152 цитаты «восприятие» — что говорили умные люди

152 цитаты про «восприятие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Сильные люди просто впитывают целое, и это делает их богаче. Сильные люди просто никогда ничего не отвергают. Отвержение идет от слабости — ты боишься. Сильным людям хочется впитывать все, что дает жизнь. Религиозное, нерелигиозное, моральное, аморальное, божественное, дьявольское — не имеет значения; сильный человек впитывает все. И он становится от этого богаче. Он обладает совершенно другой глубиной, которой не может быть у обычных религиозных людей; они бедны и мелки. Посмотрите на обычных религиозных людей, которые ходят в храм, мечеть или церковь. Вы всегда найдете очень, очень мелких людей, в которых нет никакой глубины. Отвергнув какие-то части себя, они стали калеками. В определенном смысле, они парализованные

   Сильные люди просто впитывают целое, и это делает их богаче. Сильные люди просто никогда ничего не отвергают. Отвержение идет от слабости — ты боишься. Сильным людям хочется впитывать все, что дает жизнь. Религиозное, нерелигиозное, моральное, аморальное, божественное, дьявольское — не имеет значения; сильный человек впитывает все. И он становится от этого богаче. Он обладает совершенно другой глубиной, которой не может быть у обычных религиозных людей; они бедны и мелки. Посмотрите на обычных религиозных людей, которые ходят в храм, мечеть или церковь. Вы всегда найдете очень, очень мелких людей, в которых нет никакой глубины. Отвергнув какие-то части себя, они стали калеками. В определенном смысле, они парализованные

   — Ошо (Бхагван Шри Раджниш) · книга
2. «

   Реальность у нас, в Вайоминге, никогда не пользовалась особым спросом.

   Реальность у нас, в Вайоминге, никогда не пользовалась особым спросом.

   — Энни Прул · книга
3. «

   Великое искусство жизни — это восприятие. Чувствовать, что ты существуешь, даже через боль.

   Великое искусство жизни — это восприятие. Чувствовать, что ты существуешь, даже через боль.

   — Лорд Байрон · фильм
4. «

   Большинство девочек, как мне кажется, растут с инстинктивным пониманием, что они могут заставить мир воспринимать их, как они того пожелают. Вот почему мода обладает такой властью.

   Большинство девочек, как мне кажется, растут с инстинктивным пониманием, что они могут заставить мир воспринимать их, как они того пожелают. Вот почему мода обладает такой властью.

   — Рут Рейчел · книга
5. «

   Оттого, кого ты поместишь в центр истории, зависит суть самого повествования, и оно будет меняться как в калейдоскопе. Другими словами, есть одно событие и множество историй, рассказывающих о нем, — столько же, сколько и участников.

   Оттого, кого ты поместишь в центр истории, зависит суть самого повествования, и оно будет меняться как в калейдоскопе. Другими словами, есть одно событие и множество историй, рассказывающих о нем, — столько же, сколько и участников.
6. «

   Наше страдание, проистекает от образа нашего восприятия.

   Наше страдание, проистекает от образа нашего восприятия.

   — Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче · книга
7. «

   А у меня нет слабых мест. Я обладаю даром полной непрошибаемости.

   А у меня нет слабых мест. Я обладаю даром полной непрошибаемости.

   — Абдель Селлу · книга
8. «

   Когда кто-то перестает адекватно воспринимать действительность, кто-то другой должен подойти и влепить ему хорошую пощечину. Иначе человек никогда не придет в себя.

   Когда кто-то перестает адекватно воспринимать действительность, кто-то другой должен подойти и влепить ему хорошую пощечину. Иначе человек никогда не придет в себя.

   — Тоука Киришима
9. «

   Если бы вы вдруг увидели восьмой цвет, а потом попытались описать его семицветному миру, то получилось бы примерно следующее: «Э-э, ну это было... нечто вроде зеленовато-пурпурного». Мы так и не научились толком обмениваться полученным опытом.

   Если бы вы вдруг увидели восьмой цвет, а потом попытались описать его семицветному миру, то получилось бы примерно следующее: «Э-э, ну это было... нечто вроде зеленовато-пурпурного». Мы так и не научились толком обмениваться полученным опытом.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Когда женщины говорят, у них нет или почти нет того, о чем мы привыкли читать и слышать: как одни люди героически убивали других и победили. Или проигра-ли. Какая была техника и какие генералы. Женские рассказы другие и о другом. У «женской» войны свои краски, свои запахи, свое освещение и свое пространство чувств. Свои слова. Там нет героев и невероятных подвигов, там есть просто люди, которые заняты не-человеческим человеческим делом. И страдают там не только они (люди!), но и земля, и птицы, и деревья. Все, кто живут вместе с нами на земле. Страдают они без слов, что еще страшнее.

