. Если пожить в гармонии год, это войдет в привычку.

    Когда Вы двигаетесь по жизни, исходя из своего гармоничного состояния, Вас мало кто может сбить с пути к целям. Реклама перестает действовать, соцсети больше на Вас не влияют, и никто не сможет навязать Вам не Ваши желания. Быть в ладу с собой — навык накопительный, с высокой процентной ставкой. Если пожить в гармонии год, это войдет в привычку.

    — Валентина Паевская · книга
19. «

    Ничего мы друг о друге не знаем, да и знать не умеем, и так – всю жизнь. Открытие за открытием, и все открытия почему-то поганые. Открываются расписные ворота души, и несет оттуда вдруг такой тухлятиной, что хоть святых выноси…

    Ничего мы друг о друге не знаем, да и знать не умеем, и так – всю жизнь. Открытие за открытием, и все открытия почему-то поганые. Открываются расписные ворота души, и несет оттуда вдруг такой тухлятиной, что хоть святых выноси…

    — Борис Стругацкий · книга
20. «

    Голова раскалывалась, а ощущения обострились, будто кто-то подменил меня ночью на другую — более одинокую; прожившую всю жизнь в центре города, в квартире с кошками, геранями, книгами только о море; странная история…

    Голова раскалывалась, а ощущения обострились, будто кто-то подменил меня ночью на другую — более одинокую; прожившую всю жизнь в центре города, в квартире с кошками, геранями, книгами только о море; странная история…

    — Никки Каллен · книга