25 цитат про «Красивые цитаты на тему «воспоминания»»

Тема «Красивые цитаты на тему «воспоминания»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 25 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ты знаешь, Мне так надоели вокзалы... Хотя в глубине понимаю, Что лучше пусть будут вокзалы, Чем город, в котором тебя слишком мало. Я, кажется, вновь повторяюсь. Темнеет; терплю, вспоминаю О том, как мне было с тобою мечтать. Ты знаешь, Я все еще так удивляюсь Тому, как все в жизни циклично... И я почему-то пишу тебе письма, Но все равно не отправляю. И дождь мне опять намекает О чем-то ненужном и личном. Считаю минуты, пытаюсь уснуть.

   Ты знаешь, Мне так надоели вокзалы... Хотя в глубине понимаю, Что лучше пусть будут вокзалы, Чем город, в котором тебя слишком мало. Я, кажется, вновь повторяюсь. Темнеет; терплю, вспоминаю О том, как мне было с тобою мечтать. Ты знаешь, Я все еще так удивляюсь Тому, как все в жизни циклично... И я почему-то пишу тебе письма, Но все равно не отправляю. И дождь мне опять намекает О чем-то ненужном и личном. Считаю минуты, пытаюсь уснуть.
2. «

   Пусть я не помню, кем я был, но я знаю, кто я сейчас.

   Пусть я не помню, кем я был, но я знаю, кто я сейчас.

   — Даглас Куэйд · фильм
3. «

   Как все-таки мы быстро умеем забывать. Причем, чаще всего очень хорошее забывать, теплое и по-настоящему важное. И, знаете, это не время все стирает и перемалывает, нет — это наша безответственность к собственной памяти. Изменяются названия улиц, на которых мы выросли, имена соседей, фамилии одноклассников, первых учителей, телефоны товарищей, лица возлюбленных. Не можешь вспомнить аромата любимых духов мамы, забываешь, когда в последний раз выходили с отцом на рыбалку, смотрели футбол или просто вместе смеялись. Все становится песком, утекает между пальцев. Какого числа родилась бабушка? А прабабушка? На какой каток ходила бабушка с подругами, в какой парк бегала на танцы, какая у нее была девичья фамилия, под какую музыку она познакомилась с дедушкой? А сколько у деда было орденов или медалей? А как звали его отца? И так далее, и так далее... Все превращается в пыль. И неужели все так улетучивается безвозвратно? Как-то не очень хочется в это верить. Ведь где-то должна храниться эта огромная информация. Может, на каких-то полочках, в каких-то файлах, в сундуках, на чердаках. Может, когда-нибудь в антикварной лавке, среди сэконд-хэнда или в пункте потерянных вещей, отыщутся все наши воспоминания, и тогда... И тогда воздух наполнится ароматом черемухи, во рту появится сладкий вкус черешни, во дворе, куда родители никогда не боялись нас отпускать гулять одних, тихонечко затренькает гитара, раздастся чей-то смех и высоко в небе пролетит самолет, оставляя длинный белый след. Конечно, кто-то скажет: «Абсурдно все помнить». И будет прав. Есть прогресс, мир меняется, человечество растет... Вы меня поймите правильно, я ни к чему не хочу призывать, просто попросить не забывать. Не забывать, как улыбаются ваши друзья, как учащается пульс при виде любимого человека, постараться запомнить вкус собственных слез и первое слово вашего ребенка. Мне кажется, в силах каждого из нас это сделать, ну хотя бы попробовать. И, вполне вероятно, тогда окажется неважным, какие у тебя часы на руке, на какой машине ты приехал, на каком шоссе у тебя дом, какой национальности ты, какую религию исповедуешь. Я всего лишь хочу, чтобы вы вспомнили, как это здорово — просто жить.

