«жестокость» в 251 цитата

251 цитата про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — <...> Помню, как-то раз у меня были сильные боли. Я вышел на арену и упал в обморок. Потом очнулся и вижу: вокруг толпятся люди, все кричат, улюлюкают, забрасывают меня... — Не надо! Я не могу больше! Ради бога, перестаньте! — Джемма вскочила, зажав уши.

   — <...> Помню, как-то раз у меня были сильные боли. Я вышел на арену и упал в обморок. Потом очнулся и вижу: вокруг толпятся люди, все кричат, улюлюкают, забрасывают меня... — Не надо! Я не могу больше! Ради бога, перестаньте! — Джемма вскочила, зажав уши.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
2. «

   Угнетатели страдают больше угнетенных. Палачи — жалкие грешники, которые искупают в этой жизни преступления, совершенные ими в прошлых воплощениях, и которых Бог обрек за это быть злыми, — пытка, в тысячу раз более жестокая, нежели та, которую испытывают их невинные жертвы.

   Угнетатели страдают больше угнетенных. Палачи — жалкие грешники, которые искупают в этой жизни преступления, совершенные ими в прошлых воплощениях, и которых Бог обрек за это быть злыми, — пытка, в тысячу раз более жестокая, нежели та, которую испытывают их невинные жертвы.

   — Жорж Санд · книга
3. «

   Жалость к палачам становится жестокостью к их жертвам.

   Жалость к палачам становится жестокостью к их жертвам.

   — Ромен Роллан
4. «

   — С нами обошлись, как с домашней скотиной. — И что?! — Мы были оставлены на произвол судьбы. — Как и прочие. — Так нечестно. — О! Так нечестно?! А я и не знал, что так нечестно! А знаешь, что? Тардис не работает как положено! И у меня нет личного портного! — Это несравнимые вещи. — Эти вещи произошли. Это факты. Твоя жестокость породит другую жестокость. Вы не лучше людей, которые были жестоки с вами. Вы просто ещё одна толпа новых жестоких людей! Новые жестокие люди будут жестоки к другим людям, которые в ответ станут жестокими! И единственный способ жить в этом мире – это быть готовыми прощать.

   — С нами обошлись, как с домашней скотиной. — И что?! — Мы были оставлены на произвол судьбы. — Как и прочие. — Так нечестно. — О! Так нечестно?! А я и не знал, что так нечестно! А знаешь, что? Тардис не работает как положено! И у меня нет личного портного! — Это несравнимые вещи. — Эти вещи произошли. Это факты. Твоя жестокость породит другую жестокость. Вы не лучше людей, которые были жестоки с вами. Вы просто ещё одна толпа новых жестоких людей! Новые жестокие люди будут жестоки к другим людям, которые в ответ станут жестокими! И единственный способ жить в этом мире – это быть готовыми прощать.

   — 12 Доктор · сериал
5. «

   – У тебя все слишком жестоко, вампир, – грустно сказала я. Вампир оторвался от своего занятия и посмотрел на меня. – Это лучше, чем жить иллюзиями, принцесса. По крайней мере, мои представления о мире не пострадают, как твои.

   – У тебя все слишком жестоко, вампир, – грустно сказала я. Вампир оторвался от своего занятия и посмотрел на меня. – Это лучше, чем жить иллюзиями, принцесса. По крайней мере, мои представления о мире не пострадают, как твои.

   — Кира Филиппова · книга
6. «

   Мир жесток, детка. Если тебе не подвинтить гайки, тебе ещё и тридцати не исполнится, а ты уже начнёшь трястись, дребезжать и ходить враскоряку.

   Мир жесток, детка. Если тебе не подвинтить гайки, тебе ещё и тридцати не исполнится, а ты уже начнёшь трястись, дребезжать и ходить враскоряку.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   Никогда не забывай, что у страха есть семена, и эти семена — жестокость.

   Никогда не забывай, что у страха есть семена, и эти семена — жестокость.

   — Андрэ Нортон · книга
8. «

   Люди, которым не хватает тонкости, могут быть жестокими нечаянно, даже об этом не догадываясь.

   Люди, которым не хватает тонкости, могут быть жестокими нечаянно, даже об этом не догадываясь.

   — Пенелопа Лайвли · книга
9. «

   Хватит ныть, это жалко. Слезами горю не поможешь. Этот мир жесток ко всем.

   Хватит ныть, это жалко. Слезами горю не поможешь. Этот мир жесток ко всем.

