116 цитат «жизнь и смерть» на каждый день

Собрали 116 цитат на тему «жизнь и смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я летал в облаках, Но руками я чувствовал землю: Полужив, полумёртв.

   Я летал в облаках, Но руками я чувствовал землю: Полужив, полумёртв.
2. «

   Никто не останется с тобой до самого конца.

   Никто не останется с тобой до самого конца.

   — Дарина Мишина · книга
3. «

   Это только кажется, что смерть залезает, как ночной вор, через трубу дымоход, чтобы украсть подарки из-под ёлки, пока все спят. На самом деле, чтобы она пришла, нужно просто перестать любить жизнь, и тогда она тут как тут.

   Это только кажется, что смерть залезает, как ночной вор, через трубу дымоход, чтобы украсть подарки из-под ёлки, пока все спят. На самом деле, чтобы она пришла, нужно просто перестать любить жизнь, и тогда она тут как тут.

   — Денис Ахалашвили · книга
4. «

   ... Сделай старой Роуз одолжение, наслаждайся жизнью, пока можешь. Не позволяй обаянию смерти и её многочисленным секретам поглотить тебя. Знаю, это соблазнительно и затягивает. Можно сказать, все мы — призраки, ждущие возможности перейти из этого места в следующее. Бытие и небытие разделяет невероятно тонкая плёнка. Наши кости столь хрупки, а оболочки — деликатны, что любой неверный шаг может заставить нас мгновенно кануть в вечность.

   ... Сделай старой Роуз одолжение, наслаждайся жизнью, пока можешь. Не позволяй обаянию смерти и её многочисленным секретам поглотить тебя. Знаю, это соблазнительно и затягивает. Можно сказать, все мы — призраки, ждущие возможности перейти из этого места в следующее. Бытие и небытие разделяет невероятно тонкая плёнка. Наши кости столь хрупки, а оболочки — деликатны, что любой неверный шаг может заставить нас мгновенно кануть в вечность.

   — Элисон Розенберг · игра
5. «

   Конфуций говорил: небо и земля велики, но они имеют цвет, образ, величину. В человеке же есть то, что думает обо всем, что есть и что не имеет ни цвета, ни образа, ни величины. Так что, если бы весь мир был мертв, то то, что есть в человеке, одно давало бы жизнь миру.

   Конфуций говорил: небо и земля велики, но они имеют цвет, образ, величину. В человеке же есть то, что думает обо всем, что есть и что не имеет ни цвета, ни образа, ни величины. Так что, если бы весь мир был мертв, то то, что есть в человеке, одно давало бы жизнь миру.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Время замедляется. Думаю, он кричит. Но слышу я только огонь. Я думал, что это будет приятно. Увидеть последние мгновения его жизни. Почувствовать, как он умирает в моих руках. Но... Как раз так мы с Баннером впервые повстречались. В огне взрывающейся Гамма-бомбы. А теперь мы наконец разделим свои пути. А я продолжаю твердить себе, что всё это его вина. Не моя. Не моя. Он смотрит на меня, пока его разрывает на части. Смотрит как брошенный ребёнок, не в силах поверить, что это происходит. А затем, когда всё взрывается, взрывается и он. В ярости. Я чувствую, как его кулаки ломаются от ударов по моему лицу. Я чувствую, как он сгорает и прилипает ко мне. И всё равно он злится. Неудивительно. Баннер умрёт именно так, как он всегда жил... Яростным. И совершенно беспомощным. Пока огонь прожигает его, и он превращается в бесформенную массу прямо у меня в руках... Я начинаю чувствовать, как моя собственная ярость перегорает внутри меня. И постепенно её место занимает что-то ещё. В последний миг я закрываю глаза, чтобы не смотреть на него. И в рёве пламени я шепчу... «Прости меня». Но уже слишком поздно. Его больше нет.

