70 фраз на тему «война» для дневника

70 цитат про «война»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Принцип «око за око» сделает весь мир слепым.

   Принцип «око за око» сделает весь мир слепым.

   — Махатма Ганди
2. «

   — Вы понимаете, о каком задании идет речь? — Да, о том, за которое вручат орден. Но уже семье.

   — Вы понимаете, о каком задании идет речь? — Да, о том, за которое вручат орден. Но уже семье.

   — капитан Рэйф МакКэйли · фильм
3. «

   Войны ведут по двум причинам. Одна из них — власть, другая — деньги.

   Войны ведут по двум причинам. Одна из них — власть, другая — деньги.

   — Анджей Сапковский · книга
4. «

   Меня могут убить, — это дело случая. Но то, что я остаюсь в живых, — это опять-таки дело случая.

   Меня могут убить, — это дело случая. Но то, что я остаюсь в живых, — это опять-таки дело случая.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Самое страшное в войне — понять врага. Понять — значит простить.

   Самое страшное в войне — понять врага. Понять — значит простить.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Тот, кто довольно марширует под музыку в строю, уже заслужил мое презрение. Мозгом он был наделен по ошибке, ему вполне было бы достаточно и спинного мозга. С этим позором цивилизации должно быть покончено.

   Тот, кто довольно марширует под музыку в строю, уже заслужил мое презрение. Мозгом он был наделен по ошибке, ему вполне было бы достаточно и спинного мозга. С этим позором цивилизации должно быть покончено.

   — Альберт Эйнштейн
7. «

   Самое ужасное, что люди, закончив одну войну, начинают готовиться к другой.

   Самое ужасное, что люди, закончив одну войну, начинают готовиться к другой.

   — Вольф Мессинг
8. «

   Война — это способ богатых стариков защитить свои интересы, посылая детей среднего и бедного классов на смерть.

   Война — это способ богатых стариков защитить свои интересы, посылая детей среднего и бедного классов на смерть.

   — Джордж Карлин
9. «

   Горе тому государственному деятелю, который не позаботится найти такое основание для войны, которое и после войны еще сохранит свое значение.

   Горе тому государственному деятелю, который не позаботится найти такое основание для войны, которое и после войны еще сохранит свое значение.

   — Отто фон Бисмарк
10. «

    Война стала большой, как жизнь, как смерть. Воюет всё человечество. Будто земной шар влетел в какую-то кровавую туманность.

    Война стала большой, как жизнь, как смерть. Воюет всё человечество. Будто земной шар влетел в какую-то кровавую туманность.

    — Александр Петрович Довженко · книга
11. «

    Люди не убивают людей. Это делают чудовища. Война — это чудовище. Королевство — чудовище. Жадность — чудовище. И я...тоже чудовище.

    Люди не убивают людей. Это делают чудовища. Война — это чудовище. Королевство — чудовище. Жадность — чудовище. И я...тоже чудовище.

    — Райнер Лют · аниме
12. «

    Меня часто спрашивают: «За что мы сражаемся?». Могу ответить: «Перестанем сражаться — тогда узнаете.»

    Меня часто спрашивают: «За что мы сражаемся?». Могу ответить: «Перестанем сражаться — тогда узнаете.»

    — Уинстон Черчилль
13. «

    Героизм по команде, бессмысленная жестокость и омерзительная бессмысленность, называющаяся патриотизмом — как сильно я ненавижу все это, какой низкой и подлой является война.

    Героизм по команде, бессмысленная жестокость и омерзительная бессмысленность, называющаяся патриотизмом — как сильно я ненавижу все это, какой низкой и подлой является война.

    — Альберт Эйнштейн · книга
14. «

    Войны развязывают те, кем движут амбиции и тщеславие. А за них вечно огребают люди, которым все это вообще не нужно.

    Войны развязывают те, кем движут амбиции и тщеславие. А за них вечно огребают люди, которым все это вообще не нужно.

    — Райнер Лют · аниме
15. «

    Когда-нибудь мы вспомним так много, что соорудим самый большой в истории экскаватор, выроем самую глубокую, какая когда-либо была, могилу, и навек похороним в ней войну.

