507 глубоких цитат про «жестокость»

507 цитат про «жестокость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Столько зверства кругом, столько жестокости — и так радостно, что хотя бы в этих двух людях жива нежность.

   Столько зверства кругом, столько жестокости — и так радостно, что хотя бы в этих двух людях жива нежность.

   — Михаил Шишкин · книга
2. «

   Всегда надменна красота, но жестокость не красива.

   Всегда надменна красота, но жестокость не красива.

   — Лопе де Вега
3. «

   Не имеющие ни малейшего представления о Боге материалисты считают себя очень прогрессивными. Однако «Бхагавад-гита» называет их недалекими и лишенными рассудка. Пытаясь выжать из материального мира максимум удовольствий, они постоянно изобретают что-то, что принесет им наслаждение. Такие изобретения являются для них мерилом прогресса человеческой цивилизации, однако в результате в обществе только утверждается культ насилия и люди становятся все более бессердечными и жестокими по отношению к животным и к другим людям.

   Не имеющие ни малейшего представления о Боге материалисты считают себя очень прогрессивными. Однако «Бхагавад-гита» называет их недалекими и лишенными рассудка. Пытаясь выжать из материального мира максимум удовольствий, они постоянно изобретают что-то, что принесет им наслаждение. Такие изобретения являются для них мерилом прогресса человеческой цивилизации, однако в результате в обществе только утверждается культ насилия и люди становятся все более бессердечными и жестокими по отношению к животным и к другим людям.

   — Шрила Абхай Чаранаравинда Бхактиведанта Свами Прабхупада · книга
4. «

   Пожалуй, в этом и заключалась самая большая трагедия: Старая Замыкалка никогда не сжигала то, что сидело у них внутри, как и нынче инъекции не отправляют это нечто в глубокий сон. Оно уходит, чтобы вселиться в кого-то ещё, позволяя нам убить оболочку, которая по большому счету и так не живая.

   Пожалуй, в этом и заключалась самая большая трагедия: Старая Замыкалка никогда не сжигала то, что сидело у них внутри, как и нынче инъекции не отправляют это нечто в глубокий сон. Оно уходит, чтобы вселиться в кого-то ещё, позволяя нам убить оболочку, которая по большому счету и так не живая.

   — Стивен Кинг · книга
5. «

   Не сын был мне нужен. Солдат, воин. Я думал, что им станет Джонатан, однако в нем осталось слишком много от демона. Он рос жестоким, неуправляемым, непредсказуемым. Ему с самого детства недоставало терпения и участия, чтобы следовать за мной и вести Конклав по намеченному пути. Тогда я повторил эксперимент на тебе. И снова неудача. Ты родился слишком нежным, не в меру сострадательным. Чувствовал боль других как свою собственную. Ревел, когда умирали твои питомцы. Пойми, сын мой… я любил тебя за эти качества, и они же сделали тебя ненужным.

   Не сын был мне нужен. Солдат, воин. Я думал, что им станет Джонатан, однако в нем осталось слишком много от демона. Он рос жестоким, неуправляемым, непредсказуемым. Ему с самого детства недоставало терпения и участия, чтобы следовать за мной и вести Конклав по намеченному пути. Тогда я повторил эксперимент на тебе. И снова неудача. Ты родился слишком нежным, не в меру сострадательным. Чувствовал боль других как свою собственную. Ревел, когда умирали твои питомцы. Пойми, сын мой… я любил тебя за эти качества, и они же сделали тебя ненужным.

   — Кассандра Клэр · книга
6. «

   По словам своего дяди, Ник Петушок не стоил своей кровати и скормленной ему три раза в день еды — он был бездельником, лжецом и ни на что не годным лентяем. Отдавая должное дяде Ника, племянник стоил этих слов. Но его пороли до крови по крайней мере раз в день и дважды по воскресеньям, не важно, как бы мальчишка себя ни вел, и Ник не видел ни единой причины, чтобы меняться в лучшую сторону.

   По словам своего дяди, Ник Петушок не стоил своей кровати и скормленной ему три раза в день еды — он был бездельником, лжецом и ни на что не годным лентяем. Отдавая должное дяде Ника, племянник стоил этих слов. Но его пороли до крови по крайней мере раз в день и дважды по воскресеньям, не важно, как бы мальчишка себя ни вел, и Ник не видел ни единой причины, чтобы меняться в лучшую сторону.

   — Делия Шерман · книга
7. «

   Обманутый честный человек часто бывает очень жесток, когда с его глаз спадет пелена.

   Обманутый честный человек часто бывает очень жесток, когда с его глаз спадет пелена.

   — Томас Гарди · книга
8. «

   Так что — не поддавайся сомнениям: они ведь нахлынут, они могут - преждевременно нас поломать. Мы — лишь смертные. Но из смертности - можем бросить вызов судьбе. <...> И романтика страсти — она ни при чём. Суть любви есть жестокость, но в нашей воле преобразить эту жестокость, чтобы жить вместе. У любви — свои времена года, за и против резоны, и всё, что там сердце бормочет во тьме, утверждая своё в конце мая. Не забудем, что свойство шипов - рвать плоть, ранить - и мне это знакомо, - продирался. Держись от шипов подальше, говорят тебе. Но невозможно: жить, избегая терниев.

