271 цитата Айриса Мёрдока для тех, кто любит думать

Ниже 271 цитата Айриса Мёрдока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Откровенная глупость может быть по-своему неотразима в женщине.

   Откровенная глупость может быть по-своему неотразима в женщине.

   — Чёрный принц · книга
2. «

   В приюте все было пронизано примитивнейшей приверженностью канонам Евангелия. Это тоже вызывало у меня отвращение. Слова Кристел «будь хорошим» (хотя они и мало влияли на мое поведение, а то и не влияли вообще) значили для меня больше, чем заповеди Иисуса Христа. О Христе мне всегда говорили люди, которые смотрели на меня не только как на существо слаборазвитое, но и достойное жалости. Есть такая самодовольная благотворительная снисходительность, которую не способны скрыть даже люди вполне пристойные и которую даже малый ребенок способен распознать.

   В приюте все было пронизано примитивнейшей приверженностью канонам Евангелия. Это тоже вызывало у меня отвращение. Слова Кристел «будь хорошим» (хотя они и мало влияли на мое поведение, а то и не влияли вообще) значили для меня больше, чем заповеди Иисуса Христа. О Христе мне всегда говорили люди, которые смотрели на меня не только как на существо слаборазвитое, но и достойное жалости. Есть такая самодовольная благотворительная снисходительность, которую не способны скрыть даже люди вполне пристойные и которую даже малый ребенок способен распознать.

   — Хилари Берд · книга
3. «

   У англичан и у русских куда больше, чем в иных нациях, развито спокойное и твердое убеждение, что они — самые лучшие.

   У англичан и у русских куда больше, чем в иных нациях, развито спокойное и твердое убеждение, что они — самые лучшие.

   — Время ангелов · книга
4. «

   Те, кто плюет на документы, — воск в руках тех, кто на них не плюет.

   Те, кто плюет на документы, — воск в руках тех, кто на них не плюет.

   — Под сетью · книга
5. «

   …Ненависть способна умерщвлять, у нее своя магия.

   …Ненависть способна умерщвлять, у нее своя магия.

   — Море, море · книга
6. «

   Беда в том, что когда превращаешься в алкоголика, обычное состояние разума воспринимаешь как пытку. Полагаю, это и значит стать алкоголиком.

   Беда в том, что когда превращаешься в алкоголика, обычное состояние разума воспринимаешь как пытку. Полагаю, это и значит стать алкоголиком.

   — Итальянка · книга
7. «

   Боль утраченных возможностей невольно привела его к обесцениванию потери, превратив её не в утрату, а в некую непостижимую данность.

   Боль утраченных возможностей невольно привела его к обесцениванию потери, превратив её не в утрату, а в некую непостижимую данность.

   — Зелёный рыцарь · книга
8. «

   Время может оторвать нас от действительности. Оно может отделить нас от людей и превратить их в призраков. Вернее, это мы превращаем их в призраков или демонов.

   Время может оторвать нас от действительности. Оно может отделить нас от людей и превратить их в призраков. Вернее, это мы превращаем их в призраков или демонов.

   — Джеймс Эрроуби · книга
9. «

   Как ужасно жаждать почти невозможного, понимать, что это достижимо, но никогда не произойдет.

   Как ужасно жаждать почти невозможного, понимать, что это достижимо, но никогда не произойдет.

   — Дитя слова · книга
10. «

    Слишком Долго я держу всё это — всю чудовищность того события — в себе, слишком долго оно тайно терзает меня. Мне нужно сказать тебе лишь одно… о том, какие мысли и чувства посещали меня во время твоего отсутствия. Я не думал и не чувствовал, что случившееся означает, или должно означать, конец. Я имею в виду конец наших отношений. То есть мне не хочется этого. Я очень много думал о том самом моменте, и сказанное мной, имеется в виду только что сказанное, является для меня абсолютно ясным. Нам необходимо поговорить, по крайней мере, я должен сказать кое-что… а ты можешь воспользоваться привилегией молчания, в любом случае, я не в силах заставить тебя говорить, да и не хочу… возможно, я боюсь того, что ты можешь сказать. От тебя зависит, окажется ли наша встреча, которая должна была состояться, как и мой монолог, последним приветом и окончательным прощанием. Мне не хотелось бы такого завершения… хотя я также осознаю и серьёзные сложности… и даже, возможно, опасную зависимость от не подвластных нам вещей… или даже невообразимых на данной стадии… Прости, что мои слова несколько туманны. Я не понимаю, каковы твои мысли и чувства… а о себе мне больше не стоит говорить… На мой взгляд, я сказал всё, что считаю наиболее важным. И сейчас мне вдруг пришло в голову, что лучше всего было бы, если бы я сейчас ушёл и оставил тебя… подумать над тем, что я сказал… Я надеюсь, позже ты осознаешь… что мы можем обсудить всё более основательно… либо предпочтёшь оставить всё как есть, иными словами, не говорить об этом вовсе или вообще больше не общаться… Но я оставляю за тобой право сообщить мне о твоём решении… и я приду, если ты захочешь видеть меня… рано или поздно.

