224 цитаты по теме «Жизненные цитаты о войне» без воды

Тема «Жизненные цитаты о войне» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 224 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Видишь ли, Илюша, женщины превосходят мужчин в эмоциях. Допустим, девушка добрая – так она и милее, и жалостливее, и терпеливее существа мужского пола. Но вот если злобна – пиши пропало. Самый последний подонок не дойдёт до уровня подлости, который легко преодолеет осатаневшая от злобы женщина. Она предаст, убьёт, уничтожит – только бы отомстить обидчику. Война по природе своей и не может быть мужчиной. Она страстна, коварна, беспощадна, яростна – полный набор женских качеств.

   Видишь ли, Илюша, женщины превосходят мужчин в эмоциях. Допустим, девушка добрая – так она и милее, и жалостливее, и терпеливее существа мужского пола. Но вот если злобна – пиши пропало. Самый последний подонок не дойдёт до уровня подлости, который легко преодолеет осатаневшая от злобы женщина. Она предаст, убьёт, уничтожит – только бы отомстить обидчику. Война по природе своей и не может быть мужчиной. Она страстна, коварна, беспощадна, яростна – полный набор женских качеств.

   — Георгий Зотов · книга
2. «

   В войну я так полюбила людей, что никогда уже не смогу их разлюбить…

   В войну я так полюбила людей, что никогда уже не смогу их разлюбить…

   — Светлана Алексиевич · книга
3. «

   В тяжелые времена наёмники стоят дешевле, чем хлеб.

   В тяжелые времена наёмники стоят дешевле, чем хлеб.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Когда мы убиваем наших врагов, это одно и то же, неважно как мы это оправдываем. Война — это всё та же простая бойня! Мы должны закончить еë как можно скорее!

   Когда мы убиваем наших врагов, это одно и то же, неважно как мы это оправдываем. Война — это всё та же простая бойня! Мы должны закончить еë как можно скорее!

   — Лейла Перон (#23) · игра
5. «

   На войне есть живые люди, и есть люди мертвые – и перед этой дихотомией прочие различия меркнут. Даже если вам не нравится писатель Симонов, который написал роман «Живые и мертвые», лучше всё равно не скажешь. Есть рядовые солдаты и офицеры, есть фронт и есть тыл – вот и всё. И больше ничего нет, никаких интеллигентов, никаких инакомыслящих, и быть иначе не может – потому что война.

   На войне есть живые люди, и есть люди мертвые – и перед этой дихотомией прочие различия меркнут. Даже если вам не нравится писатель Симонов, который написал роман «Живые и мертвые», лучше всё равно не скажешь. Есть рядовые солдаты и офицеры, есть фронт и есть тыл – вот и всё. И больше ничего нет, никаких интеллигентов, никаких инакомыслящих, и быть иначе не может – потому что война.

   — Максим Кантор · книга
6. «

   Все они, замерев на месте, молча внимали с повернутыми головами в их сторону. И как по мановению волшебной палочки, натолкнувшись на взгляд Смирова, мгновенно отвернулись и оживленно заговорили. Герман Ванеев направился к «своим» также внезапно, как пришел. А Смирнов еле-еле медленно и преувеличенно спокойно начал движение к тому кабинету, где его ждал друг и товарищ — его шеф, которому он доверял и служил безгранично верно. Он делал свои шаги осторожно — сквозь обволакивающие разговоры тех, которые с каждой секундой оставались все дальше, но не становились менее враждебнее от этого. Эти шаги были сродни тому, когда его однажды чудом отпустили чеченцы из своего «стана» обратно в комендатуру «Северного» – с предложением сдаться без боя. Он хорошо помнил те свои ватные ноги и острый ум, ожидающий каждую секунду выстрела в спину…

