92 цитаты Алана Брэдли про любовь, время и выбор

Алан Брэдли — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 92 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Когда ты не помнишь свои сны, это хуже всего, поскольку ты возвращаешься в реальность, не зная, что делала и где была.

   Когда ты не помнишь свои сны, это хуже всего, поскольку ты возвращаешься в реальность, не зная, что делала и где была.

   — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
2. «

   Нет ничего более ненавистного лжецу, чем обнаружить, что ему солгал другой лжец.

   Нет ничего более ненавистного лжецу, чем обнаружить, что ему солгал другой лжец.

   — Флавия де Люс · книга
3. «

   Ценю её заботу, но разве может человек, расследующий убийство, носить варежки? Приходится дуть на ладони, чтобы немного согреться.

   Ценю её заботу, но разве может человек, расследующий убийство, носить варежки? Приходится дуть на ладони, чтобы немного согреться.

   — Флавия · книга
4. «

   Терпение — необходимое свойство гения!

   Терпение — необходимое свойство гения!

   — Флавия де Люс · книга
5. «

   Я проверила многочисленные ловушки, которые всегда оставляю для неосторожных нарушителей: волоски на шкафах, смятые клочки бумаги, там и сям рассованные по ящикам (исходя из предположения, что ни один воришка не сможет удержаться и не расправить их) и, за каждой из внутренних дверей, наперсток, до краев наполненных раствором слаборастворимого ферроцианида железа, или желтой кровяной соли, который, если его пролить, не отмоют и семь горничных с семью швабрами за полгода.

   Я проверила многочисленные ловушки, которые всегда оставляю для неосторожных нарушителей: волоски на шкафах, смятые клочки бумаги, там и сям рассованные по ящикам (исходя из предположения, что ни один воришка не сможет удержаться и не расправить их) и, за каждой из внутренних дверей, наперсток, до краев наполненных раствором слаборастворимого ферроцианида железа, или желтой кровяной соли, который, если его пролить, не отмоют и семь горничных с семью швабрами за полгода.

   — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
6. «

   Люди, которые облизывают пальцы, перелистывая страницы, так же ужасны, как те, кто сморкается в скатерть.

   Люди, которые облизывают пальцы, перелистывая страницы, так же ужасны, как те, кто сморкается в скатерть.

   — Дафна де Люс · книга
7. «

   Трудно описать, что я почувствовала в тот момент. Полагаю, смесь глубокого счастья и сокрушительной печали. Я поняла откуда счастье; откуда печаль — нет.

   Трудно описать, что я почувствовала в тот момент. Полагаю, смесь глубокого счастья и сокрушительной печали. Я поняла откуда счастье; откуда печаль — нет.

   — Флавия де Люс · книга
8. «

   Надо бояться не мертвых, а живых. Только живые могут отправить тебя в царство мертвых.

   Надо бояться не мертвых, а живых. Только живые могут отправить тебя в царство мертвых.

   — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
9. «

   Химия — столь одинокое занятие, что в величайшие моменты никогда нет зрителей.

   Химия — столь одинокое занятие, что в величайшие моменты никогда нет зрителей.

   — Я вещаю из гробницы · книга
10. «

    Семьи — это поистине тихий омут, и мне еще только предстоит выяснить, какие щуки плавают в глубине моего собственного омута.

    Семьи — это поистине тихий омут, и мне еще только предстоит выяснить, какие щуки плавают в глубине моего собственного омута.

    — Флавия де Люс · книга
11. «

    Притворяться тупицей — один из моих многочисленных талантов. Если считать глупость теоретической физикой, то я — Альберт Эйнштейн собственной персоной.

    Притворяться тупицей — один из моих многочисленных талантов. Если считать глупость теоретической физикой, то я — Альберт Эйнштейн собственной персоной.

    — Сэндвич с пеплом и фазаном · книга
12. «

    Из «Книги золотых правил Флавии»: если тебя застали за руганью, дави на жалость.

    Из «Книги золотых правил Флавии»: если тебя застали за руганью, дави на жалость.

    — О, я от призраков больна · книга
13. «

    Я не могла понять, я только знала, что какая-то глубоко спрятанная химическая субстанция внутри одной из нас настоятельно нуждалась в своем давно утраченном дополнении — или противоядии? — внутри другой.

    Я не могла понять, я только знала, что какая-то глубоко спрятанная химическая субстанция внутри одной из нас настоятельно нуждалась в своем давно утраченном дополнении — или противоядии? — внутри другой.

    — Флавия де Люс · книга
14. «

    Иногда самую глубокую любовь можно проявить только оставаясь в стороне.

    Иногда самую глубокую любовь можно проявить только оставаясь в стороне.

    — Трижды пестрый кот мяукнул · книга
15. «

    Забавно, не так ли, что диаметр помады точно соответствует сорок пятому калибру?

    Забавно, не так ли, что диаметр помады точно соответствует сорок пятому калибру?

    — Флавия де Люс · книга
16. «

    Горячая вода и чай — подумала я, — предметы первой необходимости во всех чрезвычайных обстоятельствах.

    Горячая вода и чай — подумала я, — предметы первой необходимости во всех чрезвычайных обстоятельствах.

    — Флавия де Люс · книга
17. «

    Когда сомневаешься, положись на чувства.

    Когда сомневаешься, положись на чувства.

    — Сладость на корочке пирога · книга
18. «

    Упакуйте свои проблемы в старый мешок и улыбайтесь, улыбайтесь, улыбайтесь.

    Упакуйте свои проблемы в старый мешок и улыбайтесь, улыбайтесь, улыбайтесь.

    — Я вещаю из гробницы · книга
19. «

    Хотя это звучит ужасно, но скорбь – забавная штука. С одной стороны, ты нем, но с другой – что-то внутри отчаянно пытается проковырять путь обратно к нормальному состоянию: сделать веселое лицо, выскочить, словно черт из табакерки, и сказать: «Улыбайся, черт тебя дери, улыбайся!» Юное сердце не может долго быть угрюмым, и я уже чувствовала, что мышцы моего лица устали скорбеть.

    Хотя это звучит ужасно, но скорбь – забавная штука. С одной стороны, ты нем, но с другой – что-то внутри отчаянно пытается проковырять путь обратно к нормальному состоянию: сделать веселое лицо, выскочить, словно черт из табакерки, и сказать: «Улыбайся, черт тебя дери, улыбайся!» Юное сердце не может долго быть угрюмым, и я уже чувствовала, что мышцы моего лица устали скорбеть.

    — Здесь мертвецы под сводом спят · книга
20. «

    Она всегда убегает при малейшем намеке на неудовольствие и однажды, когда отец повысил голос, завернулась в ковер и отказывалась вылезать, пока не послали за ее мужем.

    Она всегда убегает при малейшем намеке на неудовольствие и однажды, когда отец повысил голос, завернулась в ковер и отказывалась вылезать, пока не послали за ее мужем.

    — Флавия де Люс · книга