16 цитат «Красивые цитаты на тему «воспоминания»»: от классиков до современников

Тема «Красивые цитаты на тему «воспоминания»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 16 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   ...порой на окраине памяти Наши мысли случайно встречаются.

   ...порой на окраине памяти Наши мысли случайно встречаются.

   — Лариса Алексеевна Рубальская
2. «

   Одно дело — знать ноты. Другое — чувствовать их. Как будто они узнают тебя, как кого-то из прошлого, проходя сквозь воспоминания к началу, к месту, откуда все началось.

   Одно дело — знать ноты. Другое — чувствовать их. Как будто они узнают тебя, как кого-то из прошлого, проходя сквозь воспоминания к началу, к месту, откуда все началось.

   — Джон Доу · сериал
3. «

   Воспоминания, будто большие волны, бьются о человеческий разум.

   Воспоминания, будто большие волны, бьются о человеческий разум.

   — Чегатай · сериал
4. «

   Я не могу запомнить, что тебя забыл.

   Я не могу запомнить, что тебя забыл.

   — Леонард Шелби · фильм
5. «

   Он отправился покорять новые земли только с тем, что было одето на нем, потому что ничего не желал нести с собой из Честер Милла. Кроме пары приятных воспоминаний, но для них ему не нужны были ни чемоданы, ни даже рюкзак.

   Он отправился покорять новые земли только с тем, что было одето на нем, потому что ничего не желал нести с собой из Честер Милла. Кроме пары приятных воспоминаний, но для них ему не нужны были ни чемоданы, ни даже рюкзак.

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   Господи, его улыбка, глаза, волосы, его руки — я помню, как они обнимали меня, когда он засыпал рядом со мной, когда мы вместе мылись в душе, помню, как он готовил мне еду, гладил меня. Его сильные нежные руки. Которые меня оттолкнули.

   Господи, его улыбка, глаза, волосы, его руки — я помню, как они обнимали меня, когда он засыпал рядом со мной, когда мы вместе мылись в душе, помню, как он готовил мне еду, гладил меня. Его сильные нежные руки. Которые меня оттолкнули.

   — Сесилия Ахерн · книга
7. «

   Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись... А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло...

   Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись... А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло...

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Ты знаешь, Мне так надоели вокзалы... Хотя в глубине понимаю, Что лучше пусть будут вокзалы, Чем город, в котором тебя слишком мало. Я, кажется, вновь повторяюсь. Темнеет; терплю, вспоминаю О том, как мне было с тобою мечтать. Ты знаешь, Я все еще так удивляюсь Тому, как все в жизни циклично... И я почему-то пишу тебе письма, Но все равно не отправляю. И дождь мне опять намекает О чем-то ненужном и личном. Считаю минуты, пытаюсь уснуть.

   Ты знаешь, Мне так надоели вокзалы... Хотя в глубине понимаю, Что лучше пусть будут вокзалы, Чем город, в котором тебя слишком мало. Я, кажется, вновь повторяюсь. Темнеет; терплю, вспоминаю О том, как мне было с тобою мечтать. Ты знаешь, Я все еще так удивляюсь Тому, как все в жизни циклично... И я почему-то пишу тебе письма, Но все равно не отправляю. И дождь мне опять намекает О чем-то ненужном и личном. Считаю минуты, пытаюсь уснуть.
9. «

   И, как это всегда бывает, и всегда слишком скоро, всё странное и волшебное стало воспоминанием, а воспоминание стало сном. Завтра и он растает.

   И, как это всегда бывает, и всегда слишком скоро, всё странное и волшебное стало воспоминанием, а воспоминание стало сном. Завтра и он растает.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Я вчера еще помнил, что жизнь не приснилась.

    Я вчера еще помнил, что жизнь не приснилась.
11. «

    Каждый Новый год в жизни человека хрупок и неповторим, как узор снежинки, и так же быстро и незаметно тает, оставляя восхитительные мгновения счастья в памяти и незаживающие рубцы на душе.

