Александр Александрович Блок: 169 фраз, которые разошлись на цитаты

Ниже 169 цитат Александра Александровича Блока — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В море одна лишь волна — быстротечная. В небе одна лишь звезда — бесконечная. В мире одна лишь душа — вечная.

   В море одна лишь волна — быстротечная. В небе одна лишь звезда — бесконечная. В мире одна лишь душа — вечная.
2. «

   И опять — коварство, слава, Злато, лесть, всему венец - Человеческая глупость, Безысходна, величава, Бесконечна... Что ж, конец?

   И опять — коварство, слава, Злато, лесть, всему венец - Человеческая глупость, Безысходна, величава, Бесконечна... Что ж, конец?
3. «

   Сверкнет холодное запястье, И, речь прервав, она сама Уже твердит, что сила страсти - Ничто, пред холодом ума!..

   Сверкнет холодное запястье, И, речь прервав, она сама Уже твердит, что сила страсти - Ничто, пред холодом ума!..
4. «

   Я хочу не объятий: потому что объятия (внезaпное соглaсие) — только минутное потрясение. Дaльше идёт «привычкa» — вонючее чудище.

   Я хочу не объятий: потому что объятия (внезaпное соглaсие) — только минутное потрясение. Дaльше идёт «привычкa» — вонючее чудище.
5. «

   Несчастны мы все, что наша родная земля приготовила нам такую почву – для злобы и ссоры друг с другом. Все живём за китайскими стенами, полупрезирая друг друга, а единственный общий враг наш – российская государственность, церковность, кабаки, казна и чиновники – не показывают своего лица, а натравляют нас друг на друга.

   Несчастны мы все, что наша родная земля приготовила нам такую почву – для злобы и ссоры друг с другом. Все живём за китайскими стенами, полупрезирая друг друга, а единственный общий враг наш – российская государственность, церковность, кабаки, казна и чиновники – не показывают своего лица, а натравляют нас друг на друга.
6. «

   Мне страшно с Тобой встречаться. Страшнее Тебя не встречать.

   Мне страшно с Тобой встречаться. Страшнее Тебя не встречать.
7. «

   Ты будешь доволен собой и женой, Своей конституцией куцой, А вот у поэта — всемирный запой, И мало ему конституций!

   Ты будешь доволен собой и женой, Своей конституцией куцой, А вот у поэта — всемирный запой, И мало ему конституций!
8. «

   Ваш взгляд — его мне подстеречь... Но уклоняете вы взгляды... Да! Взглядом — вы боитесь сжечь Меж нами вставшие преграды!

   Ваш взгляд — его мне подстеречь... Но уклоняете вы взгляды... Да! Взглядом — вы боитесь сжечь Меж нами вставшие преграды!
9. «

   Знаком этот образ печальный, И где-то я видел его... Быть может, себя самого Я встретил на глади зеркальной?

   Знаком этот образ печальный, И где-то я видел его... Быть может, себя самого Я встретил на глади зеркальной?
10. «

    Так береги остаток чувства, Храни хоть творческую ложь: Лишь в лёгком челноке искусства От скуки мира уплывёшь.

    Так береги остаток чувства, Храни хоть творческую ложь: Лишь в лёгком челноке искусства От скуки мира уплывёшь.
11. «

    Ризу накрест обвязав, Свечку к палке привязав, Реет ангел невелик, Реет лесом, светлолик.

    Ризу накрест обвязав, Свечку к палке привязав, Реет ангел невелик, Реет лесом, светлолик.
12. «

    Вновь богатый зол и рад, Вновь унижен бедный. С кровель каменных громад Смотрит месяц бледный.

    Вновь богатый зол и рад, Вновь унижен бедный. С кровель каменных громад Смотрит месяц бледный.
13. «

    Когда замрут отчаянье и злоба, Нисходит сон. И крепко спим мы оба На разных полюсах земли.

    Когда замрут отчаянье и злоба, Нисходит сон. И крепко спим мы оба На разных полюсах земли.
14. «

    Ты смела! Так еще будь бесстрашней! Я — не муж, не жених твой, не друг! Так вонзай же, мой ангел вчерашний, В сердце — острый французский каблук!

    Ты смела! Так еще будь бесстрашней! Я — не муж, не жених твой, не друг! Так вонзай же, мой ангел вчерашний, В сердце — острый французский каблук!
15. «

    Кладут мне на плечи руки, Но я не помню имен. В ушах раздаются звуки Недавних больших похорон.

    Кладут мне на плечи руки, Но я не помню имен. В ушах раздаются звуки Недавних больших похорон.
16. «

    Чтобы изобразить человека, надо полюбить его — узнать. Грибоедов любил Фамусова, уверен, что временами — больше, чем Чацкого. Гоголь любил Хлестакова и Чичикова, Чичикова — особенно. Пришли Белинские и сказали, что Грибоедов и Гоголь «осмеяли». — Отсюда — начало порчи русского сознания, понятия об искусстве — вплоть до мелочи — полного убийства вкуса.

    Чтобы изобразить человека, надо полюбить его — узнать. Грибоедов любил Фамусова, уверен, что временами — больше, чем Чацкого. Гоголь любил Хлестакова и Чичикова, Чичикова — особенно. Пришли Белинские и сказали, что Грибоедов и Гоголь «осмеяли». — Отсюда — начало порчи русского сознания, понятия об искусстве — вплоть до мелочи — полного убийства вкуса.
17. «

    Жутко выйти на дорогу: Непонятная тревога Под луной царит.

    Жутко выйти на дорогу: Непонятная тревога Под луной царит.
18. «

    И каждый другого зажжёт, И снова потушит костёр, И каждый печально вздохнёт, Взглянувши другому во взор...

    И каждый другого зажжёт, И снова потушит костёр, И каждый печально вздохнёт, Взглянувши другому во взор...
19. «

    Скоро день глубоко отступил, В небе дальнем расставивший зори. А незримый поток шелестил, Проливаясь в наш город, как в море.

    Скоро день глубоко отступил, В небе дальнем расставивший зори. А незримый поток шелестил, Проливаясь в наш город, как в море.
20. «

    Она молода и прекрасна была И чистой мадонной осталась, Как зеркало речки спокойной, светла. Как сердце мое разрывалось!..

    Она молода и прекрасна была И чистой мадонной осталась, Как зеркало речки спокойной, светла. Как сердце мое разрывалось!..