754 цитаты Агаты Кристи для тех, кто любит думать

Ниже 754 цитаты Агаты Кристи — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Было ли это самоубийством? Но если так, она должна была бы оставить какое-то объяснение своего поступка. Насколько мне известно, так поступают женщины в подобных обстоятельствах. Они любят объяснять свои поступки.

   Было ли это самоубийством? Но если так, она должна была бы оставить какое-то объяснение своего поступка. Насколько мне известно, так поступают женщины в подобных обстоятельствах. Они любят объяснять свои поступки.

   — Убийство Роджера Экройда · книга
2. «

   Самый мрачный день, если пережить его до завтра, закончится.

   Самый мрачный день, если пережить его до завтра, закончится.

   — Занавес · книга
3. «

   Криминалистика — простейшая из всех существующих наук! Дайте преступнику возможность говорить — и рано или поздно он вам все выложит.

   Криминалистика — простейшая из всех существующих наук! Дайте преступнику возможность говорить — и рано или поздно он вам все выложит.

   — Эркюль Пуаро · книга
4. «

   Деннису, правда, очень понравился пассаж про телефонный звонок к миссис Прайс Ридли, и, когда я описывал нервное потрясение, которое потребовало успокоительного в виде терносливовой наливки, он так и покатывался со смеху. – Так ей и надо, старой греховоднице, – заявил он. – Самая заядлая сплетница в округе. Жаль, что не мне пришло в голову позвонить ей и напугать до полусмерти. Слышь, дядя Лен, а не вкатить ли ей вторую дозу, как ты думаешь? Я поспешно стал его убеждать даже и не думать об этом. Нет ничего опаснее, чем благие намерения молодежи, которая проявляет сочувствие и искренне старается помочь вам.

   Деннису, правда, очень понравился пассаж про телефонный звонок к миссис Прайс Ридли, и, когда я описывал нервное потрясение, которое потребовало успокоительного в виде терносливовой наливки, он так и покатывался со смеху. – Так ей и надо, старой греховоднице, – заявил он. – Самая заядлая сплетница в округе. Жаль, что не мне пришло в голову позвонить ей и напугать до полусмерти. Слышь, дядя Лен, а не вкатить ли ей вторую дозу, как ты думаешь? Я поспешно стал его убеждать даже и не думать об этом. Нет ничего опаснее, чем благие намерения молодежи, которая проявляет сочувствие и искренне старается помочь вам.

   — Леонард Клемент · книга
5. «

   Если стараться оживить прошлое, то в конце концов оно предстает в искаженном виде.

   Если стараться оживить прошлое, то в конце концов оно предстает в искаженном виде.

   — Хильда · книга
6. «

   Люди всегда ищут самое простое решение, не задумываясь о том, что преступником, как правило, оказывается человек, меньше всего на эту роль подходящий.

   Люди всегда ищут самое простое решение, не задумываясь о том, что преступником, как правило, оказывается человек, меньше всего на эту роль подходящий.

   — мисс Джейн Марпл · книга
7. «

   Скульптуру начинают не для того, чтобы преуспеть. Художник не может иначе, потребность ваять сидит в тебе, какой-то демон преследует и изводит тебя до тех пор, пока ты его не удовлетворишь. Произведение вынашиваешь в себе, пока от него не освободишься. На некоторое время успокаиваешься, потом все начинается сначала.

   Скульптуру начинают не для того, чтобы преуспеть. Художник не может иначе, потребность ваять сидит в тебе, какой-то демон преследует и изводит тебя до тех пор, пока ты его не удовлетворишь. Произведение вынашиваешь в себе, пока от него не освободишься. На некоторое время успокаиваешься, потом все начинается сначала.

   — Генриетта · книга
8. «

   Улика – всегда улика, будь она длиной в два фута или в два миллиметра!

   Улика – всегда улика, будь она длиной в два фута или в два миллиметра!

   — Эркюль Пуаро · книга
9. «

   — Я полюбил тебя с того момента, как впервые увидел. Мне казалось, что ты меня тоже любишь. — Я тоже так думала, Дик, но только потому, что не знала, что такое настоящая любовь.

   — Я полюбил тебя с того момента, как впервые увидел. Мне казалось, что ты меня тоже любишь. — Я тоже так думала, Дик, но только потому, что не знала, что такое настоящая любовь.

   — Отравительница · книга
10. «

    Соблюдение тайны – искусство, требующее многократной и виртуозной лжи, и больших артистических способностей, и умения наслаждаться этой комедией от всей души.

    Соблюдение тайны – искусство, требующее многократной и виртуозной лжи, и больших артистических способностей, и умения наслаждаться этой комедией от всей души.

    — Эркюль Пуаро · книга
11. «

    Я вовсе не юная бесхитростная простушка, какой, по-вашему, полагается быть девушке.

