231 цитата по теме «жизнь и смерть» без воды

Собрали 231 цитата на тему «жизнь и смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ждёшь, ждёшь пока случится что-нибудь важное... И вдруг выясняется, что ты умираешь.

   Ждёшь, ждёшь пока случится что-нибудь важное... И вдруг выясняется, что ты умираешь.

   — Джорджия Бёрд · фильм
2. «

   Мы думали, что небо неизменно, и записывали на нем все наши смиренные желания, и поступки, и мечты. Когда я был Сыном Быка, одну из своих жизней я потратил на созерцание звезд. Но и до и после этого в других моих воплощениях я пел вместе со жрецами и племенными певцами запретные гимны звездам, веря, что они — это нестираемые письмена, повествующие о нашей истории. И вот теперь, в ожидании нового конца, я жадно читаю взятые из тюремной библиотеки книги по астрономии (такие книги выдаются приговоренным к смерти) и узнаю, что даже небо преходяще и звезды странствуют по нему, как народы по земле.

   Мы думали, что небо неизменно, и записывали на нем все наши смиренные желания, и поступки, и мечты. Когда я был Сыном Быка, одну из своих жизней я потратил на созерцание звезд. Но и до и после этого в других моих воплощениях я пел вместе со жрецами и племенными певцами запретные гимны звездам, веря, что они — это нестираемые письмена, повествующие о нашей истории. И вот теперь, в ожидании нового конца, я жадно читаю взятые из тюремной библиотеки книги по астрономии (такие книги выдаются приговоренным к смерти) и узнаю, что даже небо преходяще и звезды странствуют по нему, как народы по земле.

   — Джек Лондон · книга
3. «

   Я прожил много различных жизней и жил в различные времена. Человек, как личность, мало изменился в нравственном отношении за последние десять тысячелетий. Я утверждаю это категорически. Разница между необъезженным жеребенком и терпеливой ломовой лошадью только в дрессировке. Дрессировка — вот единственное, что в духовном смысле отличает современного человека от дикаря, жившего десять тысяч лет назад. Под тонкой пленкой нравственных понятий, которой современный человек покрыл себя, он все тот же дикарь, каким был десять тысячелетий назад. Мораль — это общественный фонд, мучительное накопление многих веков. Новорожденный ребенок вырос бы дикарем, если бы его не дрессировали, не отполировали с помощью этой абстрактной морали, которая накапливалась так долго, на протяжении столетий.

   Я прожил много различных жизней и жил в различные времена. Человек, как личность, мало изменился в нравственном отношении за последние десять тысячелетий. Я утверждаю это категорически. Разница между необъезженным жеребенком и терпеливой ломовой лошадью только в дрессировке. Дрессировка — вот единственное, что в духовном смысле отличает современного человека от дикаря, жившего десять тысяч лет назад. Под тонкой пленкой нравственных понятий, которой современный человек покрыл себя, он все тот же дикарь, каким был десять тысячелетий назад. Мораль — это общественный фонд, мучительное накопление многих веков. Новорожденный ребенок вырос бы дикарем, если бы его не дрессировали, не отполировали с помощью этой абстрактной морали, которая накапливалась так долго, на протяжении столетий.

   — Джек Лондон · книга
4. «

   Нет никаких причин, почему одни живут, а другие нет.

   Нет никаких причин, почему одни живут, а другие нет.

   — Уильям Форрестер · фильм
5. «

   Примириться с потерей «закрыть вопрос», если это вообще осуществимо, возможно либо в загробной жизни, либо лишь тем, кто остался в живых. В конце концов, книгу моей жизни закроют живые, а не я. Мы передаём послелюдям призрачных себя и уверяем им то, что выучили, прожили, узнали. Что ещё мы можем дать любимым после себя, как не фотографии тех, кем были в детстве, когда нам ещё только предстояло стать отцами, которых они знали. Я хочу, чтобы те, кто переживет меня продлили мою жизнь, а не просто помнили её.

   Примириться с потерей «закрыть вопрос», если это вообще осуществимо, возможно либо в загробной жизни, либо лишь тем, кто остался в живых. В конце концов, книгу моей жизни закроют живые, а не я. Мы передаём послелюдям призрачных себя и уверяем им то, что выучили, прожили, узнали. Что ещё мы можем дать любимым после себя, как не фотографии тех, кем были в детстве, когда нам ещё только предстояло стать отцами, которых они знали. Я хочу, чтобы те, кто переживет меня продлили мою жизнь, а не просто помнили её.

   — Андрэ Асиман · книга
6. «

   Может, что-то неправильное в том, что мы, не теряя аппетита, жрём бутерброды под новости о том, что кто-то погиб в аварии или расстрелял соседа? Ждём, скорее бы вздёрнули преступника, чтобы успеть за скидкой в магазин заскочить?» Лу зло спросила себя: «А чё, сама не такая? Ну, не настолько. Где грань? Правильно, неправильно – обычно… Противно только почему?»

   Может, что-то неправильное в том, что мы, не теряя аппетита, жрём бутерброды под новости о том, что кто-то погиб в аварии или расстрелял соседа? Ждём, скорее бы вздёрнули преступника, чтобы успеть за скидкой в магазин заскочить?» Лу зло спросила себя: «А чё, сама не такая? Ну, не настолько. Где грань? Правильно, неправильно – обычно… Противно только почему?»

   — Лу Рид · игра
7. «

   Я смотрела, как бабочка танцует в узкой полосе света. Вся её жизнь умещается в один день, в одно мгновение между приливами тьмы. Я лежу, вокруг меня свернулась структура, и я осознаю неизбежность. Необходимость существования, рождаемого из небытия. Развитие никогда не останавливается.

