Топ-131 цитата: «жестокость»

131 цитата про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   То, что я тогда воспринимал как жестокость судьбы, я теперь должен признать мудростью провидения.

   То, что я тогда воспринимал как жестокость судьбы, я теперь должен признать мудростью провидения.

   — Адольф Гитлер · книга
2. «

   Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

   Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

   — Ирвин Уэлш · книга
3. «

   Страх — отец жестокости.

   Страх — отец жестокости.

   — Генри Райдер Хаггард · книга
4. «

   Они принялись скакать вокруг него, выкрикивая: «Изменник!», «Мыслепреступник!» — и девочка подражала каждому движению мальчика. Это немного пугало, как возня тигрят, которые скоро вырастут в людоедов. В глазах у мальчика была расчетливая жестокость, явное желание ударить или пнуть Уинстона, и он знал, что скоро это будет ему по силам, осталось только чуть-чуть подрасти.

   Они принялись скакать вокруг него, выкрикивая: «Изменник!», «Мыслепреступник!» — и девочка подражала каждому движению мальчика. Это немного пугало, как возня тигрят, которые скоро вырастут в людоедов. В глазах у мальчика была расчетливая жестокость, явное желание ударить или пнуть Уинстона, и он знал, что скоро это будет ему по силам, осталось только чуть-чуть подрасти.

   — Джордж Оруэлл · книга
5. «

   Говорят, что глубочайшая жестокость идет от глубочайшей нежности.

   Говорят, что глубочайшая жестокость идет от глубочайшей нежности.

   — Терри Гудкайнд · книга
6. «

   Жестокость всегда проистекает из бессердечия и слабости.

   Жестокость всегда проистекает из бессердечия и слабости.

   — Луций Анней Сенека
7. «

   В самом деле, выражаются иногда про «зверскую» жестокость человека, но это страшно несправедливо и обидно для зверей: зверь никогда не может быть так жесток, как человек, так артистически, так художественно жесток.

   В самом деле, выражаются иногда про «зверскую» жестокость человека, но это страшно несправедливо и обидно для зверей: зверь никогда не может быть так жесток, как человек, так артистически, так художественно жесток.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
8. «

   Я горжусь, что занималась делом, которое приносит удовольствие, создает красоту, пробуждает совесть, вызывает сострадание и, может быть самое главное, дает миллионам возможность отдохнуть от нашего такого жестокого мира.

   Я горжусь, что занималась делом, которое приносит удовольствие, создает красоту, пробуждает совесть, вызывает сострадание и, может быть самое главное, дает миллионам возможность отдохнуть от нашего такого жестокого мира.

   — Одри Хепберн
9. «

   Вы начитаетесь своих любовных книжек и считаете, что живёте в розовом мире. Сказочный принц уже не для вас. Вы давно перестали верить в сказки, вам нужен грубый жёсткий мужик, особенно с какой-нибудь тайной и тайным комплексом неполноценности. Ещё лучше, если бы он был тайным садистом и собственником до мозга костей. И каждый роман твердит вам только о том, как этот мужик меняется ради любимой, а девушка остаётся всё такая же чистая и неизменная. Это секта.

   Вы начитаетесь своих любовных книжек и считаете, что живёте в розовом мире. Сказочный принц уже не для вас. Вы давно перестали верить в сказки, вам нужен грубый жёсткий мужик, особенно с какой-нибудь тайной и тайным комплексом неполноценности. Ещё лучше, если бы он был тайным садистом и собственником до мозга костей. И каждый роман твердит вам только о том, как этот мужик меняется ради любимой, а девушка остаётся всё такая же чистая и неизменная. Это секта.

   — Мария Эльнорд · книга
10. «

    Что более характерно для человека – жестокость или способность её стыдиться?

    Что более характерно для человека – жестокость или способность её стыдиться?

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
11. «

    Власть, думаю я; всегда одно и то же: одного грамма ее достаточно, чтобы сделать человека жестоким.

    Власть, думаю я; всегда одно и то же: одного грамма ее достаточно, чтобы сделать человека жестоким.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

    Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

    — Генри Лайон Олди · книга
13. «

    — Если человек стремится к свободе, почему он птиц и зверей держит в клетках?... Человек воистину царь зверей, ведь он жестоко истребляет их. Мы живем, умерщвляя других. Мы ходячие кладбища! Ещё в раннем возрасте я отказался от мяса.

    — Если человек стремится к свободе, почему он птиц и зверей держит в клетках?... Человек воистину царь зверей, ведь он жестоко истребляет их. Мы живем, умерщвляя других. Мы ходячие кладбища! Ещё в раннем возрасте я отказался от мяса.

    — Леонардо да Винчи
14. «

    Война — жестокая штука, но не обязательно жестоки люди, которые её ведут.

    Война — жестокая штука, но не обязательно жестоки люди, которые её ведут.

    — Джон Апдайк · книга
15. «

    Люди так озабочены тем, что их дети играют с пистолетами, смотрят жестокие фильмы, боятся, что жажда насилия овладеет и ими. Никто из них не обеспокоен тем, что дети слышат тысячи песен: о разбитых сердцах, отвергнутой любви, боли, страданиях и потерях.

    Люди так озабочены тем, что их дети играют с пистолетами, смотрят жестокие фильмы, боятся, что жажда насилия овладеет и ими. Никто из них не обеспокоен тем, что дети слышат тысячи песен: о разбитых сердцах, отвергнутой любви, боли, страданиях и потерях.

    — Роб Гордон · фильм
16. «

    Никто, кроме меня, их не видит. Никто не поймёт, как одиноко и ужасно жить в этом мире.

    Никто, кроме меня, их не видит. Никто не поймёт, как одиноко и ужасно жить в этом мире.

    — Такаси Нацумэ (Takashi Natsume) · аниме
17. «

    У меня не было друзей, и одно лишь чувство непревзойденного одиночества двигало мной. Я часто оставался в своей комнате от заката до восхода солнца и фантазировал о том, как люди будут страдать, извиваться и умирать.

    У меня не было друзей, и одно лишь чувство непревзойденного одиночества двигало мной. Я часто оставался в своей комнате от заката до восхода солнца и фантазировал о том, как люди будут страдать, извиваться и умирать.

    — Томас Тиджей Лейн
18. «

    — Зачем подавать ложную надежду? — спросил Енох. — Это жестоко.

    — Зачем подавать ложную надежду? — спросил Енох. — Это жестоко.

    — Ренсом Риггз · книга
19. «

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    — Виктор Гюго · книга
20. «

    Умные ведь не бывают злыми – только жестокими.

    Умные ведь не бывают злыми – только жестокими.

    — Алексей Иванов · книга