    Когда женщины говорят, у них нет или почти нет того, о чем мы привыкли читать и слышать: как одни люди героически убивали других и победили. Или проигра-ли. Какая была техника и какие генералы. Женские рассказы другие и о другом. У «женской» войны свои краски, свои запахи, свое освещение и свое пространство чувств. Свои слова. Там нет героев и невероятных подвигов, там есть просто люди, которые заняты не-человеческим человеческим делом. И страдают там не только они (люди!), но и земля, и птицы, и деревья. Все, кто живут вместе с нами на земле. Страдают они без слов, что еще страшнее.

    — Светлана Алексиевич · книга
11. «

    — Я чувствую себя Золушкой. — Обожаю этот мультфильм! Принц меняет всю её жизнь, он видит в ней то, чего никто не увидел... — Извини, но по-моему ты не совсем поняла этот фильм. — Не поняла? — Ты уж меня извини, ты у нас девушка умная и всё такое, но принц женится на ней только после того, как её крёстная подарила ей платье от Версаче и очиститель кожи. Пока она ишачила на мачеху и одевалась в дешёвом универмаге — чихать он на неё хотел. — Да нет же, «Золушка» — сказка о том, что всё воздаётся по заслугам! Это хорошая девушка, которая случайно находит свою любовь. — Случайно? Она же роняет там свою дорогую тапочку. Почему, как ты думаешь? — Потому что была уже полночь, а она обещала вернуться рано. — А вот и нет — для того, чтобы он искал её!

    — Я чувствую себя Золушкой. — Обожаю этот мультфильм! Принц меняет всю её жизнь, он видит в ней то, чего никто не увидел... — Извини, но по-моему ты не совсем поняла этот фильм. — Не поняла? — Ты уж меня извини, ты у нас девушка умная и всё такое, но принц женится на ней только после того, как её крёстная подарила ей платье от Версаче и очиститель кожи. Пока она ишачила на мачеху и одевалась в дешёвом универмаге — чихать он на неё хотел. — Да нет же, «Золушка» — сказка о том, что всё воздаётся по заслугам! Это хорошая девушка, которая случайно находит свою любовь. — Случайно? Она же роняет там свою дорогую тапочку. Почему, как ты думаешь? — Потому что была уже полночь, а она обещала вернуться рано. — А вот и нет — для того, чтобы он искал её!

    — Алекс Баретто · фильм
12. «

    Мы по-разному воспринимаем вещи в зависимости от того, каковы мы сами.

    Мы по-разному воспринимаем вещи в зависимости от того, каковы мы сами.

    — Мишель де Монтень · книга
13. «

    Пока тебя никто не воспринимает всерьёз, твои руки развязаны.

    Пока тебя никто не воспринимает всерьёз, твои руки развязаны.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Ничто не бывает плохим само по себе — всё дело в том, как ты это воспринимаешь.

    Ничто не бывает плохим само по себе — всё дело в том, как ты это воспринимаешь.

    — Элизабет Хейч · книга
15. «

    Первое, на что я обратил внимание в тот первый день в Бомбее, – непривычный запах. Я почувствовал его уже в переходе от самолета к зданию аэровокзала – прежде, чем услышал или увидел что-либо в Индии. Этот запах был приятен и будоражил меня, в ту первую минуту в Бомбее, когда я, вырвавшись на свободу, заново вступал в большой мир, но он был мне абсолютно незнаком. Теперь я знаю, что это сладкий, тревожный запах надежды, уничтожающей ненависть, и в то же время кислый, затхлый запах жадности, уничтожающей любовь. Это запах богов и демонов, распадающихся и возрожденных империй и цивилизаций. Это голубой запах морской кожи, ощутимый в любой точке города на семи островах, и кроваво-металлический запах машин. Это запах суеты и покоя, всей жизнедеятельности шестидесяти миллионов животных, больше половины которых – человеческие существа и крысы. Это запах любви и разбитых сердец, борьбы за выживание и жестоких поражений, выковывающих нашу храбрость. Это запах десяти тысяч ресторанов, пяти тысяч храмов, усыпальниц, церквей и мечетей, а также сотен базаров, где торгуют исключительно духами, пряностями, благовониями и свежими цветами. Карла назвала его однажды худшим из самых прекрасных ароматов, и она была, несомненно, права, как она всегда бывает по-своему права в своих оценках. И теперь, когда бы я ни приехал в Бомбей, прежде всего я ощущаю этот запах – он приветствует меня и говорит, что я вернулся домой.