   Как все-таки мы быстро умеем забывать. Причем, чаще всего очень хорошее забывать, теплое и по-настоящему важное. И, знаете, это не время все стирает и перемалывает, нет — это наша безответственность к собственной памяти. Изменяются названия улиц, на которых мы выросли, имена соседей, фамилии одноклассников, первых учителей, телефоны товарищей, лица возлюбленных. Не можешь вспомнить аромата любимых духов мамы, забываешь, когда в последний раз выходили с отцом на рыбалку, смотрели футбол или просто вместе смеялись. Все становится песком, утекает между пальцев. Какого числа родилась бабушка? А прабабушка? На какой каток ходила бабушка с подругами, в какой парк бегала на танцы, какая у нее была девичья фамилия, под какую музыку она познакомилась с дедушкой? А сколько у деда было орденов или медалей? А как звали его отца? И так далее, и так далее... Все превращается в пыль. И неужели все так улетучивается безвозвратно? Как-то не очень хочется в это верить. Ведь где-то должна храниться эта огромная информация. Может, на каких-то полочках, в каких-то файлах, в сундуках, на чердаках. Может, когда-нибудь в антикварной лавке, среди сэконд-хэнда или в пункте потерянных вещей, отыщутся все наши воспоминания, и тогда... И тогда воздух наполнится ароматом черемухи, во рту появится сладкий вкус черешни, во дворе, куда родители никогда не боялись нас отпускать гулять одних, тихонечко затренькает гитара, раздастся чей-то смех и высоко в небе пролетит самолет, оставляя длинный белый след. Конечно, кто-то скажет: «Абсурдно все помнить». И будет прав. Есть прогресс, мир меняется, человечество растет... Вы меня поймите правильно, я ни к чему не хочу призывать, просто попросить не забывать. Не забывать, как улыбаются ваши друзья, как учащается пульс при виде любимого человека, постараться запомнить вкус собственных слез и первое слово вашего ребенка. Мне кажется, в силах каждого из нас это сделать, ну хотя бы попробовать. И, вполне вероятно, тогда окажется неважным, какие у тебя часы на руке, на какой машине ты приехал, на каком шоссе у тебя дом, какой национальности ты, какую религию исповедуешь. Я всего лишь хочу, чтобы вы вспомнили, как это здорово — просто жить.

   — Олег Меньшиков
4. «

   Как дороги будут эти воспоминания. Возьму их в ручную кладь.

   Как дороги будут эти воспоминания. Возьму их в ручную кладь.

   — Ес Соя
5. «

   The slower I walk, the more you the wind pushes me.

   The slower I walk, the more you the wind pushes me.
6. «

   Я теперь пытался ухватиться за старые декорации и спасти хотя бы гербарий прошлого.

   Я теперь пытался ухватиться за старые декорации и спасти хотя бы гербарий прошлого.

   — Владимир Набоков · книга
7. «

   Вселенная — мир, полный чудес. Я готов часами лежать и смотреть на небо. Столько звезд. Столько тайн. Но есть одна особенная звезда, глядя на нее, я вспоминаю об одном особенном человеке...

   Вселенная — мир, полный чудес. Я готов часами лежать и смотреть на небо. Столько звезд. Столько тайн. Но есть одна особенная звезда, глядя на нее, я вспоминаю об одном особенном человеке...

   — Адам Кирк · фильм
8. «

   ... Я ощущаю его нежные прикосновения к моей шее, слышу его голос, чувствую жар его тела, запах кожи. Всё как всегда. Всё как всегда... Достаточно закрыть глаза.

   ... Я ощущаю его нежные прикосновения к моей шее, слышу его голос, чувствую жар его тела, запах кожи. Всё как всегда. Всё как всегда... Достаточно закрыть глаза.

   — Анна Гавальда · книга
9. «

   Я знаю, девочка моя, от некоторых воспоминаний хочется поскорее освободиться. Забыть как страшный сон. Но у каждой из нас есть такие раны, которые долго могут кровоточить, будить по ночам. И тут не стоит паниковать, искать обезболивающие. Стоит лишь набраться терпения и ждать, когда время подберет тебе лекарство. Для каждого оно разное. Для кого-то – новая любовь, для кого-то – ребенок, а для кого-то… хотя бы море. Однажды ты окажешься у моря, и оно унесет на своих волнах боль воспоминаний. У каждого из нас свое море.

   Я знаю, девочка моя, от некоторых воспоминаний хочется поскорее освободиться. Забыть как страшный сон. Но у каждой из нас есть такие раны, которые долго могут кровоточить, будить по ночам. И тут не стоит паниковать, искать обезболивающие. Стоит лишь набраться терпения и ждать, когда время подберет тебе лекарство. Для каждого оно разное. Для кого-то – новая любовь, для кого-то – ребенок, а для кого-то… хотя бы море. Однажды ты окажешься у моря, и оно унесет на своих волнах боль воспоминаний. У каждого из нас свое море.

   — Эльчин Сафарли · книга
10. «

    Черничные дожди опять идут снаружи, Из сердца прорастает дикий виноград. Заброшенным садам садовник нужен, Чтобы избавить их от сорняков-утрат.

    Черничные дожди опять идут снаружи, Из сердца прорастает дикий виноград. Заброшенным садам садовник нужен, Чтобы избавить их от сорняков-утрат.
11. «

    Haunting your eyes Closed in disguise I'm mesmerized Memories of you, dear.

