155 цитат про «Жизненные цитаты про воспитание», проверенных временем

Тема «Жизненные цитаты про воспитание» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 155 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Характер воспитывается только характером, воля – волей, убеждения – убеждениями. Этот жестокий закон не знает милосердия. Все, что нужно для характера ребенка, – это чтобы рядом с ним, перед ним был сильный характер взрослого.

   Характер воспитывается только характером, воля – волей, убеждения – убеждениями. Этот жестокий закон не знает милосердия. Все, что нужно для характера ребенка, – это чтобы рядом с ним, перед ним был сильный характер взрослого.

   — Симон Соловейчик · книга
2. «

   Трудности — лучший в мире воспитатель.

   Трудности — лучший в мире воспитатель.
3. «

   Настаивать на послушании без рассуждений − ошибка, которую многие родители совершают в обращении с детьми... Все, что нужно делать детям, − выполнять свои обязанности, слушать простые приказы: «Иди, когда тебя зовут» и «Делай, что тебе говорят!». Но мудрый родитель потакает желанию независимости и постепенно превращается из господина и повелителя в друга и советчика своему ребенку.

   Настаивать на послушании без рассуждений − ошибка, которую многие родители совершают в обращении с детьми... Все, что нужно делать детям, − выполнять свои обязанности, слушать простые приказы: «Иди, когда тебя зовут» и «Делай, что тебе говорят!». Но мудрый родитель потакает желанию независимости и постепенно превращается из господина и повелителя в друга и советчика своему ребенку.

   — Элизабет Гаскелл · книга
4. «

   Если жизнь требует клыков, разве вправе мы вооружать детей одним румянцем стыда да тихими вздохами? Твоя обязанность — воспитать людей, а не овечек; работников, а не проповедников: в здоровом теле — здоровый дух. Здоровый дух не сентиментален и не любит быть жертвой.

   Если жизнь требует клыков, разве вправе мы вооружать детей одним румянцем стыда да тихими вздохами? Твоя обязанность — воспитать людей, а не овечек; работников, а не проповедников: в здоровом теле — здоровый дух. Здоровый дух не сентиментален и не любит быть жертвой.

   — Януш Корчак
5. «

   Воспитанием моим никто особо не занимался, так что главным моим воспитателем могу считать книжный шкаф.

   Воспитанием моим никто особо не занимался, так что главным моим воспитателем могу считать книжный шкаф.

   — Людмила Улицкая · книга
6. «

   — Ты нужен нам — мне, детям, — сердито выговаривала она мне шепотом. — Кто будет поднимать их до того, как они станут способны бросить вызов своей судьбе? Я усмехнулся и, наклонившись к ее изящному ушку, прошептал: — Ты. Она качнула головой. — Я не смогу. Я их слишком люблю… И на это мне возразить было нечего. Потому что нам всегда приходится делать выбор, что для нас важнее — наша собственная любовь и спокойствие или их жизненный успех. И очень часто мы делаем его неправильно, принимая сторону любви и спокойствия и потому максимально ограждая ребенка от испытаний, от его собственных проб и ошибок, от опасностей улицы и общения с кем-то, кто может сделать ему плохо и больно… Многие скажут — и ладно! Мы примем на себя всю ту боль и горе, которые выпадут моему ребенку. Так что идите вы все со своими советами! И возможно, с этим можно было бы согласиться, хотя, когда вы ограждаете ребенка от испытаний, вы отнимаете у него его собственную жизнь, но… ведь и это тоже не навсегда, а всего лишь… Нет, не до того момента, когда он вырастет и станет сильным… а лишь до того, когда он все равно, но уже окончательно оторвется от вас. И, значит, вы уже никак и ничем не сможете ему помочь, как, возможно, помогли бы, отпусти вы его немного — на год-два-три раньше. И — да, я не только знал это, но и был способен… например, отправить Ивана в далекий и тяжелый путь на Дальний Восток испытывать и закалять себя и свой характер. А она… пока я был жив и рядом, ей было достаточно просто их любить…

