217 цитат про «жестокость» от великих людей

217 цитат про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Совсем озверел Чёрный Абдулла. Ни своих ни чужих не жалеет.

   Совсем озверел Чёрный Абдулла. Ни своих ни чужих не жалеет.

   — Рахимов · фильм
2. «

   Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

   Жестокость – изнанка обиды. Ненависть – изнанка слабости. Жалость – изнанка взгляда в зеркало. Агрессия – тыл гордыни. Теперь возьмем всё это – плюс многое другое – разделим на бумажные жребии, бросим в шляпу, встряхнем, хорошенько перемешаем и начнем тянуть билетики в другом порядке. Думаете, что-то изменится? Ничего подобного. От перемены мест слагаемых, даже если слагаются не числа, а чувства… Банальность – изнанка мудрости.

   — Генри Лайон Олди · книга
3. «

   Мир зол, жесток, бесчеловечен и всюду полон палачей, но вдоль него, упрям и вечен, – добра струящийся ручей.

   Мир зол, жесток, бесчеловечен и всюду полон палачей, но вдоль него, упрям и вечен, – добра струящийся ручей.

   — Игорь Губерман
4. «

   Революционеры — это люди, способные принять вызов беспощадного мира и ответить ему ещё большей беспощадностью.

   Революционеры — это люди, способные принять вызов беспощадного мира и ответить ему ещё большей беспощадностью.

   — Мишель Уэльбек · книга
5. «

   Люди, которые теперь жестоки, должны рассматриваться как сохранившиеся ступени прежних культур.

   Люди, которые теперь жестоки, должны рассматриваться как сохранившиеся ступени прежних культур.

   — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
6. «

   — Во имя богов! Они же как дети! — Я знаю, тяжело остановиться на одном.

   — Во имя богов! Они же как дети! — Я знаю, тяжело остановиться на одном.

   — Ричард (Richard)
7. «

   Человек по самой своей природе подвержен тысячам бед и невзгод, но, даже если жизнь не заполнена злоключениями, мы постоянно добавляем несчастье к несчастью, усугубляя горечь жестоким обращением друг с другом.

   Человек по самой своей природе подвержен тысячам бед и невзгод, но, даже если жизнь не заполнена злоключениями, мы постоянно добавляем несчастье к несчастью, усугубляя горечь жестоким обращением друг с другом.

   — Джозеф Аддисон
8. «

   Любовь — вещь жестокая, и наиболее она жестока с теми, кто не верит в нее.

   Любовь — вещь жестокая, и наиболее она жестока с теми, кто не верит в нее.
9. «

   А закон к смертникам беспощаден: малейшее нарушение — и смертная казнь. На месте. Иначе нельзя, такое уж время, когда милосердие оборачивается жестокостью и только в жестокости заключено истинное милосердие. Закон беспощаден, но мудр.

   А закон к смертникам беспощаден: малейшее нарушение — и смертная казнь. На месте. Иначе нельзя, такое уж время, когда милосердие оборачивается жестокостью и только в жестокости заключено истинное милосердие. Закон беспощаден, но мудр.

   — Аркадий Стругацкий · книга
10. «

    – У тебя все слишком жестоко, вампир, – грустно сказала я. Вампир оторвался от своего занятия и посмотрел на меня. – Это лучше, чем жить иллюзиями, принцесса. По крайней мере, мои представления о мире не пострадают, как твои.

    – У тебя все слишком жестоко, вампир, – грустно сказала я. Вампир оторвался от своего занятия и посмотрел на меня. – Это лучше, чем жить иллюзиями, принцесса. По крайней мере, мои представления о мире не пострадают, как твои.

    — Кира Филиппова · книга
11. «

    Я думаю, что хуже, чем жестокость сердца, может быть лишь одно качество — мягкость мозгов.

    Я думаю, что хуже, чем жестокость сердца, может быть лишь одно качество — мягкость мозгов.

    — Теодор Рузвельт
12. «

    От жестокости толку не бывает. Особенно, когда хочешь что-то защитить.

    От жестокости толку не бывает. Особенно, когда хочешь что-то защитить.
13. «

    Слушай меня внимательно, Дружок: есть только один непростительный грех — умышленная жестокость. Все остальное можно простить. А такое — никак нельзя. Ты меня понял, Дружок?

    Слушай меня внимательно, Дружок: есть только один непростительный грех — умышленная жестокость. Все остальное можно простить. А такое — никак нельзя. Ты меня понял, Дружок?

    — Трумен Капоте · книга
14. «

    Обида порождает жестокость. Слабости — ненависть. Гордость отражение агрессии, а ограничение — мудрость поведения. Не контроль, а дисциплина. Хладнокровие — признак силы.

    Обида порождает жестокость. Слабости — ненависть. Гордость отражение агрессии, а ограничение — мудрость поведения. Не контроль, а дисциплина. Хладнокровие — признак силы.

    — Аарон Селестайн
15. «

    Сила воли. Не будь её, все мы поддавались бы приступам жестокости. Кто, внезапно охваченный гневом, страхом, бешенством, не желал, хотя бы одно мгновение, ударить, а может, даже убить другого?

    Сила воли. Не будь её, все мы поддавались бы приступам жестокости. Кто, внезапно охваченный гневом, страхом, бешенством, не желал, хотя бы одно мгновение, ударить, а может, даже убить другого?

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
16. «

    Несчастной я стала в шесть лет. Гувернантка повела меня в приезжий «зверинец». В маленькой комнате сидела худая лисица с человечьими глазами. Рядом на столе стояло корыто, в нем плавали два крошечных дельфина. Вошли пьяные, шумные оборванцы и стали тыкать в дельфиний глаз, из которого брызнула кровь. Сейчас мне 76 лет. Все 70 лет я этим мучаюсь.

    Несчастной я стала в шесть лет. Гувернантка повела меня в приезжий «зверинец». В маленькой комнате сидела худая лисица с человечьими глазами. Рядом на столе стояло корыто, в нем плавали два крошечных дельфина. Вошли пьяные, шумные оборванцы и стали тыкать в дельфиний глаз, из которого брызнула кровь. Сейчас мне 76 лет. Все 70 лет я этим мучаюсь.

    — Фаина Раневская · книга
17. «

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    Особенностью наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Жестокость — первородный грех человечества, а доброте надо учиться.

    Жестокость — первородный грех человечества, а доброте надо учиться.

    — Александра Хоукинз · книга
19. «

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

    — Ирвин Уэлш · книга
20. «

    — Бог не из тех, кто легко прощает? — Это точно замечено. <…> — Но он и жесток, так ведь? <…> — Да, Бог жесток.

    — Бог не из тех, кто легко прощает? — Это точно замечено. <…> — Но он и жесток, так ведь? <…> — Да, Бог жесток.

    — Стивен Кинг · книга