68 цитат Альбера Камю: цитаты со смыслома — избранное

Ниже 68 цитат Альбера Камю: цитаты со смыслома — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Элементарными называются такие истины, которые человек открывает последними.

   Элементарными называются такие истины, которые человек открывает последними.

   — Альбер Камю · книга
2. «

   Начать думать — это начать себя подтачивать.

   Начать думать — это начать себя подтачивать.

   — Альбер Камю · книга
3. «

   Ложь усыпляет или погружает в мечты, иллюзия тоже. Правда — это единственная настоящая сила, бодрая, неистощимая. Вот если бы мы могли жить только правдой и ради неё одной: юная и неумирающая энергия внутри нас. Человек правды не стареет. Еще усилие — и он никогда не умрёт.

   Ложь усыпляет или погружает в мечты, иллюзия тоже. Правда — это единственная настоящая сила, бодрая, неистощимая. Вот если бы мы могли жить только правдой и ради неё одной: юная и неумирающая энергия внутри нас. Человек правды не стареет. Еще усилие — и он никогда не умрёт.

   — Альбер Камю · книга
4. «

   Хоть театр выручает. Пародия всё-таки лучше, чем ложь: она не так далека от истины, которая в ней обыгрывается.

   Хоть театр выручает. Пародия всё-таки лучше, чем ложь: она не так далека от истины, которая в ней обыгрывается.

   — Альбер Камю · книга
5. «

   Настоящая забота о будущем состоит в том, чтобы отдать всё настоящему.

   Настоящая забота о будущем состоит в том, чтобы отдать всё настоящему.

   — Альбер Камю
6. «

   Из бессмысленности, абсурдности бытия ещё не следует бессмысленность человеческого существования, так же как из того, что Бога нет, ещё не следует, что нет никакой морали.

   Из бессмысленности, абсурдности бытия ещё не следует бессмысленность человеческого существования, так же как из того, что Бога нет, ещё не следует, что нет никакой морали.

   — Альбер Камю
7. «

   Ум, закованный в кандалы, насколько утрачивает в ясности, настолько выигрывает в страстности.

   Ум, закованный в кандалы, насколько утрачивает в ясности, настолько выигрывает в страстности.

   — Альбер Камю · книга
8. «

   Спросив себя, а как можно судить, какой вопрос более настоятелен, чем другие, я отвечу: тот, который обязывает к действию. Мне неведомы случаи, когда бы шли на смерть ради онтологического доказательства. Галилей, обладавший весьма значительной научной истиной, легче легкого отрекся от нее, как только над его жизнью нависла угроза.

   Спросив себя, а как можно судить, какой вопрос более настоятелен, чем другие, я отвечу: тот, который обязывает к действию. Мне неведомы случаи, когда бы шли на смерть ради онтологического доказательства. Галилей, обладавший весьма значительной научной истиной, легче легкого отрекся от нее, как только над его жизнью нависла угроза.

   — Альбер Камю · книга
9. «

   Лицедейство человека может сказать о нем ничуть не меньше, чем его искренние порывы. И точно так же обстоит дело на другом уровне — с переживаниями: нельзя постичь, каковы они в глубине человеческого сердца, однако частично их выдают и поступки, ими вызванные, и настрой ума, ими заданный.

   Лицедейство человека может сказать о нем ничуть не меньше, чем его искренние порывы. И точно так же обстоит дело на другом уровне — с переживаниями: нельзя постичь, каковы они в глубине человеческого сердца, однако частично их выдают и поступки, ими вызванные, и настрой ума, ими заданный.

   — Альбер Камю · книга
10. «

    Лишь сочетание самоочевидных истин с уравновешивающим их сердечным горением может открыть нам доступ одновременно и к душевному волнению и к ясности.

    Лишь сочетание самоочевидных истин с уравновешивающим их сердечным горением может открыть нам доступ одновременно и к душевному волнению и к ясности.

    — Альбер Камю · книга
11. «

    Об одной и той же вещи утром мы думаем одно, вечером другое. Но где истина — в ночных думах или в дневных размышлениях? Два ответа, два типа людей.

    Об одной и той же вещи утром мы думаем одно, вечером другое. Но где истина — в ночных думах или в дневных размышлениях? Два ответа, два типа людей.

    — Альбер Камю · книга
12. «

    Истина загадочна, она вечно ускользает от постижения, её необходимо завоевывать вновь и вновь. Свобода опасна, обладать ею так же трудно, как и упоительно.

    Истина загадочна, она вечно ускользает от постижения, её необходимо завоевывать вновь и вновь. Свобода опасна, обладать ею так же трудно, как и упоительно.

    — Альбер Камю · книга
13. «

    Удивительно, как тщеславен человек, который хочет внушить себе и другим, что он стремится к истине, меж тем как он жаждет любви.

    Удивительно, как тщеславен человек, который хочет внушить себе и другим, что он стремится к истине, меж тем как он жаждет любви.

    — Альбер Камю
14. «

    На пороге смерти мама, вероятно, испытывала чувство освобождения и готовности все пережить заново. Никто, никто не имел права плакать над ней.

    На пороге смерти мама, вероятно, испытывала чувство освобождения и готовности все пережить заново. Никто, никто не имел права плакать над ней.

    — Альбер Камю · книга
15. «

    Этот мир лишён смысла, и тот, кто осознал это, обретает свободу.

    Этот мир лишён смысла, и тот, кто осознал это, обретает свободу.

    — Альбер Камю · книга
16. «

    Есть лишь одна по-настоящему серьезная философская проблема — проблема самоубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить, — значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное — имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями — второстепенно.

    Есть лишь одна по-настоящему серьезная философская проблема — проблема самоубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить, — значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное — имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями — второстепенно.

    — Альбер Камю · книга
17. «

    Человека нельзя считать полностью виновным — ведь не с него началась история.

    Человека нельзя считать полностью виновным — ведь не с него началась история.

    — Альбер Камю · книга
18. «

    Так называемый скептицизм новых поколений — ложь. С каких пор честный человек, отказывающийся верить лжецу, называется скептиком?

    Так называемый скептицизм новых поколений — ложь. С каких пор честный человек, отказывающийся верить лжецу, называется скептиком?

    — Альбер Камю · книга
19. «

    Мир божествен, поскольку беспричинен. Вот почему только искусству, столь же безосновному, дано понять его. Никакое суждение не дает представления о мире, но искусство может научить нас повторять мир, как повторяется он сам в вечных возвращениях. На одном и том же песке изначальное море неутомимо пишет одни и те же слова и выбрасывает на берег одни и те же существа, изумленные самим фактом своего существования. И по крайней мере тот, кто согласен возвращаться и согласен с мыслью о том, что все возвращается, тот, кто стал эхом, и эхом радостным, — тот причастен к божественности мира.

    Мир божествен, поскольку беспричинен. Вот почему только искусству, столь же безосновному, дано понять его. Никакое суждение не дает представления о мире, но искусство может научить нас повторять мир, как повторяется он сам в вечных возвращениях. На одном и том же песке изначальное море неутомимо пишет одни и те же слова и выбрасывает на берег одни и те же существа, изумленные самим фактом своего существования. И по крайней мере тот, кто согласен возвращаться и согласен с мыслью о том, что все возвращается, тот, кто стал эхом, и эхом радостным, — тот причастен к божественности мира.

    — Альбер Камю · книга
20. «

    И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.

    И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.

    — Альбер Камю · книга