26 цитат про «злословие» для вдохновения

Тема «злословие» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 26 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Как-то Феарид точил свой меч. Его спросили, достаточно ли он остер. «Острее злословия», — ответил он.

   Как-то Феарид точил свой меч. Его спросили, достаточно ли он остер. «Острее злословия», — ответил он.

   — Феарид
2. «

   Злословие – это не только грех, сегодня это и целое явление в психиатрии, которое называется «кверулятство» (от латинского querulus — «жалующийся»).

   Злословие – это не только грех, сегодня это и целое явление в психиатрии, которое называется «кверулятство» (от латинского querulus — «жалующийся»).

   — Никита Митрохин
3. «

   Самые достойные мужи избежали оков целого света, за ними шли те, которые избежали привязанности к определенному месту, за ними – те, которые избежали соблазнов плоти, за ними – те, которые смогли избежать злословия.

   Самые достойные мужи избежали оков целого света, за ними шли те, которые избежали привязанности к определенному месту, за ними – те, которые избежали соблазнов плоти, за ними – те, которые смогли избежать злословия.

   — Конфуций
4. «

   Когда мы клонимся к закату, Оставим юный пыл страстей — Вы старшей дочери своей, Я своему меньшому брату: Им можно с жизнию шалить И слезы впредь себе готовить; Еще пристало им любить, А нам уже пора злословить.

   Когда мы клонимся к закату, Оставим юный пыл страстей — Вы старшей дочери своей, Я своему меньшому брату: Им можно с жизнию шалить И слезы впредь себе готовить; Еще пристало им любить, А нам уже пора злословить.

   — Александр Сергеевич Пушкин
5. «

   То злое, что говорят люди, было услышано ими самими в детстве.

   То злое, что говорят люди, было услышано ими самими в детстве.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Злой язык никаким враньём не побрезгует!

   Злой язык никаким враньём не побрезгует!

   — Федерико Гарсиа Лорка · книга
7. «

   Злословие всегда идет рука об руку с клеветой.

   Злословие всегда идет рука об руку с клеветой.

   — Маркиз де Сад · книга
8. «

   Я не хочу спорить о том, в какой мере извинительно злословие. Но в мужчине, на мой взгляд, оно всегда постыдно. У нас имеются тщеславие, зависть, соперничество и тысяча всяких оснований порочить друг друга, но мужчина, чтобы очернить другого, должен обладать женской трусостью.

   Я не хочу спорить о том, в какой мере извинительно злословие. Но в мужчине, на мой взгляд, оно всегда постыдно. У нас имеются тщеславие, зависть, соперничество и тысяча всяких оснований порочить друг друга, но мужчина, чтобы очернить другого, должен обладать женской трусостью.

   — Ричард Шеридан · книга
9. «

   Я бы не стал тебя затруднять, если бы мог прочитать твои мысли, но там почему-то одни междометия. И рефрен: «Твою мать, твою мать, твою мать». Выразительно, но недостаточно содержательно.

   Я бы не стал тебя затруднять, если бы мог прочитать твои мысли, но там почему-то одни междометия. И рефрен: «Твою мать, твою мать, твою мать». Выразительно, но недостаточно содержательно.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Вседозволенность злословия люди зачастую выдают за свободу слова.

    Вседозволенность злословия люди зачастую выдают за свободу слова.

    — Никита Митрохин · книга
11. «

    Четыре есть приметы у доблестных людей. Коль их в душе отыщешь, найдешь и доблесть в ней.

    Четыре есть приметы у доблестных людей. Коль их в душе отыщешь, найдешь и доблесть в ней.

    — Аухад Ад-дин Анвари
12. «

    — Фаина Георгиевна, те, кто злословит об отсутствии у вас супруга, попросту завидуют. — Нет, милочка, они считают, что были бы несчастны на моем месте.

    — Фаина Георгиевна, те, кто злословит об отсутствии у вас супруга, попросту завидуют. — Нет, милочка, они считают, что были бы несчастны на моем месте.

    — Фаина Раневская · книга
13. «

    Когда писатель уже на надеется стать предметом злословия и героем сплетен, он начинает злословить сам.

    Когда писатель уже на надеется стать предметом злословия и героем сплетен, он начинает злословить сам.

