515 коротких цитат по теме «война»

515 цитат про «война»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Конец войны видели только мёртвые.

   Конец войны видели только мёртвые.

   — Джордж Сантаяна
2. «

   Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него.

   Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него.

   — Сунь-Цзы · книга
3. «

   Один мужчина говорит: — А ты заткнись. Женщины в войне ничего не понимают. Женщина говорит: — Не понимают? Кретин! На нас вся работа, все заботы: и детей прокормить, и раненых вылечить. Вы, как только война кончится, — все герои. Умер — герой. Выжил — герой. Калека — герой. Оттого вы, мужчины, ее и выдумали. Это ваша война. Вам она понадобилась, вы и воюйте, герои дерьмовые!

   Один мужчина говорит: — А ты заткнись. Женщины в войне ничего не понимают. Женщина говорит: — Не понимают? Кретин! На нас вся работа, все заботы: и детей прокормить, и раненых вылечить. Вы, как только война кончится, — все герои. Умер — герой. Выжил — герой. Калека — герой. Оттого вы, мужчины, ее и выдумали. Это ваша война. Вам она понадобилась, вы и воюйте, герои дерьмовые!

   — Агота Кристоф · книга
4. «

   У меня есть определённые правила, по которым я живу. Первое правило — я не верю ничему, что правительство мне говорит, ничему. Ноль. И к тому же, я не очень серьезно воспринимаю медиа или прессу в этой стране, которые в случае войны в Персидском заливе были просто работниками Департамента обороны, которым не выплатили жалование и которые большую часть времени функционировали как неофициальное агентство по связям с общественностью для правительства Соединённых Штатов. Так что не слушайте их. Я не очень-то верю в свою страну. И должен вам сказать, народ, у меня не подкатывает ком к горлу насчет желтых лент и американских флагов. Я рассматриваю их как символы и оставляю эти символы для символично мыслящих.

   У меня есть определённые правила, по которым я живу. Первое правило — я не верю ничему, что правительство мне говорит, ничему. Ноль. И к тому же, я не очень серьезно воспринимаю медиа или прессу в этой стране, которые в случае войны в Персидском заливе были просто работниками Департамента обороны, которым не выплатили жалование и которые большую часть времени функционировали как неофициальное агентство по связям с общественностью для правительства Соединённых Штатов. Так что не слушайте их. Я не очень-то верю в свою страну. И должен вам сказать, народ, у меня не подкатывает ком к горлу насчет желтых лент и американских флагов. Я рассматриваю их как символы и оставляю эти символы для символично мыслящих.

   — Джордж Карлин
5. «

   — Это удивляет меня иногда, — сказал он. — Мой отец — я имею в виду, Валентин — любил музыку. Он научил меня играть. Бах, Шопен, Равель. И я помню, как однажды спросил, почему все эти композиторы были примитивными. Среди них не было ни одного Сумеречного охотника. Он сказал, что в душе примитивных есть искра творчества, а в душе охотников — искра войны. Обе этих искры не могут уживаться в одном теле, это все равно, что разделить пламя на две части. — То есть ты думаешь, что Сумеречный охотник во мне… вытесняет художника? — спросила Клэри. — Но моя мать рисовала… то есть, рисует. — Она подавила боль от того, что на секунду подумала о Джослин в прошедшем времени. — Валентин говорил, что Небеса дали людям артистизм и способность творить, — продолжил Джейс. — Это то, ради чего их стоит защищать. Я не знаю, была ли хоть доля правды во всем этом, — добавил он. — Но если в людях и есть искра, то в тебе она сияет очень ярко. Ты можешь сражаться и рисовать. И ты будешь делать это.

   — Это удивляет меня иногда, — сказал он. — Мой отец — я имею в виду, Валентин — любил музыку. Он научил меня играть. Бах, Шопен, Равель. И я помню, как однажды спросил, почему все эти композиторы были примитивными. Среди них не было ни одного Сумеречного охотника. Он сказал, что в душе примитивных есть искра творчества, а в душе охотников — искра войны. Обе этих искры не могут уживаться в одном теле, это все равно, что разделить пламя на две части. — То есть ты думаешь, что Сумеречный охотник во мне… вытесняет художника? — спросила Клэри. — Но моя мать рисовала… то есть, рисует. — Она подавила боль от того, что на секунду подумала о Джослин в прошедшем времени. — Валентин говорил, что Небеса дали людям артистизм и способность творить, — продолжил Джейс. — Это то, ради чего их стоит защищать. Я не знаю, была ли хоть доля правды во всем этом, — добавил он. — Но если в людях и есть искра, то в тебе она сияет очень ярко. Ты можешь сражаться и рисовать. И ты будешь делать это.

   — Кассандра Клэр · книга
6. «

   Война превращает в диких зверей людей, рождённых, чтобы жить братьями.

   Война превращает в диких зверей людей, рождённых, чтобы жить братьями.

   — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
7. «

   Но я не хочу умирать на войне, ибо это не моя война.

   Но я не хочу умирать на войне, ибо это не моя война.

   — Анджей Сапковский · книга
8. «

   Cовременное небо или первоначальное небо... разница в том, что в современном небе постоянно воюют, хотя первоначально люди просто хотели парить в нём. Когда они увидят восход, посмотрят на птиц, они поймут, что это позорная страница в их истории. Думаешь, они продолжат воевать после этого?... Я так не думаю. Люди не любят позор. Этим они и отличаются от животных.