   Так что — не поддавайся сомнениям: они ведь нахлынут, они могут - преждевременно нас поломать. Мы — лишь смертные. Но из смертности - можем бросить вызов судьбе. <...> И романтика страсти — она ни при чём. Суть любви есть жестокость, но в нашей воле преобразить эту жестокость, чтобы жить вместе. У любви — свои времена года, за и против резоны, и всё, что там сердце бормочет во тьме, утверждая своё в конце мая. Не забудем, что свойство шипов - рвать плоть, ранить - и мне это знакомо, - продирался. Держись от шипов подальше, говорят тебе. Но невозможно: жить, избегая терниев.

   — Уильям Карлос Уильямс
9. «

   Недавно иду в детский сад забирать ребёнка. И я вдруг прихожу и мне говорят: «Ваш сын дерётся! Сделайте с этим что-нибудь!» Я с ним поговорил, забираю его в следующий раз, спрашиваю: «Ну как, он ещё дерётся?» Мне говорят: «Нет, но он заставил одного мальчика ударить другого и смотрел». И непонятно, как достичь требуемого уровня жёсткости у мальчиков. Батя меня когда воспитывал, мы по дому когда что-то делали, я выполнял только две команды. Это «Сева, держи!» и «Держи как следует, Сева! Опять отвлёкся, да что ж такое-то?»

   Недавно иду в детский сад забирать ребёнка. И я вдруг прихожу и мне говорят: «Ваш сын дерётся! Сделайте с этим что-нибудь!» Я с ним поговорил, забираю его в следующий раз, спрашиваю: «Ну как, он ещё дерётся?» Мне говорят: «Нет, но он заставил одного мальчика ударить другого и смотрел». И непонятно, как достичь требуемого уровня жёсткости у мальчиков. Батя меня когда воспитывал, мы по дому когда что-то делали, я выполнял только две команды. Это «Сева, держи!» и «Держи как следует, Сева! Опять отвлёкся, да что ж такое-то?»

   — Всеволод Ловкачев
10. «

    — Там опасно? — повернулась я к Кэмерону, завидев, что делает Джейми. — Не знаю наверняка, миссис Фрейзер. — Кэмпбелл уныло сгорбился. — Дональд Макнил скащал лишь про некую стычку на лесоипилке и что пролилась кровь. Он попросил меня сразу же вынести приговор и проследить за казнью, а затем ушел собирать остальных плантаторов, прежде чем я успел выяснить подробности, — пояснил он с печальным видом. — Казнь?! То есть вы намереваетесь казнить человека неизвестно за что?! — Известно, миссис Фрейзер! Прошу прощения, мэм. Я понимаю, вы здесь недавно и можете посчитать наши порядки в чем-то непонятными и даже варварскими... — О да, варварскими, именно! Что же это за закон, если человека... — Раба... — Человека! Приговаривают без суда и следствия! Что это за закон такой?! — Плохой, мэм! — рявкнул Кэмпбелл. — И все же закон, и я обязан проследить за его исполнением.

    — Там опасно? — повернулась я к Кэмерону, завидев, что делает Джейми. — Не знаю наверняка, миссис Фрейзер. — Кэмпбелл уныло сгорбился. — Дональд Макнил скащал лишь про некую стычку на лесоипилке и что пролилась кровь. Он попросил меня сразу же вынести приговор и проследить за казнью, а затем ушел собирать остальных плантаторов, прежде чем я успел выяснить подробности, — пояснил он с печальным видом. — Казнь?! То есть вы намереваетесь казнить человека неизвестно за что?! — Известно, миссис Фрейзер! Прошу прощения, мэм. Я понимаю, вы здесь недавно и можете посчитать наши порядки в чем-то непонятными и даже варварскими... — О да, варварскими, именно! Что же это за закон, если человека... — Раба... — Человека! Приговаривают без суда и следствия! Что это за закон такой?! — Плохой, мэм! — рявкнул Кэмпбелл. — И все же закон, и я обязан проследить за его исполнением.

    — Диана Гэблдон · книга
11. «

    Пока человек будет безжалостно уничтожать низших существ, он никогда не будет знать здоровья и мира. До тех пор, пока люди будут убивать животных, они будут убивать друг друга.

    Пока человек будет безжалостно уничтожать низших существ, он никогда не будет знать здоровья и мира. До тех пор, пока люди будут убивать животных, они будут убивать друг друга.

    — Пифагор
12. «

    Любовь — вещь жестокая, и наиболее она жестока с теми, кто не верит в нее.