   Все они, замерев на месте, молча внимали с повернутыми головами в их сторону. И как по мановению волшебной палочки, натолкнувшись на взгляд Смирова, мгновенно отвернулись и оживленно заговорили. Герман Ванеев направился к «своим» также внезапно, как пришел. А Смирнов еле-еле медленно и преувеличенно спокойно начал движение к тому кабинету, где его ждал друг и товарищ — его шеф, которому он доверял и служил безгранично верно. Он делал свои шаги осторожно — сквозь обволакивающие разговоры тех, которые с каждой секундой оставались все дальше, но не становились менее враждебнее от этого. Эти шаги были сродни тому, когда его однажды чудом отпустили чеченцы из своего «стана» обратно в комендатуру «Северного» – с предложением сдаться без боя. Он хорошо помнил те свои ватные ноги и острый ум, ожидающий каждую секунду выстрела в спину…

   — Юлия Руденко · книга
7. «

   Ты ведёшь войну, Квин. Но понятия не имеешь, что война делает с тобой, как она соскребает частицы твоей души. И кто-то должен тебе напоминать, что ты — это ты, а не то, чем ты становишься.

   Ты ведёшь войну, Квин. Но понятия не имеешь, что война делает с тобой, как она соскребает частицы твоей души. И кто-то должен тебе напоминать, что ты — это ты, а не то, чем ты становишься.

   — Джон Диггл (John Diggle) · сериал
8. «

   — Я знаете, что недавно понял? Любая война, даже самая справедливая, начинается негодяями, которые втравливают в неё свои народы. Вообще, любая война — это заговор негодяев против честных людей, это война негодяев против нас с вами. Вот, что я вам скажу.

   — Я знаете, что недавно понял? Любая война, даже самая справедливая, начинается негодяями, которые втравливают в неё свои народы. Вообще, любая война — это заговор негодяев против честных людей, это война негодяев против нас с вами. Вот, что я вам скажу.

   — Чингиз Абдуллаев · книга
9. «

   Когда мне мужчины говорят: «Я прошёл армию... Афганистан... Чечню...» — я отвечаю: всякая женщина, которая родила в совке, прошла разом и Афган, и Чечню.

   Когда мне мужчины говорят: «Я прошёл армию... Афганистан... Чечню...» — я отвечаю: всякая женщина, которая родила в совке, прошла разом и Афган, и Чечню.

   — Мария Арбатова
10. «

    Война — не красивые в небе салюты. Война — миллион исковерканных судеб. Война — не кино, где сдаются фашисты. Война — это в братских могилах мальчишки.

    Война — не красивые в небе салюты. Война — миллион исковерканных судеб. Война — не кино, где сдаются фашисты. Война — это в братских могилах мальчишки.
11. «

    Когда проливают кровь во имя гуманности, или религии, или во имя чего-нибудь еще, это неизбежно приводит к террору.

    Когда проливают кровь во имя гуманности, или религии, или во имя чего-нибудь еще, это неизбежно приводит к террору.

    — Исаак Башевис Зингер · книга
12. «

    Ещё до встречи вышла нам разлука, И всё же о тебе я вижу сны. Ну разве мы прожили б друг без друга, Мой милый, если б не было войны,

    Ещё до встречи вышла нам разлука, И всё же о тебе я вижу сны. Ну разве мы прожили б друг без друга, Мой милый, если б не было войны,
13. «

    Откуда в нашем народе столько накипи? Это что, преступники, выпущенные из тюрем, и больные из сумасшедших домов? Нет. Все дело в том воспитании, которое они получили, и виноваты в этом те, кто занимает высокие посты в государстве. В другой ситуации эти люди были бы не опасны. Внутри человека много зла и животных инстинктов. Все это выходит наружу, если не встречает на своем пути препятствий. Да, нужно иметь самые низменные инстинкты, чтобы убивать и уничтожать евреев и поляков.

