11 фраз на тему «Красивые цитаты о войне» для дневника

Тема «Красивые цитаты о войне» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 11 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Не плачьте, матери! Невесты, улыбнитесь И поцелуем освятите острый меч: Ведь с ним пойдет на бой ваш храбрый витязь, Чтоб ваше счастье от врага сберечь.

   Не плачьте, матери! Невесты, улыбнитесь И поцелуем освятите острый меч: Ведь с ним пойдет на бой ваш храбрый витязь, Чтоб ваше счастье от врага сберечь.

   — Геза Дёни
2. «

   Сегодня день Большой Победы, Над злым фашизмом и врагом. За мир сражались наши деды, Чтоб мы могли иметь свой дом.

   Сегодня день Большой Победы, Над злым фашизмом и врагом. За мир сражались наши деды, Чтоб мы могли иметь свой дом.
3. «

   Когда женщины говорят, у них нет или почти нет того, о чем мы привыкли читать и слышать: как одни люди героически убивали других и победили. Или проигра-ли. Какая была техника и какие генералы. Женские рассказы другие и о другом. У «женской» войны свои краски, свои запахи, свое освещение и свое пространство чувств. Свои слова. Там нет героев и невероятных подвигов, там есть просто люди, которые заняты не-человеческим человеческим делом. И страдают там не только они (люди!), но и земля, и птицы, и деревья. Все, кто живут вместе с нами на земле. Страдают они без слов, что еще страшнее.

   Когда женщины говорят, у них нет или почти нет того, о чем мы привыкли читать и слышать: как одни люди героически убивали других и победили. Или проигра-ли. Какая была техника и какие генералы. Женские рассказы другие и о другом. У «женской» войны свои краски, свои запахи, свое освещение и свое пространство чувств. Свои слова. Там нет героев и невероятных подвигов, там есть просто люди, которые заняты не-человеческим человеческим делом. И страдают там не только они (люди!), но и земля, и птицы, и деревья. Все, кто живут вместе с нами на земле. Страдают они без слов, что еще страшнее.

   — Светлана Алексиевич · книга
4. «

   Рыцарей смелых сраженья. Шум и веселье пиров, Грозных империй паденье, Тайн полуночных покров. Всюду бурьян и терновник, Да, по колено, дурман, Ярко алеет шиповник, Сизый клубится туман…

   Рыцарей смелых сраженья. Шум и веселье пиров, Грозных империй паденье, Тайн полуночных покров. Всюду бурьян и терновник, Да, по колено, дурман, Ярко алеет шиповник, Сизый клубится туман…
5. «

   Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

   Иногда я слышу: сколько можно писать о войне? Да, я думала о том, что знание, которым наполняю блокноты, нагружаю свою душу, тяжело и невыносимо для человека. У нас, живущих в такой усовершенствованный технический век, что нам грозит уже не одна из войн, подобных тем, которые знало человечество, а экологическая катастрофа, осталась надежда, что самое сильное оружие, самое непобедимое — человеческая память. Память! Но какие сложные, какие запутанные её линии, её чертежи! — всё больше убеждаюсь с каждым днём поиска. Куда посложнее чертежей самой адской машины, которую изобрели или хотят изобрести, чтобы убивать уже не сотни, не тысячи, а сразу миллионы человек, и вместе с ними их память, эту нематериальную материю, без которой мы, люди, перестали бы быть людьми. Как уловить её, овеществить в слове?

   — Светлана Алексиевич · книга
6. «

   Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

   Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.

   — Василий Гроссман · книга
7. «

   Впереди бесконечная зима и столь же бесконечная череда смертей.

   Впереди бесконечная зима и столь же бесконечная череда смертей.
8. «

   Место, где было страшно, как никогда, где умирали драяды и лилась алая кровь, вдруг показалось Селене не таким уж и гнетущим. Там было тихо, уединённо. Там был Берт.

   Место, где было страшно, как никогда, где умирали драяды и лилась алая кровь, вдруг показалось Селене не таким уж и гнетущим. Там было тихо, уединённо. Там был Берт.
9. «

   Кто сказал, что надо бросить Песни на войне? После боя сердце просит Музыки вдвойне!

   Кто сказал, что надо бросить Песни на войне? После боя сердце просит Музыки вдвойне!

   — Алексей Титаренко «Маэстро» · фильм
10. «

    Мы приходим в этот мир с закрытыми глазами, и многие всю жизнь так и живут. Мы слепо идём за любым вождем, лишь бы нам дали шанс наполнить свою жизнь смыслом. Для меня это был десант. Полгода назад мы с моим лучшим другом Уиллом стали солдатами. Мы оказались на другом конце света, в Южной Корее. Братья по оружию... Нам часто приходилось туго, но я всегда знал, что могу на него расчитывать. Северные корейцы напали на Сеул, мы сумели дать им отпор. Это было не задание, это было посвящение.

    Мы приходим в этот мир с закрытыми глазами, и многие всю жизнь так и живут. Мы слепо идём за любым вождем, лишь бы нам дали шанс наполнить свою жизнь смыслом. Для меня это был десант. Полгода назад мы с моим лучшим другом Уиллом стали солдатами. Мы оказались на другом конце света, в Южной Корее. Братья по оружию... Нам часто приходилось туго, но я всегда знал, что могу на него расчитывать. Северные корейцы напали на Сеул, мы сумели дать им отпор. Это было не задание, это было посвящение.

    — Джек Митчелл · игра
11. «

    Право же, ни к чему разговоры вести понапрасну - все вопросы решить может только меч самурайский, только этот клинок заветный!..

    Право же, ни к чему разговоры вести понапрасну - все вопросы решить может только меч самурайский, только этот клинок заветный!..

    — Ёсано Тэккан