    Каждый Новый год в жизни человека хрупок и неповторим, как узор снежинки, и так же быстро и незаметно тает, оставляя восхитительные мгновения счастья в памяти и незаживающие рубцы на душе.
12. «

    Сколько бы еще не пришлось пройти миль, преодолеть расстояний – я уже никогда не смогу забыть тебя. Невозможно забыть того, кто раскрыл для тебя целый мир, будто разноцветный зонт над головою. Летней ночью, когда шел дождь, или зимой, когда тихо падал снег, или в минуты верного одиночества я понимала: эти мгновения больше не повторятся. Ни в моей жизни, ни в твоей. И все, что остается – это воспоминания. Не мы, а они. Воспоминания ведут и составляют нас. Жизнь – это не только та часть реальности, которую люди проживают фактически. Всегда есть что-то, самое сокровенное и дорогое, заставляющее нас испытывать то, что нельзя подтвердить никакими достоверными фактами. Пожалуй, это самая глубокая и пронзительная нота нашего внутреннего звучания. Для некоторых людей именно она и воплощает саму жизнь. Эти мечтатели живут воспоминаниями, своими и чужими, цепко держась за них, как за единственную опору. В чем была наша сила? Кем были мы с тобой в прошлом? Были ли мы чьим-то воспоминанием? И станем ли для кого-то еще одной мечтой, изменившей их жизнь? Нашу жизнь изменило не время. Мы сами изменили ее – так, как подсказывали чувства…

    Сколько бы еще не пришлось пройти миль, преодолеть расстояний – я уже никогда не смогу забыть тебя. Невозможно забыть того, кто раскрыл для тебя целый мир, будто разноцветный зонт над головою. Летней ночью, когда шел дождь, или зимой, когда тихо падал снег, или в минуты верного одиночества я понимала: эти мгновения больше не повторятся. Ни в моей жизни, ни в твоей. И все, что остается – это воспоминания. Не мы, а они. Воспоминания ведут и составляют нас. Жизнь – это не только та часть реальности, которую люди проживают фактически. Всегда есть что-то, самое сокровенное и дорогое, заставляющее нас испытывать то, что нельзя подтвердить никакими достоверными фактами. Пожалуй, это самая глубокая и пронзительная нота нашего внутреннего звучания. Для некоторых людей именно она и воплощает саму жизнь. Эти мечтатели живут воспоминаниями, своими и чужими, цепко держась за них, как за единственную опору. В чем была наша сила? Кем были мы с тобой в прошлом? Были ли мы чьим-то воспоминанием? И станем ли для кого-то еще одной мечтой, изменившей их жизнь? Нашу жизнь изменило не время. Мы сами изменили ее – так, как подсказывали чувства…
13. «

    Мои воспоминания всегда со мной.

    Мои воспоминания всегда со мной.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
14. «

    Ты вспомни обо мне, когда заря, пылая, На ложе пышное супруга-солнце ждет; Когда, под дымкою серебряной, мечтая, Задумчивая ночь на землю низойдет.

    Ты вспомни обо мне, когда заря, пылая, На ложе пышное супруга-солнце ждет; Когда, под дымкою серебряной, мечтая, Задумчивая ночь на землю низойдет.

    — Альфред де Мюссе
15. «

    Тебе нужно помнить то добро, которое делают для тебя другие люди, а не то добро, что ты делаешь для них. Выброси всё ненужное из сердца, и тогда тебе станет легко и привольно жить на свете.

    Тебе нужно помнить то добро, которое делают для тебя другие люди, а не то добро, что ты делаешь для них. Выброси всё ненужное из сердца, и тогда тебе станет легко и привольно жить на свете.

    — Вэй У Сянь · аниме
16. «

    Чувствуется близость вечерних сумерек, среди которых уже не замечается и следов сияния утренней зари.

    Чувствуется близость вечерних сумерек, среди которых уже не замечается и следов сияния утренней зари.

    — Анна-Луиза Жермена де Сталь