    — Никита Митрохин
14. «

    ...и сынам Израилевым скажи: кто будет злословить Бога своего, тот понесет грех свой; и хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество: пришлец ли, туземец ли станет хулить имя [Господне], предан будет смерти.

    ...и сынам Израилевым скажи: кто будет злословить Бога своего, тот понесет грех свой; и хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество: пришлец ли, туземец ли станет хулить имя [Господне], предан будет смерти.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Левит · книга
15. «

    Укоряемы – благословляйте, гонимы – терпите, хулимы – утешайтесь, злословимы – радуйтесь.

    Укоряемы – благословляйте, гонимы – терпите, хулимы – утешайтесь, злословимы – радуйтесь.

    — Серафим Саровский
16. «

    Гнуснейшая привычка карликовых умов — приписывать свое духовное убожество другим.

    Гнуснейшая привычка карликовых умов — приписывать свое духовное убожество другим.

    — Оноре де Бальзак · книга
17. «

    Кротость — это плодоносный сад человеческого существа, гора, в которой таятся драгоценные камни людского естества. Кротость — это якорь корабля человечности в море событий, это гиря весов людской сущности, это дорогое одеяние нравственных людей, это драгоценный материал, идущий на эту одежду. Кротость предохраняет от буйных ветров враждебных злых страстей и от бури злословия лицемерных людей. Ею завоевывает человек уважение и почет, она внимание и благосклонность великих мужей ему дает. Насмешки и шутовство величие старших сводят на нет, непростительно проявлять легкомыслие людям зрелых лет. Однако, согласно мнению мусороподобных людей легкого поведения и ветроподобных особ непостоянного нрава, люди, отличающиеся кротостью, обладают тяжелым характером и невыносимым нравом. Эти вышеуказанные люди, словно вихрь, пыль в воздух поднимают и благодаря этому легкому поведению сами себя величественными людьми считают. Они пытаются растоптать горные хребты, до неба взметают степную пыль. Они не стыдятся в каждый дом входить, наподобие огня все сжигать и палить. Хотя ветер и уносит лепестки тюльпана, но скалы он не шевельнет, огонь может вызвать пожар у подножия горы, но до солнца он не дойдет... Ветер не имеет веса, хотя и поднимается до небес, а гора, увязшая в земле, имеет вес. Для ветроподобных кроткий — это солома, которую можно сжигать, для гороподобных кроткий — это огненный рубин, которым можно шахский венец украшать.

    Кротость — это плодоносный сад человеческого существа, гора, в которой таятся драгоценные камни людского естества. Кротость — это якорь корабля человечности в море событий, это гиря весов людской сущности, это дорогое одеяние нравственных людей, это драгоценный материал, идущий на эту одежду. Кротость предохраняет от буйных ветров враждебных злых страстей и от бури злословия лицемерных людей. Ею завоевывает человек уважение и почет, она внимание и благосклонность великих мужей ему дает. Насмешки и шутовство величие старших сводят на нет, непростительно проявлять легкомыслие людям зрелых лет. Однако, согласно мнению мусороподобных людей легкого поведения и ветроподобных особ непостоянного нрава, люди, отличающиеся кротостью, обладают тяжелым характером и невыносимым нравом. Эти вышеуказанные люди, словно вихрь, пыль в воздух поднимают и благодаря этому легкому поведению сами себя величественными людьми считают. Они пытаются растоптать горные хребты, до неба взметают степную пыль. Они не стыдятся в каждый дом входить, наподобие огня все сжигать и палить. Хотя ветер и уносит лепестки тюльпана, но скалы он не шевельнет, огонь может вызвать пожар у подножия горы, но до солнца он не дойдет... Ветер не имеет веса, хотя и поднимается до небес, а гора, увязшая в земле, имеет вес. Для ветроподобных кроткий — это солома, которую можно сжигать, для гороподобных кроткий — это огненный рубин, которым можно шахский венец украшать.

    — Алишер Навои
18. «

    Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.

    Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.

    — Александр Дюма
19. «

    Чем чаще моют наши кости, тем чернее они становятся.

    Чем чаще моют наши кости, тем чернее они становятся.

    — Борис Лесняк
20. «

    Из злых душ торчат злые языки.

    Из злых душ торчат злые языки.

    — Олег Сергеевич Кривченко · книга