   — Ты нужен нам — мне, детям, — сердито выговаривала она мне шепотом. — Кто будет поднимать их до того, как они станут способны бросить вызов своей судьбе? Я усмехнулся и, наклонившись к ее изящному ушку, прошептал: — Ты. Она качнула головой. — Я не смогу. Я их слишком люблю… И на это мне возразить было нечего. Потому что нам всегда приходится делать выбор, что для нас важнее — наша собственная любовь и спокойствие или их жизненный успех. И очень часто мы делаем его неправильно, принимая сторону любви и спокойствия и потому максимально ограждая ребенка от испытаний, от его собственных проб и ошибок, от опасностей улицы и общения с кем-то, кто может сделать ему плохо и больно… Многие скажут — и ладно! Мы примем на себя всю ту боль и горе, которые выпадут моему ребенку. Так что идите вы все со своими советами! И возможно, с этим можно было бы согласиться, хотя, когда вы ограждаете ребенка от испытаний, вы отнимаете у него его собственную жизнь, но… ведь и это тоже не навсегда, а всего лишь… Нет, не до того момента, когда он вырастет и станет сильным… а лишь до того, когда он все равно, но уже окончательно оторвется от вас. И, значит, вы уже никак и ничем не сможете ему помочь, как, возможно, помогли бы, отпусти вы его немного — на год-два-три раньше. И — да, я не только знал это, но и был способен… например, отправить Ивана в далекий и тяжелый путь на Дальний Восток испытывать и закалять себя и свой характер. А она… пока я был жив и рядом, ей было достаточно просто их любить…

   — Роман Злотников · книга
7. «

   Развратить труднее, чем воспитать.

   Развратить труднее, чем воспитать.

   — Федерико Андахази · книга
8. «

   — Вавочка, ты же дама, у тебя трое детей! Даме с тремя детьми неприлично прыгать через верёвку! Во дворе! Мамочка начинает хохотать, ведь она хохотушка, мы все хохотушки! Она смеётся и говорит тёте Вите: — «Даме» должно быть неприлично, если её дети не умеют прыгать через верёвку. Вот это, Витенька, действительно неприлично для приличной «дамы»!

   — Вавочка, ты же дама, у тебя трое детей! Даме с тремя детьми неприлично прыгать через верёвку! Во дворе! Мамочка начинает хохотать, ведь она хохотушка, мы все хохотушки! Она смеётся и говорит тёте Вите: — «Даме» должно быть неприлично, если её дети не умеют прыгать через верёвку. Вот это, Витенька, действительно неприлично для приличной «дамы»!

   — Нина Георгиевна Шнирман · книга
9. «

   Мы стали так бояться обидеть кого-либо, что лишили своих сыновей способности защищать себя и, что еще хуже, защищать тех, кто в этом нуждается.

   Мы стали так бояться обидеть кого-либо, что лишили своих сыновей способности защищать себя и, что еще хуже, защищать тех, кто в этом нуждается.

   — Мэг Микер · книга
10. «

    Словом, Беатрисе О`Хара досталось в удел воспитание, о каком в наши дни нельзя и помыслить; образование, измеряемое количеством людей и явлений, на которые следует взирать свысока или же с благоговением; культура, вмещающая все искусства и традиции, но не единой идеи

    Словом, Беатрисе О`Хара досталось в удел воспитание, о каком в наши дни нельзя и помыслить; образование, измеряемое количеством людей и явлений, на которые следует взирать свысока или же с благоговением; культура, вмещающая все искусства и традиции, но не единой идеи

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
11. «

    Как обычно, я подскочил к отцу, чтобы поцеловать его. Он остановил меня, крепко обнял за плечи и сказал: «Ты уже слишком взрослый, чтобы целовать меня, не делай так больше, понятно?» Я молча кивнул, высвободился из его объятий и выбежал за дверь. Мне показалось это неправильным и бесчувственным, и даже в возрасте шести лет я знал, что это было ошибочное представление о том, как должны вести себя настоящие мужчины. Я знал, что поцелуи – это хорошо.

    Как обычно, я подскочил к отцу, чтобы поцеловать его. Он остановил меня, крепко обнял за плечи и сказал: «Ты уже слишком взрослый, чтобы целовать меня, не делай так больше, понятно?» Я молча кивнул, высвободился из его объятий и выбежал за дверь. Мне показалось это неправильным и бесчувственным, и даже в возрасте шести лет я знал, что это было ошибочное представление о том, как должны вести себя настоящие мужчины. Я знал, что поцелуи – это хорошо.

    — Майкл Питер Бэлзари · книга
12. «

    Если историю о Мальчике-с-Пальчик, покинутом с братьями в лесу, рассказывает ребенку мать, то он не станет опасаться, что подобная участь может постигнуть и его, а сосредоточит все свое внимание на знаменитой находчивости крошечного героя. Вот если мамы нет дома или оба — и мама, и папа — в отлучке и ту же сказку рассказывает кто-нибудь другой, ребенка она может напугать только потому, что подчеркнет его положение «покинутого». А вдруг мама больше не вернется?

