28 мыслей Абуля-Алы аля-Маарри без воды

Абуль-Ала аль-Маарри — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 28 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Религия хитрым сплетением слов Силки для людей расставляет. Различны силки — неизменен улов: Глупец в них всегда попадает.

   Религия хитрым сплетением слов Силки для людей расставляет. Различны силки — неизменен улов: Глупец в них всегда попадает.
2. «

   Черны душой Адама сыновья, Для них предательство и ложь – друзья. О грешники, когда пробьет ваш час, Аллах по черноте узнает вас.

   Черны душой Адама сыновья, Для них предательство и ложь – друзья. О грешники, когда пробьет ваш час, Аллах по черноте узнает вас.
3. «

   Человек благородный везде отщепенец Для своих соплеменников и соплеменниц.

   Человек благородный везде отщепенец Для своих соплеменников и соплеменниц.
4. «

   Что хочешь, увидишь на этой земле, — но после исканий бесплодных Поймешь ты, чего не хватает ей: отважных и благородных.

   Что хочешь, увидишь на этой земле, — но после исканий бесплодных Поймешь ты, чего не хватает ей: отважных и благородных.
5. «

   Лучше не начинайте болтать о душе наобум, А начав, не пытайте о ней мой беспомощный ум.

   Лучше не начинайте болтать о душе наобум, А начав, не пытайте о ней мой беспомощный ум.
6. «

   Добивается благ только тот, кто привык И в горячке держать за зубами язык. Обернётся грехом торопливая речь, А молчанью дано от греха уберечь.

   Добивается благ только тот, кто привык И в горячке держать за зубами язык. Обернётся грехом торопливая речь, А молчанью дано от греха уберечь.
7. «

   Потише говори и в раздраженье духа: Чем громче голос твой, тем тягостней для слуха.

   Потише говори и в раздраженье духа: Чем громче голос твой, тем тягостней для слуха.
8. «

   Смерть — это мирный сон, отдохновенье плоти, А жизнь — бессонница, пристрастная к заботе.

   Смерть — это мирный сон, отдохновенье плоти, А жизнь — бессонница, пристрастная к заботе.
9. «

   «Я пуп земли», – твердит гордец надменно, Забыв, что он – песчинка во вселенной.

   «Я пуп земли», – твердит гордец надменно, Забыв, что он – песчинка во вселенной.
10. «

    Разумные созданья Бессмертного Творца Идут путем страданья до смертного конца, И смертным смерть вручает подарок дорогой: Наследникам — наследство, покойнику — покой.

    Разумные созданья Бессмертного Творца Идут путем страданья до смертного конца, И смертным смерть вручает подарок дорогой: Наследникам — наследство, покойнику — покой.
11. «

    Не убивай того, кто в море нашел жилище, Четвероногих плоть живую не делай пищей. Красавиц молоком животных поить не надо: Чем обворованное вымя утешит чадо? Не нападай врасплох на птицу, не грабь крылатой: Насилье — тяжкий грех, который грозит расплатой.

    Не убивай того, кто в море нашел жилище, Четвероногих плоть живую не делай пищей. Красавиц молоком животных поить не надо: Чем обворованное вымя утешит чадо? Не нападай врасплох на птицу, не грабь крылатой: Насилье — тяжкий грех, который грозит расплатой.
12. «

    Рассудок запрещает греховные поступки, Но к ним влечет природа и требует уступки. В беде житейский опыт не может нам помочь: Мы доверяем кривде, а правду гоним прочь.

    Рассудок запрещает греховные поступки, Но к ним влечет природа и требует уступки. В беде житейский опыт не может нам помочь: Мы доверяем кривде, а правду гоним прочь.
13. «

    Отныне мысли я держу в секрете, Чтоб не пугали ближних мысли эти.

    Отныне мысли я держу в секрете, Чтоб не пугали ближних мысли эти.
14. «

    Себя сомненьями не береди - Изверившись во всем, потерпишь крах.

    Себя сомненьями не береди - Изверившись во всем, потерпишь крах.
15. «

    Неправда на земле царит с начала дней И в ярости казнит мудрейших из людей.

    Неправда на земле царит с начала дней И в ярости казнит мудрейших из людей.
16. «

    Благоразумием прикрывать бессилье и страх души — Такие уловки только для тех, в ком чести нет, хороши.

    Благоразумием прикрывать бессилье и страх души — Такие уловки только для тех, в ком чести нет, хороши.
17. «

    Мне надоел мой век, я веку надоел. Глазами опыта я вижу свой удел. Когда придет мой час, мне сам собою с плеч Седую голову снесет индийский меч. Жизнь — верховой верблюд; мы держимся в седле, Пока воровка смерть не спрячет нас в земле. Аль-мутакарибу подобен этот мир, И на волне его я одинок и сир. Беги, утратив цель! С детьми Адама связь Наотмашь отруби, живи, уединясь! Сражайся иль мирись, как хочешь. Друг войны И мирной жизни друг поистине равны.

    Мне надоел мой век, я веку надоел. Глазами опыта я вижу свой удел. Когда придет мой час, мне сам собою с плеч Седую голову снесет индийский меч. Жизнь — верховой верблюд; мы держимся в седле, Пока воровка смерть не спрячет нас в земле. Аль-мутакарибу подобен этот мир, И на волне его я одинок и сир. Беги, утратив цель! С детьми Адама связь Наотмашь отруби, живи, уединясь! Сражайся иль мирись, как хочешь. Друг войны И мирной жизни друг поистине равны.
18. «

    Мы сетуем с утра и жизнь спешим проклясть: Разуверением чревата наша страсть. Для каждого из нас у жизни есть в запасе Обиды, бедствия и горечь в каждом часе. Двух царств поборники сошли во прах, и вот Нет больше этих царств. Нам только смерть не лжет. Развей мирскую жизнь иль на нее не сетуй. Но редко следуют разумному совету. Во избежание неисчислимых бед Не торопись бежать красавицам вослед. А если на тебя призывно поглядели, Пускай истает взор на полпути до цели.

    Мы сетуем с утра и жизнь спешим проклясть: Разуверением чревата наша страсть. Для каждого из нас у жизни есть в запасе Обиды, бедствия и горечь в каждом часе. Двух царств поборники сошли во прах, и вот Нет больше этих царств. Нам только смерть не лжет. Развей мирскую жизнь иль на нее не сетуй. Но редко следуют разумному совету. Во избежание неисчислимых бед Не торопись бежать красавицам вослед. А если на тебя призывно поглядели, Пускай истает взор на полпути до цели.
19. «

    Так далеко зашли мы в невежестве своем, что мним себя царями над птицей и зверьем.

    Так далеко зашли мы в невежестве своем, что мним себя царями над птицей и зверьем.
20. «

    Мы на неправде сошлись и расстались, и вот — на прощание Понял я нрав человека: его драгоценность — молчание. Лжет называющий сына: «Живущий». Зато никогда еще Не был правдивее тот, кто ребенка назвал: «Умирающий».

    Мы на неправде сошлись и расстались, и вот — на прощание Понял я нрав человека: его драгоценность — молчание. Лжет называющий сына: «Живущий». Зато никогда еще Не был правдивее тот, кто ребенка назвал: «Умирающий».