    Откуда в нашем народе столько накипи? Это что, преступники, выпущенные из тюрем, и больные из сумасшедших домов? Нет. Все дело в том воспитании, которое они получили, и виноваты в этом те, кто занимает высокие посты в государстве. В другой ситуации эти люди были бы не опасны. Внутри человека много зла и животных инстинктов. Все это выходит наружу, если не встречает на своем пути препятствий. Да, нужно иметь самые низменные инстинкты, чтобы убивать и уничтожать евреев и поляков.

    — Владислав Шпильман · книга
14. «

    Человек, который выказал страх — он слабак, и он раб.

    Человек, который выказал страх — он слабак, и он раб.

    — Иди Амин · фильм
15. «

    — Погляди, как танцует. — Кто? — спрашивал я. — Война, — отвечал он. — Мужиков выманивает из родных домов и пожирает. Только косточки отправляет обратно. — Значит, война живая? — Живая, — говорил отец и глядел на мою маму.

    — Погляди, как танцует. — Кто? — спрашивал я. — Война, — отвечал он. — Мужиков выманивает из родных домов и пожирает. Только косточки отправляет обратно. — Значит, война живая? — Живая, — говорил отец и глядел на мою маму.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Мир, основанный на унижении побеждённого, это не мир, а лишь краткое перемирие между двумя войнами.

    Мир, основанный на унижении побеждённого, это не мир, а лишь краткое перемирие между двумя войнами.

    — Валентин Пикуль · книга
17. «

    Мир дома, Мир во всем мире!

    Мир дома, Мир во всем мире!

    — Мустафа Кемаль Ататюрк
18. «

    Мы живем в странное время; война переместилась на новое пространство. Полем битвы стали средства массовой информации, и в этом новом конфликте трудно отделить Добро от Зла. Сложно понять, кто добрый, а кто злой: стоит переключиться на другой канал, и противники меняются местами. Телевидение приносит в мир зависть.

    Мы живем в странное время; война переместилась на новое пространство. Полем битвы стали средства массовой информации, и в этом новом конфликте трудно отделить Добро от Зла. Сложно понять, кто добрый, а кто злой: стоит переключиться на другой канал, и противники меняются местами. Телевидение приносит в мир зависть.

    — Фредерик Бегбедер · книга
19. «

    Проходя же телесные деяния, не должно иметь мнение, будто бы что доброе делаем, потому что они суть только приуготовление земли и сеяние, могущее со временем, помощию Божиею, принести плод… Вас конечно беспокоит то, что вы, исполняя подвиг, не видите в себе духовной награды, или, как вы называете, помазания, чтобы вас могло утешить, и удостоверить в любви Божией, что оную имеете. … Жизнь наша есть духовная брань, a мы – воины, подвизаемся против духов злобы поднебесных; надобно же иметь против них оружие, а оно есть смирение, с коим удобно можем им противостать; об оном всего более должны мы пещись при всех наших трудах и подвигах, и при сообращении с нашими ближними. Самая любовь со смирением нераздельна.

    Проходя же телесные деяния, не должно иметь мнение, будто бы что доброе делаем, потому что они суть только приуготовление земли и сеяние, могущее со временем, помощию Божиею, принести плод… Вас конечно беспокоит то, что вы, исполняя подвиг, не видите в себе духовной награды, или, как вы называете, помазания, чтобы вас могло утешить, и удостоверить в любви Божией, что оную имеете. … Жизнь наша есть духовная брань, a мы – воины, подвизаемся против духов злобы поднебесных; надобно же иметь против них оружие, а оно есть смирение, с коим удобно можем им противостать; об оном всего более должны мы пещись при всех наших трудах и подвигах, и при сообращении с нашими ближними. Самая любовь со смирением нераздельна.

    — Макарий Оптинский
20. «

    Есть много дорог, и в числе разных путей есть дорога на Полтаву, которую избрал Карл XII.

    Есть много дорог, и в числе разных путей есть дорога на Полтаву, которую избрал Карл XII.

    — Лев Николаевич Толстой · книга