    Слишком Долго я держу всё это — всю чудовищность того события — в себе, слишком долго оно тайно терзает меня. Мне нужно сказать тебе лишь одно… о том, какие мысли и чувства посещали меня во время твоего отсутствия. Я не думал и не чувствовал, что случившееся означает, или должно означать, конец. Я имею в виду конец наших отношений. То есть мне не хочется этого. Я очень много думал о том самом моменте, и сказанное мной, имеется в виду только что сказанное, является для меня абсолютно ясным. Нам необходимо поговорить, по крайней мере, я должен сказать кое-что… а ты можешь воспользоваться привилегией молчания, в любом случае, я не в силах заставить тебя говорить, да и не хочу… возможно, я боюсь того, что ты можешь сказать. От тебя зависит, окажется ли наша встреча, которая должна была состояться, как и мой монолог, последним приветом и окончательным прощанием. Мне не хотелось бы такого завершения… хотя я также осознаю и серьёзные сложности… и даже, возможно, опасную зависимость от не подвластных нам вещей… или даже невообразимых на данной стадии… Прости, что мои слова несколько туманны. Я не понимаю, каковы твои мысли и чувства… а о себе мне больше не стоит говорить… На мой взгляд, я сказал всё, что считаю наиболее важным. И сейчас мне вдруг пришло в голову, что лучше всего было бы, если бы я сейчас ушёл и оставил тебя… подумать над тем, что я сказал… Я надеюсь, позже ты осознаешь… что мы можем обсудить всё более основательно… либо предпочтёшь оставить всё как есть, иными словами, не говорить об этом вовсе или вообще больше не общаться… Но я оставляю за тобой право сообщить мне о твоём решении… и я приду, если ты захочешь видеть меня… рано или поздно.

    — Клемент · книга
11. «

    Брак – это своего рода «промывка мозгов», приучающая нас мириться с многими ужасами. Как часто женатые люди, сами того не замечая, опускаются, делаются неряшливы, некрасивы, скучны.

    Брак – это своего рода «промывка мозгов», приучающая нас мириться с многими ужасами. Как часто женатые люди, сами того не замечая, опускаются, делаются неряшливы, некрасивы, скучны.

    — Море, море · книга
12. «

    В Париже у каждого мужчины есть женщина.

    В Париже у каждого мужчины есть женщина.

    — Под сетью · книга
13. «

    …Все мы живем в свете самоудовлетворения, ради какой-то тайной, неугомонной внутренней сущности, еще более непостижимой, чем наш разум. Иначе мы и не можем жить, если только мы не святые, а есть ли среди нас святые?

    …Все мы живем в свете самоудовлетворения, ради какой-то тайной, неугомонной внутренней сущности, еще более непостижимой, чем наш разум. Иначе мы и не можем жить, если только мы не святые, а есть ли среди нас святые?

    — Море, море · книга
14. «

    Утолять жажду — одно из самых острых наслаждений.

    Утолять жажду — одно из самых острых наслаждений.

    — Под сетью · книга
15. «

    Чувства, если разобраться, существуют либо в самой глубине человека, либо на поверхности. На среднем же уровне их только играют. Вот почему весь мир — сцена, почему театр не теряет своей популярности, почему он вообще существует, почему он похож на жизнь, а он похож на жизнь, хоть и является в то же время самым пошлым и откровенно условным из искусств.

    Чувства, если разобраться, существуют либо в самой глубине человека, либо на поверхности. На среднем же уровне их только играют. Вот почему весь мир — сцена, почему театр не теряет своей популярности, почему он вообще существует, почему он похож на жизнь, а он похож на жизнь, хоть и является в то же время самым пошлым и откровенно условным из искусств.

    — Море, море · книга
16. «

    — В ней много дурости, — сказал Руперт. — Всегда живет то в одном выдуманном мире, то в другом. — А разве все мы живем иначе?

    — В ней много дурости, — сказал Руперт. — Всегда живет то в одном выдуманном мире, то в другом. — А разве все мы живем иначе?

    — Честный проигрыш · книга
17. «

    Что за странную азартную игру являет собой наше существование! Мы решаем поступить не так, а иначе, и вот уже обе дороги разошлись и могут привести нас либо в ад, либо в рай. Только задним числом понимаешь, сколь велика и сколь ужасна разница.

    Что за странную азартную игру являет собой наше существование! Мы решаем поступить не так, а иначе, и вот уже обе дороги разошлись и могут привести нас либо в ад, либо в рай. Только задним числом понимаешь, сколь велика и сколь ужасна разница.

    — Море, море · книга
18. «

    А я без музыки не могу. Не знаю, что бы делала без неё. Иногда я словно заворачиваюсь в неё, как в воображаемый плащ.

    А я без музыки не могу. Не знаю, что бы делала без неё. Иногда я словно заворачиваюсь в неё, как в воображаемый плащ.

    — Итальянка · книга
19. «

    Мне противен ноющий взгляд на мир.

    Мне противен ноющий взгляд на мир.

    — Человек случайностей · книга
20. «

    …Никто не может понять чужой брак.

    …Никто не может понять чужой брак.

    — Мэри Хартли Смит · книга