402 сильных цитаты: «врачи»

402 цитаты про «врачи»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Искренняя улыбка и долгий сон — это два самых лучших врача в мире.

   Искренняя улыбка и долгий сон — это два самых лучших врача в мире.

   — Эрих Мария Ремарк
2. «

   ... Пишешь, что ты недостойна! Хорошо смиряться с толком, и если сознаешь свое недостоинство, то в других случаях и следует, сообразно с этим, вести себя и держаться смиренного образа мыслей и действования. Но по причине недостоинства своего не должно отказываться от принятия монашеского образа. Святой Иоанн Лествичник пишет: «Никто не должен… называть себя недостойным монашеского обета... Где много гнилости, там нужно и сильное врачевание... Ибо здоровые не требуют врача и не поступают в больницу». Если не желаешь принять пострижение, то зачем поступала в монастырь? Впрочем, вольному воля, а спасенному рай. Но если и в болезни будешь отказываться от монашества, то рассуждение твое весьма ошибочно, и внушение это явно с шуией стороны.

   ... Пишешь, что ты недостойна! Хорошо смиряться с толком, и если сознаешь свое недостоинство, то в других случаях и следует, сообразно с этим, вести себя и держаться смиренного образа мыслей и действования. Но по причине недостоинства своего не должно отказываться от принятия монашеского образа. Святой Иоанн Лествичник пишет: «Никто не должен… называть себя недостойным монашеского обета... Где много гнилости, там нужно и сильное врачевание... Ибо здоровые не требуют врача и не поступают в больницу». Если не желаешь принять пострижение, то зачем поступала в монастырь? Впрочем, вольному воля, а спасенному рай. Но если и в болезни будешь отказываться от монашества, то рассуждение твое весьма ошибочно, и внушение это явно с шуией стороны.

   — Амвросий Оптинский
3. «

   Философы и врачи одинаково относятся к дружбе, к детям, к имуществу.

   Философы и врачи одинаково относятся к дружбе, к детям, к имуществу.

   — Гиппократ
4. «

   Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

   Актёр — это тот, кто сызмальства и на всю жизнь соглашается выставлять себя на обозрение анонимной публики. Без этого исходного согласия, которое никак не связано с талантом, которое гораздо глубже, чем талант, нельзя стать актёром. Под стать тому и врач; он также соглашается всю жизнь заниматься человеческими телами и всем тем, что из этого следует. Это исходное согласие (а вовсе не талант и не умение) даёт ему возможность войти на первом курсе в прозекторскую, а спустя шесть лет стать врачом. Хирургия доводит основной императив профессии медика до самой крайней грани, где человеческое уже соприкасается с божественным. Если вы сильно трахнете кого-нибудь дубинкой по башке, он рухнет и испустит дух навсегда. Но ведь однажды он всё равно испустил бы дух. Такое убийство лишь несколько опережает то, что чуть позже Бог обстряпал бы сам. Бог, надо полагать, считался с убийством, но не рассчитывал на хирургию. Он и думать не думал, что кто-то дерзнет сунуть руку в нутро механизма, который он сотворил, тщательно завернул в кожу, запечатал и сокрыл от глаз человеческих.

   — Милан Кундера · книга
5. «

   — Почему ты стал врачом? Почему именно хирургом? — Ну, потому что для проктолога я слишком весёлый, а для гинеколога слишком влюбчивый. А для хирурга у меня всё сложилось. У меня ловкие руки и острый ум. — А если серьёзно? — Да чёрт его знает! Понимаешь, это мужская профессия. Сразу видно, чего ты стоишь. В операционной ведь никого не обманешь. Тут всё от тебя зависит. Решения принимаешь ты. — А везение? — Везение... Это уже Бог! При этом каждый делает свою работу сам. Он — свою, я — свою. При том, когда я свою работу делаю хорошо, то и Боженьке полегче.

   — Почему ты стал врачом? Почему именно хирургом? — Ну, потому что для проктолога я слишком весёлый, а для гинеколога слишком влюбчивый. А для хирурга у меня всё сложилось. У меня ловкие руки и острый ум. — А если серьёзно? — Да чёрт его знает! Понимаешь, это мужская профессия. Сразу видно, чего ты стоишь. В операционной ведь никого не обманешь. Тут всё от тебя зависит. Решения принимаешь ты. — А везение? — Везение... Это уже Бог! При этом каждый делает свою работу сам. Он — свою, я — свою. При том, когда я свою работу делаю хорошо, то и Боженьке полегче.

   — Олег Брагин · сериал
6. «

   ...для врача открыты двери всех семей, и шире, чем для священника.

   ...для врача открыты двери всех семей, и шире, чем для священника.

   — Умберто Эко · книга
7. «

   Выбрав специалиста, вы выберете заболевание.

   Выбрав специалиста, вы выберете заболевание.

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
8. «

   — Ну что, пациент, готов к операции? — Это не больно? — на который я ответил избитой студенческой шуткой: — Сколько я ни делал операций, мне никогда не было больно.

   — Ну что, пациент, готов к операции? — Это не больно? — на который я ответил избитой студенческой шуткой: — Сколько я ни делал операций, мне никогда не было больно.

   — Владимир Геннадьевич Поселягин · книга
9. «

   Никогда бы не подумал, что целитель может владеть мечом.

   Никогда бы не подумал, что целитель может владеть мечом.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
10. «

    То, что не излечивается лекарствами, излечивается ножом; то, что не излечивается ножом, излечивается раскалённым железом; то, что не излечивается раскалённым железом, следует считать неизлечимым.