   Время замедляется. Думаю, он кричит. Но слышу я только огонь. Я думал, что это будет приятно. Увидеть последние мгновения его жизни. Почувствовать, как он умирает в моих руках. Но... Как раз так мы с Баннером впервые повстречались. В огне взрывающейся Гамма-бомбы. А теперь мы наконец разделим свои пути. А я продолжаю твердить себе, что всё это его вина. Не моя. Не моя. Он смотрит на меня, пока его разрывает на части. Смотрит как брошенный ребёнок, не в силах поверить, что это происходит. А затем, когда всё взрывается, взрывается и он. В ярости. Я чувствую, как его кулаки ломаются от ударов по моему лицу. Я чувствую, как он сгорает и прилипает ко мне. И всё равно он злится. Неудивительно. Баннер умрёт именно так, как он всегда жил... Яростным. И совершенно беспомощным. Пока огонь прожигает его, и он превращается в бесформенную массу прямо у меня в руках... Я начинаю чувствовать, как моя собственная ярость перегорает внутри меня. И постепенно её место занимает что-то ещё. В последний миг я закрываю глаза, чтобы не смотреть на него. И в рёве пламени я шепчу... «Прости меня». Но уже слишком поздно. Его больше нет.

   — Брюс Бэннер / Халк
7. «

   Если смерть придет, он готов к ней. Он встретит ее без жалоб, без борьбы. Ведь жизнь в большинстве своих проявлений всего только глупая комедия.

   Если смерть придет, он готов к ней. Он встретит ее без жалоб, без борьбы. Ведь жизнь в большинстве своих проявлений всего только глупая комедия.

   — Теодор Драйзер · книга
8. «

   Для такого ли жалкого бремени меня сотворил Создатель? Мальчишкой, я мечтал открывать невиданные страны, дышать чужим воздухом, наполнять глаза миром. А теперь… чем я лучше всех этих прохожих? Все они закончат свои дни в тихом омуте одинаковой жизни. Вместе с ними закопают в землю их мечты и таланты. На их надгробиях нужно бы написать правду: «Рождён, чтобы жить в полную силу, а жил трусливо и слабо». Но вместо этого высекают имена, цифры. Как если бы они что-то значили. Значит лишь жизнь, которую стоило прожить красиво, но которая была навсегда упущена из-за страха.

   Для такого ли жалкого бремени меня сотворил Создатель? Мальчишкой, я мечтал открывать невиданные страны, дышать чужим воздухом, наполнять глаза миром. А теперь… чем я лучше всех этих прохожих? Все они закончат свои дни в тихом омуте одинаковой жизни. Вместе с ними закопают в землю их мечты и таланты. На их надгробиях нужно бы написать правду: «Рождён, чтобы жить в полную силу, а жил трусливо и слабо». Но вместо этого высекают имена, цифры. Как если бы они что-то значили. Значит лишь жизнь, которую стоило прожить красиво, но которая была навсегда упущена из-за страха.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   – И господь в бесконечном своем милосердии не покарал тебя смертью, которой ты по справедливости заслуживал, но позволил, чтобы твои слова тронули судей, и они оставили тебе жизнь. – Как же! И отправили меня на вечную каторгу! Хороша милость! – Эту милость, несчастный, ты, однако, считал милостью, когда она была тебе оказана. Твое подлое сердце, трепещущее в ожидании смерти, забилось от радости, услышав о твоем вечном позоре, потому что ты, как и все каторжники, сказал себе: с каторги можно уйти, а из могилы нельзя.

   – И господь в бесконечном своем милосердии не покарал тебя смертью, которой ты по справедливости заслуживал, но позволил, чтобы твои слова тронули судей, и они оставили тебе жизнь. – Как же! И отправили меня на вечную каторгу! Хороша милость! – Эту милость, несчастный, ты, однако, считал милостью, когда она была тебе оказана. Твое подлое сердце, трепещущее в ожидании смерти, забилось от радости, услышав о твоем вечном позоре, потому что ты, как и все каторжники, сказал себе: с каторги можно уйти, а из могилы нельзя.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    Десять негритят решили пообедать, Один внезапно подавился — их осталось девять.

    Десять негритят решили пообедать, Один внезапно подавился — их осталось девять.