    Haunting your eyes Closed in disguise I'm mesmerized Memories of you, dear.
12. «

    Не пойду этой тропкой, Заваленной палыми листьями, Где с каждым шагом Всё глубже, всё пасмурней осень. Сяду там — у ручья, Где ещё до сих пор зеленеет, И среди простодушных, Среди голубых незабудок, Память ищет губами Твое отзвучавшее Имя.

    Не пойду этой тропкой, Заваленной палыми листьями, Где с каждым шагом Всё глубже, всё пасмурней осень. Сяду там — у ручья, Где ещё до сих пор зеленеет, И среди простодушных, Среди голубых незабудок, Память ищет губами Твое отзвучавшее Имя.

    — Леопольд Стафф
13. «

    Мерцанье звёзд блуждающей Медведицы Не думал я вновь созерцать, как прежде, Из сада позади отцова дома Иль из окна беседовать с созвездьем О годах детства, шалостях невинных, Которым вскоре наступил конец. О сколько образов и странных мыслей Вы, звёзды, некогда во мне будили! Как я любил в саду по вечерам Сидеть на дёрне, созерцая небо, И слушать кваканье ночной лягушки. А над оградой сада светлячок Парил в тиши, и дуновенье ветра Распространяло аромат аллей, Благоуханье стройных кипарисов, Темнеющих у самой кромки леса.

    Мерцанье звёзд блуждающей Медведицы Не думал я вновь созерцать, как прежде, Из сада позади отцова дома Иль из окна беседовать с созвездьем О годах детства, шалостях невинных, Которым вскоре наступил конец. О сколько образов и странных мыслей Вы, звёзды, некогда во мне будили! Как я любил в саду по вечерам Сидеть на дёрне, созерцая небо, И слушать кваканье ночной лягушки. А над оградой сада светлячок Парил в тиши, и дуновенье ветра Распространяло аромат аллей, Благоуханье стройных кипарисов, Темнеющих у самой кромки леса.

    — Джакомо Леопарди
14. «

    Наша душа соткана из воспоминаний.

    Наша душа соткана из воспоминаний.

    — Кассандра Клэр · книга
15. «

    Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись... А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло...

    Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись... А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Даже, если бы все исчезло, она бы все равно чувствовала себя самой богатой: ведь у нее были ее воспоминания.

    Даже, если бы все исчезло, она бы все равно чувствовала себя самой богатой: ведь у нее были ее воспоминания.

    — Олег Рой · книга
17. «

    Господи, его улыбка, глаза, волосы, его руки — я помню, как они обнимали меня, когда он засыпал рядом со мной, когда мы вместе мылись в душе, помню, как он готовил мне еду, гладил меня. Его сильные нежные руки. Которые меня оттолкнули.

    Господи, его улыбка, глаза, волосы, его руки — я помню, как они обнимали меня, когда он засыпал рядом со мной, когда мы вместе мылись в душе, помню, как он готовил мне еду, гладил меня. Его сильные нежные руки. Которые меня оттолкнули.

    — Сесилия Ахерн · книга
18. «

    На северном берегу, Где ветер, дыша прибоем, Летит над грядою дюн, Цветешь ли ты, как бывало, Шиповник, и в этом году?

    На северном берегу, Где ветер, дыша прибоем, Летит над грядою дюн, Цветешь ли ты, как бывало, Шиповник, и в этом году?

    — Исикава Такубоку
19. «

    Он отправился покорять новые земли только с тем, что было одето на нем, потому что ничего не желал нести с собой из Честер Милла. Кроме пары приятных воспоминаний, но для них ему не нужны были ни чемоданы, ни даже рюкзак.

    Он отправился покорять новые земли только с тем, что было одето на нем, потому что ничего не желал нести с собой из Честер Милла. Кроме пары приятных воспоминаний, но для них ему не нужны были ни чемоданы, ни даже рюкзак.

    — Стивен Кинг · книга
20. «

    Что-то смутное печалит душу мне: то приснится, то забудется во сне, словно древний аромат в моей душе, исчезающий в туманном мираже, словно краски осыпающихся роз, словно горечь от невыплаканных слез о любви, что там, на грани временной, заблудилась и не встретилась со мной...

    Что-то смутное печалит душу мне: то приснится, то забудется во сне, словно древний аромат в моей душе, исчезающий в туманном мираже, словно краски осыпающихся роз, словно горечь от невыплаканных слез о любви, что там, на грани временной, заблудилась и не встретилась со мной...

    — Амадо Нерво