   — Сиэль Фантомхайв · аниме
10. «

    Религия основана, на мой взгляд, прежде всего и главным образом на страхе. Частью это ужас перед неведомым, а частью, как я уже указывал, — желание чувствовать, что у тебя есть своего рода старший брат, который постоит за тебя во всех бедах и злоключениях. Страх — вот что лежит в основе всего этого явления, страх перед таинственным, страх перед неудачей, страх перед смертью. А так как страх является прародителем жестокости, то неудивительно, что жестокость и религия шагали рука об руку. Потому что основа у них обеих одна и та же — страх. В этом мире мы начинаем ныне понемногу постигать вещи и понемногу подчинять их с помощью науки, которая шаг за шагом прокладывает себе дорогу, преодолевая вражду христианской религии, вражду церквей и сопротивление всех обветшалых канонов. Наука лишь может помочь нам преодолеть тот малодушный страх, во власти которого человечество пребывало в продолжение жизни столь многих поколений.

    Религия основана, на мой взгляд, прежде всего и главным образом на страхе. Частью это ужас перед неведомым, а частью, как я уже указывал, — желание чувствовать, что у тебя есть своего рода старший брат, который постоит за тебя во всех бедах и злоключениях. Страх — вот что лежит в основе всего этого явления, страх перед таинственным, страх перед неудачей, страх перед смертью. А так как страх является прародителем жестокости, то неудивительно, что жестокость и религия шагали рука об руку. Потому что основа у них обеих одна и та же — страх. В этом мире мы начинаем ныне понемногу постигать вещи и понемногу подчинять их с помощью науки, которая шаг за шагом прокладывает себе дорогу, преодолевая вражду христианской религии, вражду церквей и сопротивление всех обветшалых канонов. Наука лишь может помочь нам преодолеть тот малодушный страх, во власти которого человечество пребывало в продолжение жизни столь многих поколений.

    — Бертран Рассел · книга
11. «

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

    — Ирвин Уэлш · книга
12. «

    Если все, что ты видишь каждый день — это зверства, ты не можешь не привыкнуть к этому.

    Если все, что ты видишь каждый день — это зверства, ты не можешь не привыкнуть к этому.

    — Феликс Хониккер · игра
13. «

    Что такое душа? Смогу ли я увидеть её, вспоров тебе брюхо? Смогу ли я увидеть её, раскроив тебе череп?

    Что такое душа? Смогу ли я увидеть её, вспоров тебе брюхо? Смогу ли я увидеть её, раскроив тебе череп?

    — Улькиорра Шиффер · аниме
14. «

    Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

    Если к тебе в кастрюлю забралась кошка, а ты её бъешь, то не можешь ты быть ни начальником, ни судьёй. Но это еще не зло. Это нервы. Зло — это когда кошку сразу в мешок.

    — Владимир Дудинцев · книга
15. «

    Некоторые люди очень жестоки. Они ненавидят всякого, кто не похож на них. Не позволяй им дразнить себя. Ты этого не заслужила. Ты гораздо лучше, чем все они.

    Некоторые люди очень жестоки. Они ненавидят всякого, кто не похож на них. Не позволяй им дразнить себя. Ты этого не заслужила. Ты гораздо лучше, чем все они.

    — Элис Легроу · книга
16. «

    Страх — отец жестокости.

    Страх — отец жестокости.

    — Генри Райдер Хаггард · книга
17. «

    Жестокость как рак. Начинается с одной клетки а затем распространяется по всему телу.

    Жестокость как рак. Начинается с одной клетки а затем распространяется по всему телу.
18. «

    Пожалуй, жестокость, откровенная жестокость женщинам милее всего: в них удивительно сильны первобытные инстинкты. Мы им дали свободу, а они все равно остались рабынями, ищущими себе господина. Они любят покоряться.

    Пожалуй, жестокость, откровенная жестокость женщинам милее всего: в них удивительно сильны первобытные инстинкты. Мы им дали свободу, а они все равно остались рабынями, ищущими себе господина. Они любят покоряться.

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    Жестокость — разновидность трусости. Трусы смеются жестоким смехом, когда им на людях хочется заплакать, а причиняя другим боль, они дают выход снедающей их тоске.

    Жестокость — разновидность трусости. Трусы смеются жестоким смехом, когда им на людях хочется заплакать, а причиняя другим боль, они дают выход снедающей их тоске.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
20. «

    — А ты можешь быть жестоким, король мой, — покачал головой Берен, придя в себя. — Нет. Я могу быть безжалостным. Есть разница между жестокостью палача и безжалостностью лекаря, отсекающего заражённую плоть.

    — А ты можешь быть жестоким, король мой, — покачал головой Берен, придя в себя. — Нет. Я могу быть безжалостным. Есть разница между жестокостью палача и безжалостностью лекаря, отсекающего заражённую плоть.

    — Ольга Брилёва · книга