    Я вовсе не юная бесхитростная простушка, какой, по-вашему, полагается быть девушке.

    — Флора Экройд · книга
12. «

    У нее, между прочим, парень есть, а с виду никак не подумаешь.

    У нее, между прочим, парень есть, а с виду никак не подумаешь.

    — Зернышки в кармане · книга
13. «

    Каждый считает свой случай единственным в своем роде.

    Каждый считает свой случай единственным в своем роде.

    — Убийство в доме викария · книга
14. «

    У вас, англичан, насколько я мог заметить, есть определенные привычки, и в частности, леди, урожденная леди, никогда не наденет дешевую обувь. У нее может быть бедная или потрепанная одежда, но обувь всегда будет отличного качества.

    У вас, англичан, насколько я мог заметить, есть определенные привычки, и в частности, леди, урожденная леди, никогда не наденет дешевую обувь. У нее может быть бедная или потрепанная одежда, но обувь всегда будет отличного качества.

    — Эркюль Пуаро · книга
15. «

    – Её собственное бесстыдство, её грех, – вот что подвигло ее на самоубийство. Если бы она вела себя как приличная девушка, ничего подобного не произошло бы. Она повернулась к Вере. В глазах её не было и следа раскаяния: они жестко смотрели на Веру с сознанием своей правоты. Эмили Брент восседала на вершине Негритянского острова, закованная в броню собственной добродетели. Тщедушная старая дева больше не казалась Вере смешной. Она показалась ей страшной.

    – Её собственное бесстыдство, её грех, – вот что подвигло ее на самоубийство. Если бы она вела себя как приличная девушка, ничего подобного не произошло бы. Она повернулась к Вере. В глазах её не было и следа раскаяния: они жестко смотрели на Веру с сознанием своей правоты. Эмили Брент восседала на вершине Негритянского острова, закованная в броню собственной добродетели. Тщедушная старая дева больше не казалась Вере смешной. Она показалась ей страшной.

    — Эмили Брент · книга
16. «

    Нельзя видеть в жизни только светлые стороны. Традиции и обычаи повседневного существования скрывают за собой немало причудливого. Например, удовольствие от жестокости ради самой жестокости. Но и под этим кроется кое-что ещё – отчаянное желание быть оцененным по достоинству. Если это желание не осуществлено, человек прибегает к иным способам доказать свою значимость. И тут возможны любые извращения. Привычка к жестокости, как и всякая другая, может культивироваться и овладеть человеком полностью.

    Нельзя видеть в жизни только светлые стороны. Традиции и обычаи повседневного существования скрывают за собой немало причудливого. Например, удовольствие от жестокости ради самой жестокости. Но и под этим кроется кое-что ещё – отчаянное желание быть оцененным по достоинству. Если это желание не осуществлено, человек прибегает к иным способам доказать свою значимость. И тут возможны любые извращения. Привычка к жестокости, как и всякая другая, может культивироваться и овладеть человеком полностью.

    — Свидание со смертью · книга
17. «

    — Верьте поезду, мадемуазель, потому что его ведет lе bon Dieu! Снова раздался гудок. — Верьте поезду, — повторил Пуаро. — И Эркюлю Пуаро. Он знает.

    — Верьте поезду, мадемуазель, потому что его ведет lе bon Dieu! Снова раздался гудок. — Верьте поезду, — повторил Пуаро. — И Эркюлю Пуаро. Он знает.

    — Эркюль Пуаро · книга
18. «

    Человек наделен тягой к жизни. Это на уровне инстинкта. Человек живет вовсе не потому, что у него есть какие-то разумные стимулы. Сплошь и рядом люди, которым, по нашему мнению, «лучше бы умереть», не хотят умирать. Те же, у кого вроде бы есть все, ради чего стоит жить, подчас не могут преодолеть недуг – у них нет сил бороться за жизнь.

    Человек наделен тягой к жизни. Это на уровне инстинкта. Человек живет вовсе не потому, что у него есть какие-то разумные стимулы. Сплошь и рядом люди, которым, по нашему мнению, «лучше бы умереть», не хотят умирать. Те же, у кого вроде бы есть все, ради чего стоит жить, подчас не могут преодолеть недуг – у них нет сил бороться за жизнь.

    — Доктор Питер Лорд · книга
19. «

    Каждый из нас — загадка, клубок противоположных страстей, желаний и склонностей. Мы делаем свои маленькие выводы и в девяти случаях из десяти оказываемся не правы.

    Каждый из нас — загадка, клубок противоположных страстей, желаний и склонностей. Мы делаем свои маленькие выводы и в девяти случаях из десяти оказываемся не правы.

    — Смерть лорда Эджвера · книга
20. «

    Высокомерие заслуживает наказания.

    Высокомерие заслуживает наказания.

    — Имхотеп · книга