    Любовь — вещь жестокая, и наиболее она жестока с теми, кто не верит в нее.
13. «

    — Фалина! — Она жива. Почти все наши живы. На этот раз ему было не до нас. — Это облава? — Страшная облава... не на нас! Он истреблял самого себя! Мы видели везде его мёртвого и изуродованного. А когда прошёл большой огонь, живые пришли, чтобы забрать мёртвых. Они страшно кричали и выли, как волки, унося их с собой. Наш лес сгорел. Осталось несколько полян. Мы обречены на голодную смерть. Если бы это был сон. Но это не сон, Бемби...

    — Фалина! — Она жива. Почти все наши живы. На этот раз ему было не до нас. — Это облава? — Страшная облава... не на нас! Он истреблял самого себя! Мы видели везде его мёртвого и изуродованного. А когда прошёл большой огонь, живые пришли, чтобы забрать мёртвых. Они страшно кричали и выли, как волки, унося их с собой. Наш лес сгорел. Осталось несколько полян. Мы обречены на голодную смерть. Если бы это был сон. Но это не сон, Бемби...

    — Бемби · фильм
14. «

    Русская смута — это не бесконечные совещания в штабах и не ужины в хороших ресторанах, как показал те события советский кинематограф. Русская смута — это безумие штыковых и кавалерийских атак, ежедневно тысячи убитых, расстрелянных, повешенных, зарубленных, сожженных. Русская смута — тотальная война на уничтожение, без пощады не только к врагу, но и к себе. В ней жестокость, пусть даже и патологическая, была нормой.

    Русская смута — это не бесконечные совещания в штабах и не ужины в хороших ресторанах, как показал те события советский кинематограф. Русская смута — это безумие штыковых и кавалерийских атак, ежедневно тысячи убитых, расстрелянных, повешенных, зарубленных, сожженных. Русская смута — тотальная война на уничтожение, без пощады не только к врагу, но и к себе. В ней жестокость, пусть даже и патологическая, была нормой.

    — Армен Гаспарян · книга
15. «

    Дьявол с Богом заодно, они действуют сообща. Мы стараемся убедить себя, будто все зло, существующее на земле, идет от дьявола, но это объясняется тем, что иначе мы не нашли бы в себе сил простить Богу. Он играет с нами, как кошка с мышью, которую она мучит... И после этого он еще требует от нас быть признательными ему. Признательными за что? за что?... <...> Знаете, что самое ужасное из всего сделанного им?... Принести в жертву собственного сына для нашего спасения. Собственного сына! Собственного сына!... Жестокость — вот первое из свойств Бога.

    Дьявол с Богом заодно, они действуют сообща. Мы стараемся убедить себя, будто все зло, существующее на земле, идет от дьявола, но это объясняется тем, что иначе мы не нашли бы в себе сил простить Богу. Он играет с нами, как кошка с мышью, которую она мучит... И после этого он еще требует от нас быть признательными ему. Признательными за что? за что?... <...> Знаете, что самое ужасное из всего сделанного им?... Принести в жертву собственного сына для нашего спасения. Собственного сына! Собственного сына!... Жестокость — вот первое из свойств Бога.

    — Андре Жид · книга
16. «

    Жестокость бесчувственного человека есть антипод сострадания; жестокость чувствительного — более высокая потенция сострадания.

    Жестокость бесчувственного человека есть антипод сострадания; жестокость чувствительного — более высокая потенция сострадания.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
17. «

    Я — неверующий. Грубо говоря, я никогда не мог себе представить, что какой-то всемогущий создатель был так жесток, чтобы сотворить мир, в котором мы живём.

    Я — неверующий. Грубо говоря, я никогда не мог себе представить, что какой-то всемогущий создатель был так жесток, чтобы сотворить мир, в котором мы живём.

    — Айрис Мёрдок · книга
18. «

    Есть разница между благородной силой и грубым насилием.

    Есть разница между благородной силой и грубым насилием.

    — Дадли(Dudley) · игра
19. «

    Порой нужно быть жестоким с теми, кто нас ненавидит, а иногда надо быть жестоким и с теми, кого мы любим.

    Порой нужно быть жестоким с теми, кто нас ненавидит, а иногда надо быть жестоким и с теми, кого мы любим.

    — Президент Петров · сериал
20. «

    Нельзя видеть в жизни только светлые стороны. Традиции и обычаи повседневного существования скрывают за собой немало причудливого. Например, удовольствие от жестокости ради самой жестокости. Но и под этим кроется кое-что ещё – отчаянное желание быть оцененным по достоинству. Если это желание не осуществлено, человек прибегает к иным способам доказать свою значимость. И тут возможны любые извращения. Привычка к жестокости, как и всякая другая, может культивироваться и овладеть человеком полностью.

    Нельзя видеть в жизни только светлые стороны. Традиции и обычаи повседневного существования скрывают за собой немало причудливого. Например, удовольствие от жестокости ради самой жестокости. Но и под этим кроется кое-что ещё – отчаянное желание быть оцененным по достоинству. Если это желание не осуществлено, человек прибегает к иным способам доказать свою значимость. И тут возможны любые извращения. Привычка к жестокости, как и всякая другая, может культивироваться и овладеть человеком полностью.

    — Агата Кристи · книга