    — Агата Кристи · книга
11. «

    — Можно ли смеяться, зная, что время истекает? — спросила она, глядя мне прямо в глаза. Я не отвела взгляда и спокойно ответила: — Оно начинает истекать с первой минуты нашей жизни. И что теперь, лезть обратно и не жить вовсе? Она рассмеялась и так мы подружились.

    — Можно ли смеяться, зная, что время истекает? — спросила она, глядя мне прямо в глаза. Я не отвела взгляда и спокойно ответила: — Оно начинает истекать с первой минуты нашей жизни. И что теперь, лезть обратно и не жить вовсе? Она рассмеялась и так мы подружились.

    — Лиля Град · книга
12. «

    Читать учебники истории гораздо проще, чем в них жить.

    Читать учебники истории гораздо проще, чем в них жить.

    — Андрей Ангелов · книга
13. «

    Так звони почаще по мобиле близким Пока фамилии в контактном списке А не выбиты под фоткой на гранитном обелиске.

    Так звони почаще по мобиле близким Пока фамилии в контактном списке А не выбиты под фоткой на гранитном обелиске.

    — Вячеслав Машнов (Гнойный)
14. «

    Время стирает лица, заставляет забыть имена и даты. Остаются лишь плоды совершенных поступков.

    Время стирает лица, заставляет забыть имена и даты. Остаются лишь плоды совершенных поступков.

    — Ника Остожева · книга
15. «

    Он лежал там, как страшная неуклюжая кукла. Огромная кукла, такого же роста, как живой человек, но лишенная всех красок и обаяния жизни.

    Он лежал там, как страшная неуклюжая кукла. Огромная кукла, такого же роста, как живой человек, но лишенная всех красок и обаяния жизни.

    — Роберт Льюис Стивенсон · книга
16. «

    Он увидел, что человечество плохо управляется со своим хозяйством, и возненавидел его; он считает, что, разбивая в кровь сытые рожи, он выковывает железный мир. А что же я? Я продолжал себе посмеиваться, как сломанная уличная шарманка, и превратился в маньяка; как слепец, я кидался со своими ничтожными силами наперерез страстям, страданиям и горестям, на которые натыкался на каждом шагу.

    Он увидел, что человечество плохо управляется со своим хозяйством, и возненавидел его; он считает, что, разбивая в кровь сытые рожи, он выковывает железный мир. А что же я? Я продолжал себе посмеиваться, как сломанная уличная шарманка, и превратился в маньяка; как слепец, я кидался со своими ничтожными силами наперерез страстям, страданиям и горестям, на которые натыкался на каждом шагу.

    — Джон Диксон Карр · книга
17. «

    В этой жизни умирать не ново, Но и жить, конечно, не новей.

    В этой жизни умирать не ново, Но и жить, конечно, не новей.

    — Сергей Александрович Есенин
18. «

    Придет и уйдет не слишком много зим – и ты, и я тоже исчезнем, оставив после себя только кости, чтобы они послужили домом для крошечных созданий. И знаешь что, храбрый Хвосттрубой? Мировой танец ни в одном шаге не запнется от этих исчезновений.

    Придет и уйдет не слишком много зим – и ты, и я тоже исчезнем, оставив после себя только кости, чтобы они послужили домом для крошечных созданий. И знаешь что, храбрый Хвосттрубой? Мировой танец ни в одном шаге не запнется от этих исчезновений.

    — Тэд Уильямс · книга
19. «

    Жизнь не заканчивается смертью. Поэтому мы должны хоть что-то оставить тем, кто будет после нас. Беречь будущее — дело каждого человека. Ради этого я и шла по пути своего меча.

    Жизнь не заканчивается смертью. Поэтому мы должны хоть что-то оставить тем, кто будет после нас. Беречь будущее — дело каждого человека. Ради этого я и шла по пути своего меча.

    — Цубаса Казанари (Tsubasa Kazanari) · аниме
20. «

    ... Вспомните тех, кто покоится на церковном кладбище — нам повезло больше. Они бы всё отдали, лишь бы обрести наши разбитые сердца!

    ... Вспомните тех, кто покоится на церковном кладбище — нам повезло больше. Они бы всё отдали, лишь бы обрести наши разбитые сердца!

    — Уинстон Грэхем · книга