53 цитаты Алана Брэдли — подборка на все случаи

Алан Брэдли — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 53 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Предоставьте природе вакуум, и она попытается его заполнить. Дайте ей давление в каком-то месте, и она попытается разредить его. Она вечно стремится к равновесию, которого ей не суждено достичь; и она никогда не довольна тем, что имеет.

   Предоставьте природе вакуум, и она попытается его заполнить. Дайте ей давление в каком-то месте, и она попытается разредить его. Она вечно стремится к равновесию, которого ей не суждено достичь; и она никогда не довольна тем, что имеет.

   — Флавия де Люс · книга
2. «

   Я проверила многочисленные ловушки, которые всегда оставляю для неосторожных нарушителей: волоски на шкафах, смятые клочки бумаги, там и сям рассованные по ящикам (исходя из предположения, что ни один воришка не сможет удержаться и не расправить их) и, за каждой из внутренних дверей, наперсток, до краев наполненных раствором слаборастворимого ферроцианида железа, или желтой кровяной соли, который, если его пролить, не отмоют и семь горничных с семью швабрами за полгода.

   Я проверила многочисленные ловушки, которые всегда оставляю для неосторожных нарушителей: волоски на шкафах, смятые клочки бумаги, там и сям рассованные по ящикам (исходя из предположения, что ни один воришка не сможет удержаться и не расправить их) и, за каждой из внутренних дверей, наперсток, до краев наполненных раствором слаборастворимого ферроцианида железа, или желтой кровяной соли, который, если его пролить, не отмоют и семь горничных с семью швабрами за полгода.

   — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
3. «

   Ты не знаешь, как это бывает, когда расползаешься по швам.

   Ты не знаешь, как это бывает, когда расползаешься по швам.

   — Ниалла · книга
4. «

   Надо бояться не мертвых, а живых. Только живые могут отправить тебя в царство мертвых.

   Надо бояться не мертвых, а живых. Только живые могут отправить тебя в царство мертвых.

   — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
5. «

   Трудно описать, что я почувствовала в тот момент. Полагаю, смесь глубокого счастья и сокрушительной печали. Я поняла откуда счастье; откуда печаль — нет.

   Трудно описать, что я почувствовала в тот момент. Полагаю, смесь глубокого счастья и сокрушительной печали. Я поняла откуда счастье; откуда печаль — нет.

   — Флавия де Люс · книга
6. «

   Скажите им, что мы, возможно, не молимся с ними, — заявил отец викарию, — но мы, по крайней мере, не молимся против них.

   Скажите им, что мы, возможно, не молимся с ними, — заявил отец викарию, — но мы, по крайней мере, не молимся против них.

   — Полковник де Люс · книга
7. «

   Медузообразной массой мы поползли к выходу.

   Медузообразной массой мы поползли к выходу.

   — Флавия · книга
8. «

   Если ты ничего не будешь помнить, запомни главное: вдохновение изнутри — все равно что жар в печи. Оно позволяет печь сносные батские булочки. Но вдохновение снаружи — все равно что вулкан, оно меняет облик мира.

   Если ты ничего не будешь помнить, запомни главное: вдохновение изнутри — все равно что жар в печи. Оно позволяет печь сносные батские булочки. Но вдохновение снаружи — все равно что вулкан, оно меняет облик мира.

   — тетушка Фелисити · книга
9. «

   – Не беспокойтесь. Я люблю дождь. Это правда. Мозг человека работает лучше во влажном воздухе, чем в жару или сухой холод. Моя теория гласит, что это потому что мы происходим от рыб, обитавших в море и дышавших водой, и в один прекрасный день, когда у меня будет достаточно времени, я намереваюсь написать статью на эту тему.

   – Не беспокойтесь. Я люблю дождь. Это правда. Мозг человека работает лучше во влажном воздухе, чем в жару или сухой холод. Моя теория гласит, что это потому что мы происходим от рыб, обитавших в море и дышавших водой, и в один прекрасный день, когда у меня будет достаточно времени, я намереваюсь написать статью на эту тему.

   — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
10. «

    — Как вы знаете, мисс Флавия, моя память не такая, как прежде. — Ничего-ничего, Доггер, — ответила я, похлопывая его по ладони. — Моя тоже. Да вот, не далее как вчера я держала в руке щепотку мышьяка и куда-то положила его. И ради всего святого, не могу вспомнить, что я с ним сделала. — Я нашел его в масленке, — сказал Доггер.