   Я смотрела, как бабочка танцует в узкой полосе света. Вся её жизнь умещается в один день, в одно мгновение между приливами тьмы. Я лежу, вокруг меня свернулась структура, и я осознаю неизбежность. Необходимость существования, рождаемого из небытия. Развитие никогда не останавливается.

   — Доктор Кетрин Коллинс (Кейт) · игра
8. «

   Жизнь это сказка, в которую не верят мертвые

   Жизнь это сказка, в которую не верят мертвые
9. «

   Все меняется. Жизнь, а вместе с ней и мир, продолжает двигаться вперед. Но смерть? Смерть неизбежна, как наступление ночи.

   Все меняется. Жизнь, а вместе с ней и мир, продолжает двигаться вперед. Но смерть? Смерть неизбежна, как наступление ночи.

   — Пенелопа Дуглас · книга
10. «

    Бесполезно рассуждать, от чего нас может спасти смерть. Смерть над такими рассуждениями только посмеется, уж я уверен. Из всех земных созданий одна смерть знает цену жизни.

    Бесполезно рассуждать, от чего нас может спасти смерть. Смерть над такими рассуждениями только посмеется, уж я уверен. Из всех земных созданий одна смерть знает цену жизни.

    — Себастьян Барри · книга
11. «

    Что значит для артиста по-настоящему стать звездой? Это значит: запасть в душу. Звездой был Крючков. Он умер в больнице, когда и я там лежал. И могу засвидетельствовать: этот великий артист остался до последней минуты достойным своей всенародной славы. Перед смертью он созвал нянечек, сестер, докторов, пел песни, рассказывал анекдоты, а потом попросил всех уйти. И тихо умер, никого не обременяя и не закатывая истерик. Так уходят настоящие звезды, которые и людьми бывают настоящими...

    Что значит для артиста по-настоящему стать звездой? Это значит: запасть в душу. Звездой был Крючков. Он умер в больнице, когда и я там лежал. И могу засвидетельствовать: этот великий артист остался до последней минуты достойным своей всенародной славы. Перед смертью он созвал нянечек, сестер, докторов, пел песни, рассказывал анекдоты, а потом попросил всех уйти. И тихо умер, никого не обременяя и не закатывая истерик. Так уходят настоящие звезды, которые и людьми бывают настоящими...

    — Леонид Филатов
12. «

    Окружающие, включая Ирва, продолжают восхищаться моей способностью сохранять спокойствие. Да, в основном я чувствую себя спокойно. Лишь изредка, во сне, моя тоска прорывается наружу. В целом я смирилась с тем, что скоро умру. Печаль – великая печаль прощания с семьёй и друзьями – не мешает мне проживать каждый свой день в достаточно хорошем расположении духа. Это не показное: после девяти месяцев почти непрекращающихся физических мучений, вызванных побочными эффектами лекарств, я наслаждаюсь этой передышкой, какой бы короткой она ни была.

    Окружающие, включая Ирва, продолжают восхищаться моей способностью сохранять спокойствие. Да, в основном я чувствую себя спокойно. Лишь изредка, во сне, моя тоска прорывается наружу. В целом я смирилась с тем, что скоро умру. Печаль – великая печаль прощания с семьёй и друзьями – не мешает мне проживать каждый свой день в достаточно хорошем расположении духа. Это не показное: после девяти месяцев почти непрекращающихся физических мучений, вызванных побочными эффектами лекарств, я наслаждаюсь этой передышкой, какой бы короткой она ни была.

    — Ирвин Ялом, Мэрилин Ялом · книга
13. «

    «Иногда мы радуемся, очнувшись после тревожного сна. Возможно, после смерти... то же самое».

    «Иногда мы радуемся, очнувшись после тревожного сна. Возможно, после смерти... то же самое».

    — хранитель истории · игра
14. «

    Отвести угрозу смерти — это одно. Заставить жить заново — это совсем другое.

    Отвести угрозу смерти — это одно. Заставить жить заново — это совсем другое.

    — Суад · книга
15. «

    Говорят, старики заперты в осени, Осень для стариков не кончается.

    Говорят, старики заперты в осени, Осень для стариков не кончается.
16. «

    Не знаю почему, но всегда, когда человек умирает, не оставляя имущества, он почитает себя в праве распоряжаться имуществом других людей.

    Не знаю почему, но всегда, когда человек умирает, не оставляя имущества, он почитает себя в праве распоряжаться имуществом других людей.

    — Ральф Никльби · сериал
17. «

    Завеса жизни и смерти теперь не столь таинственна.

    Завеса жизни и смерти теперь не столь таинственна.

    — Abaddon · игра
18. «

    Все твердят, что живут ради кого-то, но на деле живут и умирают лишь ради себя.

    Все твердят, что живут ради кого-то, но на деле живут и умирают лишь ради себя.

    — Профессор Ни Дзяньи · аниме
19. «

    Я думал, что могу спасти ее, но так ошибается каждый, кто сражается с неизбежностью. В действительности мне оставалось лишь смотреть на мертвое тело девушки — еще слишком молодой — и ждать, когда зазвучит симфония смерти. Это самое долгое произведение из тех, что мне известны, и самое болезненное из всех когда-либо написанных.

    Я думал, что могу спасти ее, но так ошибается каждый, кто сражается с неизбежностью. В действительности мне оставалось лишь смотреть на мертвое тело девушки — еще слишком молодой — и ждать, когда зазвучит симфония смерти. Это самое долгое произведение из тех, что мне известны, и самое болезненное из всех когда-либо написанных.

    — Энди Кейдж · книга
20. «

    We're specks of dust caught in our whirlwind Nothingness behind the curtain Life is short but death is certain That will always be our burden

    We're specks of dust caught in our whirlwind Nothingness behind the curtain Life is short but death is certain That will always be our burden