    То, что не излечивается лекарствами, излечивается ножом; то, что не излечивается ножом, излечивается раскалённым железом; то, что не излечивается раскалённым железом, следует считать неизлечимым.

    — Гиппократ
11. «

    Коли доктор сыт — и больному легче!

    Коли доктор сыт — и больному легче!

    — Местный доктор · фильм
12. «

    Шарлатан — это лжеврач, отправляющий вас на тот свет, тогда как настоящий врач дает вам умереть своей смертью.

    Шарлатан — это лжеврач, отправляющий вас на тот свет, тогда как настоящий врач дает вам умереть своей смертью.

    — Жан де Лабрюйер
13. «

    Сегодня, если врач говорит, что вам нужно удалять почку, вы не знаете: действительно ли у вас всё так плохо, или врачу нужно расплатиться за ипотеку.

    Сегодня, если врач говорит, что вам нужно удалять почку, вы не знаете: действительно ли у вас всё так плохо, или врачу нужно расплатиться за ипотеку.

    — Жак Фреско
14. «

    — Десять врачей работали неделю, Один умом поехал — и их осталось девять… — Девять врачей работали до осени, Пришла оптимизация — и их осталось восемь… — Восемь врачей помочь старались всем, Один сказал «идите нах.й» — их осталось семь... — Семь врачей пили чай, не успевая есть. Один подался к частнику — и их осталось шесть... — Ещё один сорвался, сказал: «Да вашу ж мать!..», Уволили со «скорой» — и их осталось пять... — Пять ездили врачей… По вызову в квартиры, Алкаш прикончил одного — и стало их четыре... — Четыре молодых врача в чужом погрязли горе, Но жалоба пришла в «МинЗдрав» — и их осталось трое... — Один из них семейный концы сводил едва, Но денег не хватало — врачей осталось два... — Два доктора дежурили всегда по выходным, С инсультом завалился, потом из них один. Последний из десятка лишь поглядел устало… Потом пошёл повесился… и никого не стало!

    — Десять врачей работали неделю, Один умом поехал — и их осталось девять… — Девять врачей работали до осени, Пришла оптимизация — и их осталось восемь… — Восемь врачей помочь старались всем, Один сказал «идите нах.й» — их осталось семь... — Семь врачей пили чай, не успевая есть. Один подался к частнику — и их осталось шесть... — Ещё один сорвался, сказал: «Да вашу ж мать!..», Уволили со «скорой» — и их осталось пять... — Пять ездили врачей… По вызову в квартиры, Алкаш прикончил одного — и стало их четыре... — Четыре молодых врача в чужом погрязли горе, Но жалоба пришла в «МинЗдрав» — и их осталось трое... — Один из них семейный концы сводил едва, Но денег не хватало — врачей осталось два... — Два доктора дежурили всегда по выходным, С инсультом завалился, потом из них один. Последний из десятка лишь поглядел устало… Потом пошёл повесился… и никого не стало!
15. «

    У меня два врача: левая и правая нога.

    У меня два врача: левая и правая нога.

    — Джордж Маколей Тревельян
16. «

    Врач лечит, природа исцеляет.

    Врач лечит, природа исцеляет.

    — Гиппократ
17. «

    Я работаю врачом и не очень понимаю, для чего мы в университете учили латынь. Потому что за пять лет работы ко мне не пришёл ни один римлянин. Типа, спрашиваешь пациента: «Кем работаете? Центурион имперского легиона... Тоже бюджетник, да? А что случилось? А, Астерикс и Обеликс! Понятно, напьются своего зелья, людей калечат».

    Я работаю врачом и не очень понимаю, для чего мы в университете учили латынь. Потому что за пять лет работы ко мне не пришёл ни один римлянин. Типа, спрашиваешь пациента: «Кем работаете? Центурион имперского легиона... Тоже бюджетник, да? А что случилось? А, Астерикс и Обеликс! Понятно, напьются своего зелья, людей калечат».

    — Антон Дюбайло
18. «

    Научись, врач, врачевать! Увидь в больном человека! Не грыжу, не язву лечи — человека! Помоги ему, предупреди, может быть, эту самую язву, чтобы потом не резать её!

    Научись, врач, врачевать! Увидь в больном человека! Не грыжу, не язву лечи — человека! Помоги ему, предупреди, может быть, эту самую язву, чтобы потом не резать её!

    — Терентий Петрович Жуков · фильм
19. «

    — Что главное в нашей работе? Как вы считаете? — Главное, — врач задумалась на миг, нахмурив густые седые брови. — Главное... Видеть человека, а не галочку в отчете. Всегда помнить, что перед тобой — человек. Не просто руки, ноги, голова, а целый мир. Божье творение. А значит лечить его кое-как... Это не просто нехорошо — это такой грех, который не смоешь.

    — Что главное в нашей работе? Как вы считаете? — Главное, — врач задумалась на миг, нахмурив густые седые брови. — Главное... Видеть человека, а не галочку в отчете. Всегда помнить, что перед тобой — человек. Не просто руки, ноги, голова, а целый мир. Божье творение. А значит лечить его кое-как... Это не просто нехорошо — это такой грех, который не смоешь.

    — Дмитрий Ермаков · книга
20. «

    — Женщина-врач? Не сработаемся. — А что же мне делать?! — Смените пол! И приходите...

    — Женщина-врач? Не сработаемся. — А что же мне делать?! — Смените пол! И приходите...

    — Андрей Евгеньевич Быков · сериал