«Грустные цитаты про жизнь» в 172 цитаты

Собрали 172 цитаты на тему «Грустные цитаты про жизнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Спускаясь к полуразрушенному дому, он понял, что в нем больше нет ничего: ни Веры, ни Надежды, ни Жизни. Весь его мир в одночасье превратился в руины, подобно некогда уютному дому его лучших друзей. И это – лишь его вина.

   Спускаясь к полуразрушенному дому, он понял, что в нем больше нет ничего: ни Веры, ни Надежды, ни Жизни. Весь его мир в одночасье превратился в руины, подобно некогда уютному дому его лучших друзей. И это – лишь его вина.

   — Леди Фиона · книга
2. «

   Всё, что мы видим и представляем себе — всего лишь сон в другом сне.

   Всё, что мы видим и представляем себе — всего лишь сон в другом сне.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   — Виктор Сергеевич, вы меня не любите? — Люблю, Маша, очень. — А я без тебя жить не смогу. — Сможешь.

   — Виктор Сергеевич, вы меня не любите? — Люблю, Маша, очень. — А я без тебя жить не смогу. — Сможешь.

   — Виктор Сергеевич Служкин · фильм
4. «

   Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

   Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.

   — Дмитрий Щеглов · книга
5. «

   Чрезвычайно больно осознавать, что ты стал виновником всего того, что произошло в твоей жизни.

   Чрезвычайно больно осознавать, что ты стал виновником всего того, что произошло в твоей жизни.

   — Норейн Роб · книга
6. «

   – Знаешь, ты бы поберег себя. В жизни есть не только работа и наука. – А что ещё?

   – Знаешь, ты бы поберег себя. В жизни есть не только работа и наука. – А что ещё?

   — Ричард Сол (друг Нэша) · фильм
7. «

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Бенжамин был старейшим четвероногим скотного двора [...] Из всех обитателей усадьбы только он никогда не смеялся. А когда его спрашивали — почему, он отвечал обычно, что не видит в этой жизни ничего смешного.

   Бенжамин был старейшим четвероногим скотного двора [...] Из всех обитателей усадьбы только он никогда не смеялся. А когда его спрашивали — почему, он отвечал обычно, что не видит в этой жизни ничего смешного.

   — Джордж Оруэлл · книга
9. «

   В жизни не получается так, как думаешь. Свобода бывает только у тебя в голове.

   В жизни не получается так, как думаешь. Свобода бывает только у тебя в голове.

   — Нацуо Кирино · книга
10. «

    Когда от него ушла Наталья, больше всего он не мог смириться с тем, что на следующий день жизнь по-прежнему продолжалась. Как ни в чем не бывало. Тогда тоже мир не остановился. Даже на краткий миг. Бог опять ничего не заметил…

    Когда от него ушла Наталья, больше всего он не мог смириться с тем, что на следующий день жизнь по-прежнему продолжалась. Как ни в чем не бывало. Тогда тоже мир не остановился. Даже на краткий миг. Бог опять ничего не заметил…

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Все эти годы я бежал вперёд, хотел обрести что-то важное, что-то недостижимое, и, кажется, в конце концов, остался ни с чем. Я не знал откуда вырвалась эта тревожная мысль, и боялся признаться себе, что это правда, и продолжал работать. Потом, я заметил, что день ото дня моё сердце ожесточается, а жить становится всё невыносимее. Однажды утром я с ужасом осознал то, что до сих пор не мог принять. Мне стало ясно, сколь многое я утратил. Я уволился из компании, и я понял, что стою на краю пропасти...

    Все эти годы я бежал вперёд, хотел обрести что-то важное, что-то недостижимое, и, кажется, в конце концов, остался ни с чем. Я не знал откуда вырвалась эта тревожная мысль, и боялся признаться себе, что это правда, и продолжал работать. Потом, я заметил, что день ото дня моё сердце ожесточается, а жить становится всё невыносимее. Однажды утром я с ужасом осознал то, что до сих пор не мог принять. Мне стало ясно, сколь многое я утратил. Я уволился из компании, и я понял, что стою на краю пропасти...

    — Такаки Тоно · аниме
12. «

    И сейчас я только существую — исключительно потому, что не имею смелости покончить со всем этим.

    И сейчас я только существую — исключительно потому, что не имею смелости покончить со всем этим.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    На улицах, что носят имена советских мумий, Твой смертельный номер — тут родился, помрачнел и умер.

    На улицах, что носят имена советских мумий, Твой смертельный номер — тут родился, помрачнел и умер.
14. «

    Моя жизнь просто уходит. Этап за этапом. И ты знаешь, что потом? Мои чертовы похороны.

    Моя жизнь просто уходит. Этап за этапом. И ты знаешь, что потом? Мои чертовы похороны.

    — Оливия Эванс · фильм
15. «

    Все было бы не так, если бы не эта ставшая привычной боль в груди, если бы не вязкая духота, в которой задыхается даже мысль, если бы не тяжесть бытия, липким небом ложащаяся на плечи. Но все так, и стены меняют форму, укрывая под собой озноб страстей, топя в камне биение крика, пуская корни прохлады в чрево души. И сердце, сердце, моя любимая Горгона — улыбается.

    Все было бы не так, если бы не эта ставшая привычной боль в груди, если бы не вязкая духота, в которой задыхается даже мысль, если бы не тяжесть бытия, липким небом ложащаяся на плечи. Но все так, и стены меняют форму, укрывая под собой озноб страстей, топя в камне биение крика, пуская корни прохлады в чрево души. И сердце, сердце, моя любимая Горгона — улыбается.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    Жалко, что жить хочется.

    Жалко, что жить хочется.

    — Дмитрий Глуховский · книга
17. «

    Умираю оттого, что заразилась, и еще оттого, что все люди подлецы и что жить очень гадко.

    Умираю оттого, что заразилась, и еще оттого, что все люди подлецы и что жить очень гадко.

    — Александр Куприн · книга
18. «

    Гарри оглянулся на Большой зал. Там толпились люди, утешая друг друга, подавая воду, стоя на коленях перед мертвыми, но никого из тех, кто был ему дорог, Гарри не увидел. Ни Гермионы, ни Рона, Джинни или еще кого-нибудь из Уизли, ни Полумны. Ему казалось, что он отдал бы все время, которое у него еще оставалось, за возможность взглянуть на них в последний раз. Но смог ли бы он тогда оторваться?

    Гарри оглянулся на Большой зал. Там толпились люди, утешая друг друга, подавая воду, стоя на коленях перед мертвыми, но никого из тех, кто был ему дорог, Гарри не увидел. Ни Гермионы, ни Рона, Джинни или еще кого-нибудь из Уизли, ни Полумны. Ему казалось, что он отдал бы все время, которое у него еще оставалось, за возможность взглянуть на них в последний раз. Но смог ли бы он тогда оторваться?

    — Джоан Роулинг · книга
19. «

    Все это исчезнет. Как слезы под дождем.

    Все это исчезнет. Как слезы под дождем.

    — Чарли (группа «Время по Гринвичу») · фильм
20. «

    Я стоил девушке её жизни, потому что боялся её любить.

    Я стоил девушке её жизни, потому что боялся её любить.

    — Клэй Дженсен · сериал