    Если историю о Мальчике-с-Пальчик, покинутом с братьями в лесу, рассказывает ребенку мать, то он не станет опасаться, что подобная участь может постигнуть и его, а сосредоточит все свое внимание на знаменитой находчивости крошечного героя. Вот если мамы нет дома или оба — и мама, и папа — в отлучке и ту же сказку рассказывает кто-нибудь другой, ребенка она может напугать только потому, что подчеркнет его положение «покинутого». А вдруг мама больше не вернется?

    — Джанни Родари · книга
13. «

    Воспитание. Семейное состояние. Люди, у которых это есть, не похожи на нас с тобой. Они с тобой будут очень вежливы. Но попробуй только подойти к ним поближе, и они тут же отодвинутся. Попробуй войти в их круг, и они сомкнут ряды.

    Воспитание. Семейное состояние. Люди, у которых это есть, не похожи на нас с тобой. Они с тобой будут очень вежливы. Но попробуй только подойти к ним поближе, и они тут же отодвинутся. Попробуй войти в их круг, и они сомкнут ряды.

    — Крис Клив · книга
14. «

    Когда я писала книгу «Папа и дочь», то спрашивала женщин о том, какую роль в их жизни играл отец. Выяснилось, что существует два варианта ответа: либо женщина хвасталась своим отцом, но затруднялась сказать, чём именно он такой замечательный; либо плакала. Когда речь заходит о наших, женских отношениях с отцами, то середины нет, только крайности.

    Когда я писала книгу «Папа и дочь», то спрашивала женщин о том, какую роль в их жизни играл отец. Выяснилось, что существует два варианта ответа: либо женщина хвасталась своим отцом, но затруднялась сказать, чём именно он такой замечательный; либо плакала. Когда речь заходит о наших, женских отношениях с отцами, то середины нет, только крайности.

    — Мэг Микер · книга
15. «

    Приспосабливайся или погибни — вот закон воспитания. Его должны усвоить все родители, если они не хотят проиграть сражение со своими детьми.

    Приспосабливайся или погибни — вот закон воспитания. Его должны усвоить все родители, если они не хотят проиграть сражение со своими детьми.

    — Найджел Латта · книга
16. «

    По свойству матерей раскрываются в детях добрые или худые стороны; матери служат для них первообразом.

    По свойству матерей раскрываются в детях добрые или худые стороны; матери служат для них первообразом.

    — Иеромонах Порфирий (Левашов) · книга
17. «

    К сожалению, интеллигентность и воспитание нельзя купить так же легко, как бриллиантовые серьги.

    К сожалению, интеллигентность и воспитание нельзя купить так же легко, как бриллиантовые серьги.

    — Дарья Донцова · книга
18. «

    Ребёнок умеет любить того, кто его любит, — и его можно воспитывать только любовью.

    Ребёнок умеет любить того, кто его любит, — и его можно воспитывать только любовью.

    — Феликс Эдмундович Дзержинский
19. «

    За 25 лет работы с мальчиками я обнаружила, что те, кто работает или вносит вклад в домашнее хозяйство, меньше выпивают, имеет более высокую самооценку, реже страдают от депрессии и в целом более оптимистично смотрят в будущее. У них есть основа, и они лучше подготовлены к самостоятельной жизни.

    За 25 лет работы с мальчиками я обнаружила, что те, кто работает или вносит вклад в домашнее хозяйство, меньше выпивают, имеет более высокую самооценку, реже страдают от депрессии и в целом более оптимистично смотрят в будущее. У них есть основа, и они лучше подготовлены к самостоятельной жизни.

    — Мэг Микер · книга
20. «

    Многие из нас возлагают на подростков слишком много ответственности, потому что так принято в обществе. Мы обычно больше переживаем за подростков-девочек, чем за мальчиков. Мальчик не может забеременеть, его не изнасилуют, как девочку, и поэтому мальчиком предоставляется больше свободы. Им разрешается позже приходить домой (если вообще время прихода оговаривается). Нам кажется, что мальчики выглядят сильными, ответственными и выносливыми, и мы обращаемся с ними так как, словно они действительно обладают всеми этими качествами.

    Многие из нас возлагают на подростков слишком много ответственности, потому что так принято в обществе. Мы обычно больше переживаем за подростков-девочек, чем за мальчиков. Мальчик не может забеременеть, его не изнасилуют, как девочку, и поэтому мальчиком предоставляется больше свободы. Им разрешается позже приходить домой (если вообще время прихода оговаривается). Нам кажется, что мальчики выглядят сильными, ответственными и выносливыми, и мы обращаемся с ними так как, словно они действительно обладают всеми этими качествами.

    — Мэг Микер · книга