63 цитаты, которые говорил Адам Сильвера

Адам Сильвера — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 63 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.

   Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.

   — В конце они оба умрут · книга
2. «

   Устал об этом переживать. Устал пытаться.

   Устал об этом переживать. Устал пытаться.

   — Бекки Альберталли · книга
3. «

   — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

   — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

   — Матео Торрес · книга
4. «

   Сегодня — одно длинное утро. Но я обязан проснуться и вылезти из-под одеяла. Я смотрю вперед на пустынные улицы и иду навстречу Руфусу и его велосипеду; навстречу своей смерти, которая с каждой потерянной нами минутой становится ближе; навстречу миру, который сегодня играет против нас.

   Сегодня — одно длинное утро. Но я обязан проснуться и вылезти из-под одеяла. Я смотрю вперед на пустынные улицы и иду навстречу Руфусу и его велосипеду; навстречу своей смерти, которая с каждой потерянной нами минутой становится ближе; навстречу миру, который сегодня играет против нас.

   — Матео Торрес · книга
5. «

   Я тебя люблю и буду искать тебя всюду каждый день своей жизни.

   Я тебя люблю и буду искать тебя всюду каждый день своей жизни.

   — В конце они оба умрут · книга
6. «

   — Артур, ты ненормальный, — подытоживает Намрата. Перевод: я молодец.

   — Артур, ты ненормальный, — подытоживает Намрата. Перевод: я молодец.

   — Бекки Альберталли · книга
7. «

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   — Малкольм Энтони · книга
8. «

   Впрочем, возможно, так и устроены отношения: начинаются с нуля, а в итоге оборачиваются для тебя всем.

   Впрочем, возможно, так и устроены отношения: начинаются с нуля, а в итоге оборачиваются для тебя всем.

   — Бекки Альберталли · книга
9. «

   Ты прав. Совершенно прав. Все проходит, всё и вся сходит на нет. Человечество в дерьме, чувак. Мы думаем, что такие неубиваемые и вечные, потому что мыслим и можем о себе позаботиться в отличие от таксофонов или книг, но, держу пари, динозавры тоже думали, что вечно будут у руля.

   Ты прав. Совершенно прав. Все проходит, всё и вся сходит на нет. Человечество в дерьме, чувак. Мы думаем, что такие неубиваемые и вечные, потому что мыслим и можем о себе позаботиться в отличие от таксофонов или книг, но, держу пари, динозавры тоже думали, что вечно будут у руля.

   — Руфус Эметерио · книга
10. «

    Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

    Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

    — Матео Торрес · книга
11. «

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    — Матео Торрес · книга
12. «

    Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

    Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

    — Матео Торрес · книга
13. «

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    — Матео Торрес · книга
14. «

    Любовь — это суперспособность, данная каждому из нас, только эту суперспособность я не всегда смогу контролировать. Особенно когда повзрослею. Иногда будет накатывать волна чистого безумия, и главное — не бояться, если моя сила заденет кого-то, кого я даже не планировал задеть.

    Любовь — это суперспособность, данная каждому из нас, только эту суперспособность я не всегда смогу контролировать. Особенно когда повзрослею. Иногда будет накатывать волна чистого безумия, и главное — не бояться, если моя сила заденет кого-то, кого я даже не планировал задеть.

    — Матео Торрес · книга
15. «

    Меня заботят только те люди, которые хотят быть частью моей жизни.

    Меня заботят только те люди, которые хотят быть частью моей жизни.

    — Тэго Хэйз · книга
16. «

    Одного намерения бывает недостаточно, чтобы на самом деле умереть.

    Одного намерения бывает недостаточно, чтобы на самом деле умереть.

    — Дейрдре Клейтон · книга
17. «

    Я на финишной прямой, хотя никогда не участвовал в забеге.

    Я на финишной прямой, хотя никогда не участвовал в забеге.

    — Матео Торрес · книга
18. «

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    — Матео Торрес · книга
19. «

    Странно, но довериться Артуру мне проще, чем людям, которых я знаю не один год. Дилану, Хадсону, Харриет. Собственным родителям. И дело не в том, что с Артуром я меньше рискую — раз не уверен, задержится ли он в моей жизни. Наоборот: я рассчитываю, что наше знакомство продлится еще очень долго, а потому мне важно, чтобы он как можно раньше увидел меня настоящего.

    Странно, но довериться Артуру мне проще, чем людям, которых я знаю не один год. Дилану, Хадсону, Харриет. Собственным родителям. И дело не в том, что с Артуром я меньше рискую — раз не уверен, задержится ли он в моей жизни. Наоборот: я рассчитываю, что наше знакомство продлится еще очень долго, а потому мне важно, чтобы он как можно раньше увидел меня настоящего.

    — Бекки Альберталли · книга
20. «

    Папа учил меня, что нет ничего дурного в том, чтобы поддаваться эмоциям, но при этом нужно уметь бороться с самыми плохими из них.

    Папа учил меня, что нет ничего дурного в том, чтобы поддаваться эмоциям, но при этом нужно уметь бороться с самыми плохими из них.

    — В конце они оба умрут · книга