    Первое, на что я обратил внимание в тот первый день в Бомбее, – непривычный запах. Я почувствовал его уже в переходе от самолета к зданию аэровокзала – прежде, чем услышал или увидел что-либо в Индии. Этот запах был приятен и будоражил меня, в ту первую минуту в Бомбее, когда я, вырвавшись на свободу, заново вступал в большой мир, но он был мне абсолютно незнаком. Теперь я знаю, что это сладкий, тревожный запах надежды, уничтожающей ненависть, и в то же время кислый, затхлый запах жадности, уничтожающей любовь. Это запах богов и демонов, распадающихся и возрожденных империй и цивилизаций. Это голубой запах морской кожи, ощутимый в любой точке города на семи островах, и кроваво-металлический запах машин. Это запах суеты и покоя, всей жизнедеятельности шестидесяти миллионов животных, больше половины которых – человеческие существа и крысы. Это запах любви и разбитых сердец, борьбы за выживание и жестоких поражений, выковывающих нашу храбрость. Это запах десяти тысяч ресторанов, пяти тысяч храмов, усыпальниц, церквей и мечетей, а также сотен базаров, где торгуют исключительно духами, пряностями, благовониями и свежими цветами. Карла назвала его однажды худшим из самых прекрасных ароматов, и она была, несомненно, права, как она всегда бывает по-своему права в своих оценках. И теперь, когда бы я ни приехал в Бомбей, прежде всего я ощущаю этот запах – он приветствует меня и говорит, что я вернулся домой.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
16. «

    Наше восприятие искусства зависит не от уровня нашей подготовки, а от того, что мы чувствуем в данный момент. Я хожу на музыкальные концерты, и случается иногда, сижу и думаю: «Что же я, как заслонка печная, ничего не чувствую? Вроде бы и музыка любимая…» А бывает состояние, когда мы всё впитываем полностью.

    Наше восприятие искусства зависит не от уровня нашей подготовки, а от того, что мы чувствуем в данный момент. Я хожу на музыкальные концерты, и случается иногда, сижу и думаю: «Что же я, как заслонка печная, ничего не чувствую? Вроде бы и музыка любимая…» А бывает состояние, когда мы всё впитываем полностью.

    — Ирина Александровна Антонова
17. «

    Две недели он ничего не читал, и газета показалась ему шедевром классической литературы.

    Две недели он ничего не читал, и газета показалась ему шедевром классической литературы.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Очень важно сохранить в себе детское восприятие мира, и какими бы взрослыми, какими бы богатыми мы ни стали, мы должны жить честно, в гармонии со своим внутренним и неизменно искренним ребёнком.

    Очень важно сохранить в себе детское восприятие мира, и какими бы взрослыми, какими бы богатыми мы ни стали, мы должны жить честно, в гармонии со своим внутренним и неизменно искренним ребёнком.

    — Такеши Китано
19. «

    Есть прямая зависимость между количеством опыта и скоростью, с которой ты можешь оправиться от ужаса. Чем больше ты уже повидал, тем быстрее стряхиваешь с себя вновь увиденное. Темлптон потребовалась большая часть пути в «Анжелику», чтобы восстановить равновесие, а я пришел в себя, как только мы вышли из лаборатории.

    Есть прямая зависимость между количеством опыта и скоростью, с которой ты можешь оправиться от ужаса. Чем больше ты уже повидал, тем быстрее стряхиваешь с себя вновь увиденное. Темлптон потребовалась большая часть пути в «Анжелику», чтобы восстановить равновесие, а я пришел в себя, как только мы вышли из лаборатории.

    — Джеймс Кэрол · книга
20. «

    Один, глядя в лужу, видит в ней грязь, а другой — отражающиеся в ней звёзды.

    Один, глядя в лужу, видит в ней грязь, а другой — отражающиеся в ней звёзды.

    — Иммануил Кант