    — Как вы знаете, мисс Флавия, моя память не такая, как прежде. — Ничего-ничего, Доггер, — ответила я, похлопывая его по ладони. — Моя тоже. Да вот, не далее как вчера я держала в руке щепотку мышьяка и куда-то положила его. И ради всего святого, не могу вспомнить, что я с ним сделала. — Я нашел его в масленке, — сказал Доггер.

    — О, я от призраков больна · книга
11. «

    Случается, отцы с выводком дочерей перебирают их имена в порядке рождения, когда хотят позвать младшую, и я давно привыкла, когда ко мне обращаются «Офелия Дафна Флавия, черт побери».

    Случается, отцы с выводком дочерей перебирают их имена в порядке рождения, когда хотят позвать младшую, и я давно привыкла, когда ко мне обращаются «Офелия Дафна Флавия, черт побери».

    — Сладость на корочке пирога · книга
12. «

    — Ты никогда не устаешь от этой книги? — Конечно, нет. Она так напоминает мою собственную унылую жизнь, что я не могу отличить, когда читаю, а когда нет.

    — Ты никогда не устаешь от этой книги? — Конечно, нет. Она так напоминает мою собственную унылую жизнь, что я не могу отличить, когда читаю, а когда нет.

    — Флавия де Люс · книга
13. «

    Полагаю, мне следовало сказать что-нибудь вежливое, успокаивающее. Но я этого не сделала. Я поступила так, как сделала бы любая разумная девочка в моих обстоятельствах: драпанула.

    Полагаю, мне следовало сказать что-нибудь вежливое, успокаивающее. Но я этого не сделала. Я поступила так, как сделала бы любая разумная девочка в моих обстоятельствах: драпанула.

    — Я вещаю из гробницы · книга
14. «

    Даффи плохо соображает по утрам с тех пор, как научилась читать. Три часа ночи для нее — это середина дня. Она укрывается одеялом, включает свой верный фонарик марки «Эверди» и читает какого-нибудь пухлого Диккенса.

    Даффи плохо соображает по утрам с тех пор, как научилась читать. Три часа ночи для нее — это середина дня. Она укрывается одеялом, включает свой верный фонарик марки «Эверди» и читает какого-нибудь пухлого Диккенса.

    — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
15. «

    Рай — это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

    Рай — это место, где библиотека открыта двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

    — Флавия де Люс · книга
16. «

    Неписаный закон вселенной гласит, что то, что ты ищешь, всегда оказывается в последнем месте, куда ты заглянешь. Он относится ко всему в жизни — от потерянных носков до поставленных не туда ядов, и само собой, он сработал и в данном случае.

    Неписаный закон вселенной гласит, что то, что ты ищешь, всегда оказывается в последнем месте, куда ты заглянешь. Он относится ко всему в жизни — от потерянных носков до поставленных не туда ядов, и само собой, он сработал и в данном случае.

    — Я вещаю из гробницы · книга
17. «

    Иногда ты спишь сном младенца, иногда сном преступника. Я спала сном больного.

    Иногда ты спишь сном младенца, иногда сном преступника. Я спала сном больного.

    — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
18. «

    — Надо же! — сказал он, окидывая взглядом огород, словно принцесса, пробуждающаяся от глубокого сна. — Кажется, нас ждет прекрасный день!

    — Надо же! — сказал он, окидывая взглядом огород, словно принцесса, пробуждающаяся от глубокого сна. — Кажется, нас ждет прекрасный день!

    — Флавия де Люс · книга
19. «

    Когда я в обществе других людей, часть меня чуть-чуть съеживается. Только когда я в одиночестве, я могу в полной мере наслаждаться собственным обществом.

    Когда я в обществе других людей, часть меня чуть-чуть съеживается. Только когда я в одиночестве, я могу в полной мере наслаждаться собственным обществом.

    — Флавия де Люс · книга
20. «

    Как только люди получают над тобой власть, поразительно, как быстро их хватка распространяется на все стороны твоей жизни. Сначала они просто учат тебя азам безобидной географии, а потом ты ловишь их на том, что они критикуют твою манеру стоять или дышать.

    Как только люди получают над тобой власть, поразительно, как быстро их хватка распространяется на все стороны твоей жизни. Сначала они просто учат тебя азам безобидной географии, а потом ты ловишь их на том, что они критикуют твою манеру стоять или дышать.

    — Сэндвич с пеплом и фазаном · книга