   Cовременное небо или первоначальное небо... разница в том, что в современном небе постоянно воюют, хотя первоначально люди просто хотели парить в нём. Когда они увидят восход, посмотрят на птиц, они поймут, что это позорная страница в их истории. Думаешь, они продолжат воевать после этого?... Я так не думаю. Люди не любят позор. Этим они и отличаются от животных.

   — Коко Хекматияр · аниме
9. «

   — Кто тебе этот мальчишка? Он же подставился вместо тебя! Дорожишь им? Вот и я кем-то дорожил! Эльдийкой! Тем самым адским отродьем! Но не было никого, кто с таким наслаждением лопал мою стряпню! Она спасла меня от этой проклятой войны, показала, что моё настоящее призвание – радовать людей тем, что я готовлю! Вот кто такая Саша Блауз. Так звали девушку, которую ты убила! — Думаешь, у меня не погибли люди, которыми я дорожила?! Твоя Саша Блауз их пристрелила! Я только отомстила ей! Она сделала первый выстрел! — Да плевать я хотел, кто первым начал!

   — Кто тебе этот мальчишка? Он же подставился вместо тебя! Дорожишь им? Вот и я кем-то дорожил! Эльдийкой! Тем самым адским отродьем! Но не было никого, кто с таким наслаждением лопал мою стряпню! Она спасла меня от этой проклятой войны, показала, что моё настоящее призвание – радовать людей тем, что я готовлю! Вот кто такая Саша Блауз. Так звали девушку, которую ты убила! — Думаешь, у меня не погибли люди, которыми я дорожила?! Твоя Саша Блауз их пристрелила! Я только отомстила ей! Она сделала первый выстрел! — Да плевать я хотел, кто первым начал!

   — Николо · аниме
10. «

    Война — прибыльное дело, вложите своего сына.

    Война — прибыльное дело, вложите своего сына.

    — Стивен Кинг · книга
11. «

    И где бы ты не был, Что б ты не делал - Между землей и небом — война!

    И где бы ты не был, Что б ты не делал - Между землей и небом — война!
12. «

    Настало седое утро; когда мы вступали на фронт, было еще лето, и нас было сто пятьдесят человек. Сейчас мы зябнем, на дворе осень, шуршат листья, в воздух устало вспархивают голоса: «Первый-второй-третий-четвертый...» На тридцать втором перекличка умолкает. Молчание длится долго, наконец голос ротного прерывает его вопросом: «Больше никого?» Он выжидает, затем говорит тихо: «Повзводно... — но обрывает себя и лишь с трудом заканчивает: — Вторая рота... — и через силу: — Вторая рота — шагом марш! Идти вольно!» Навстречу утру бредет лишь одна колонна по двое, всего лишь одна коротенькая колонна. Тридцать два человека.

    Настало седое утро; когда мы вступали на фронт, было еще лето, и нас было сто пятьдесят человек. Сейчас мы зябнем, на дворе осень, шуршат листья, в воздух устало вспархивают голоса: «Первый-второй-третий-четвертый...» На тридцать втором перекличка умолкает. Молчание длится долго, наконец голос ротного прерывает его вопросом: «Больше никого?» Он выжидает, затем говорит тихо: «Повзводно... — но обрывает себя и лишь с трудом заканчивает: — Вторая рота... — и через силу: — Вторая рота — шагом марш! Идти вольно!» Навстречу утру бредет лишь одна колонна по двое, всего лишь одна коротенькая колонна. Тридцать два человека.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Война дает право завоевателям диктовать покоренным любые условия.

    Война дает право завоевателям диктовать покоренным любые условия.

    — Гай Юлий Цезарь
14. «

    Если бы мои солдаты начали думать, никто из них не остался бы в строю.

    Если бы мои солдаты начали думать, никто из них не остался бы в строю.

    — Фридрих Великий (Фридрих II)
15. «

    Есть способ закончить войну до того, как голова правителя слетит с плеч.

    Есть способ закончить войну до того, как голова правителя слетит с плеч.

    — Сора · аниме
16. «

    — Дядя Джимбо, вы же были во Вьетнаме? Расскажите, там было прикольно? — Картман, что за дурацкий вопрос? Конечно прикольно! — Да там было прикольно…Но не так как в цирке или планетарии…Там было так же прикольно, как напихать себе в жопу битого стекла и залезть в ванну с острым соусом.

    — Дядя Джимбо, вы же были во Вьетнаме? Расскажите, там было прикольно? — Картман, что за дурацкий вопрос? Конечно прикольно! — Да там было прикольно…Но не так как в цирке или планетарии…Там было так же прикольно, как напихать себе в жопу битого стекла и залезть в ванну с острым соусом.
17. «

    Мне кажется порою, что солдаты, С кровавых не пришедшие полей, Не в землю эту полегли когда-то, А превратились в белых журавлей.

    Мне кажется порою, что солдаты, С кровавых не пришедшие полей, Не в землю эту полегли когда-то, А превратились в белых журавлей.

    — Расул Гамзатов
18. «

    Пятое время года — это война.

    Пятое время года — это война.

    — Андрей Таманцев · книга
19. «

    Под тихий шепот врага «Давай сдавайся», Кровь говорит: «Не смей, обороняйся».

    Под тихий шепот врага «Давай сдавайся», Кровь говорит: «Не смей, обороняйся».
20. «

    Я не понимаю, решительно не понимаю, отчего мужчины не могут жить без войны?

    Я не понимаю, решительно не понимаю, отчего мужчины не могут жить без войны?

    — Лев Николаевич Толстой · книга