    Когда-нибудь мы вспомним так много, что соорудим самый большой в истории экскаватор, выроем самую глубокую, какая когда-либо была, могилу, и навек похороним в ней войну.

    — Рэй Брэдбери · книга
16. «

    Когда встречаются два инженера, один говорит другому: «Я могу осветить площадь 50 квадратных футов с помощью этой крошечной светящейся точки». Другой не воскликнет: «Это невозможно!». Так они не разговаривают. Он спросит: «Какой тут источник энергии? Какое потребуется напряжение? За счёт чего точка светится?». Они задают вопросы. Обычный человек скажет «Чего!? В жизни такому не бывать!». Такой подход бытует ещё с давних пор. Это язык войн, ненависти, слепой веры, предрассудков – неспособность задавать вопросы.

    Когда встречаются два инженера, один говорит другому: «Я могу осветить площадь 50 квадратных футов с помощью этой крошечной светящейся точки». Другой не воскликнет: «Это невозможно!». Так они не разговаривают. Он спросит: «Какой тут источник энергии? Какое потребуется напряжение? За счёт чего точка светится?». Они задают вопросы. Обычный человек скажет «Чего!? В жизни такому не бывать!». Такой подход бытует ещё с давних пор. Это язык войн, ненависти, слепой веры, предрассудков – неспособность задавать вопросы.

    — Жак Фреско
17. «

    — Вот в Берлине, на самой высокой уцелевшей стене, я с огромной любовью напишу: «Развалинами Рейхстага удовлетворён». И можно ехать домой сады опрыскивать. — Командир, когда вы будете в Берлине автографы оставлять, я вас очень прошу, посмотрите повнимательнее. Там уже будут наши подписи… первой эскадрильи. — Да какая разница, браток: наши, ваши... — И вообще там первым распишется рядовой пехотный Ваня. Да и по праву.

    — Вот в Берлине, на самой высокой уцелевшей стене, я с огромной любовью напишу: «Развалинами Рейхстага удовлетворён». И можно ехать домой сады опрыскивать. — Командир, когда вы будете в Берлине автографы оставлять, я вас очень прошу, посмотрите повнимательнее. Там уже будут наши подписи… первой эскадрильи. — Да какая разница, браток: наши, ваши... — И вообще там первым распишется рядовой пехотный Ваня. Да и по праву.

    — Алексей Титаренко «Маэстро» · фильм
18. «

    История учит нас по меньшей мере тому, что хуже может быть всегда.

    История учит нас по меньшей мере тому, что хуже может быть всегда.

    — Нил Гейман · книга
19. «

    — Дед, не умирай, слышишь?! — Мне можно, я старый. Одно жалко — знать бы, когда война кончится... — Весной кончится. — Больно ты скорый сынок, до весны нам немцев не погнать. — Весной 45-го. Я точно знаю! Мы эту Победу никогда не забудем, дед, понимаешь! Для нас 9 мая — самый главный праздник будет! Важнее Нового года. И Ветераны каждый год будут идти по главной улице, а все им будут цветы дарить и спасибо говорить. Минута молчания каждый год и через 10 лет, через 20 и через 40, через 70... Всегда, понимаешь, дед! И кино снимать будут. Потому что если бы не вы, нас бы вообще не было!

    — Дед, не умирай, слышишь?! — Мне можно, я старый. Одно жалко — знать бы, когда война кончится... — Весной кончится. — Больно ты скорый сынок, до весны нам немцев не погнать. — Весной 45-го. Я точно знаю! Мы эту Победу никогда не забудем, дед, понимаешь! Для нас 9 мая — самый главный праздник будет! Важнее Нового года. И Ветераны каждый год будут идти по главной улице, а все им будут цветы дарить и спасибо говорить. Минута молчания каждый год и через 10 лет, через 20 и через 40, через 70... Всегда, понимаешь, дед! И кино снимать будут. Потому что если бы не вы, нас бы вообще не было!

    — Туман · фильм
20. «

    Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

    Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

    — Эрих Мария Ремарк · книга