37 цитат Александра Анатольевича Ширвиндта для тех, кто любит думать

Ниже 37 цитат Александра Анатольевича Ширвиндта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Что касается женщин, то наступает страшное возрастное время, когда с ними приходится дружить. Так как навыков нет, то работа эта трудная. Поневоле тянет на бесперспективное кокетство.

   Что касается женщин, то наступает страшное возрастное время, когда с ними приходится дружить. Так как навыков нет, то работа эта трудная. Поневоле тянет на бесперспективное кокетство.

   — Schirwindt, стертый с лица земли · книга
2. «

   Нельзя существовать в круглосуточном, не проходящем чувстве ненависти, раздражения, неприятия, ощущения беды и горя. Должны быть оазисы, просветы. Жизнь-то одна… Так что внутри любого кошмара надо пытаться искать позитивные эмоции.

   Нельзя существовать в круглосуточном, не проходящем чувстве ненависти, раздражения, неприятия, ощущения беды и горя. Должны быть оазисы, просветы. Жизнь-то одна… Так что внутри любого кошмара надо пытаться искать позитивные эмоции.
3. «

   Карьера — это мера тщеславия, а у меня тщеславие дозировано необходимостью не выпасть из обоймы достойных людей.

   Карьера — это мера тщеславия, а у меня тщеславие дозировано необходимостью не выпасть из обоймы достойных людей.

   — Проходные дворы биографии · книга
4. «

   Как говорил кто-то у Чехова и моя покойная нянька, все болезни от нервов. А нервы — это что? Нервы — это стрессы. А стрессы — это что? А стрессы — это жизнь. Поэтому я всю жизнь стараюсь себя обезопасить иронией. Но всё-таки с годами накапливается огромный запасник негатива. Поневоле что-то остаётся в осадке и уже не вымывается ни иронией, ни юмором, ни скепсисом, ни цинизмом.

   Как говорил кто-то у Чехова и моя покойная нянька, все болезни от нервов. А нервы — это что? Нервы — это стрессы. А стрессы — это что? А стрессы — это жизнь. Поэтому я всю жизнь стараюсь себя обезопасить иронией. Но всё-таки с годами накапливается огромный запасник негатива. Поневоле что-то остаётся в осадке и уже не вымывается ни иронией, ни юмором, ни скепсисом, ни цинизмом.
5. «

   — То, что происходит сейчас, это катастрофа... или же, это, скажем так, довольно долговременная трудность и сложность, и мы будем постепенно выбираться из этого? — Обязательно выберемся! Вот эти вот «новые русские»... Они новые, но не свежие. Мессии со всех сторон лезут. <...> Никто не начинает ничего без присказки «в наше трудное время», «у нас невозможный быт», «в нашей экономической пропасти». На презентации, где всё ломится от икры, где тут же начинается: «В наше невозможное время...» Что невозможного-то? Обжираловка! Я думаю, если вдруг завтра будет замечательно, обязательно останется «в наше лёгкое время, может быть, мы дождёмся катастрофы».

   — То, что происходит сейчас, это катастрофа... или же, это, скажем так, довольно долговременная трудность и сложность, и мы будем постепенно выбираться из этого? — Обязательно выберемся! Вот эти вот «новые русские»... Они новые, но не свежие. Мессии со всех сторон лезут. <...> Никто не начинает ничего без присказки «в наше трудное время», «у нас невозможный быт», «в нашей экономической пропасти». На презентации, где всё ломится от икры, где тут же начинается: «В наше невозможное время...» Что невозможного-то? Обжираловка! Я думаю, если вдруг завтра будет замечательно, обязательно останется «в наше лёгкое время, может быть, мы дождёмся катастрофы».

   — Владислав Николаевич Листьев
6. «

   За 80 лет не случалось всерьез отчаиваться – только делаю вид. Это сохранило шевелюру, гладкую кожу морды лица и инфантилизм старого мудака.

   За 80 лет не случалось всерьез отчаиваться – только делаю вид. Это сохранило шевелюру, гладкую кожу морды лица и инфантилизм старого мудака.

   — Склероз, рассеянный по жизни · книга
7. «

   Нефть и мат – наши российские сокровища.

   Нефть и мат – наши российские сокровища.
8. «

   Не берите от жизни всё — вдруг не донесёте.

   Не берите от жизни всё — вдруг не донесёте.
9. «

   С годами круг моих мечтаний чрезвычайно и резко сузился. Одни желания исполнились, другие отпали, третьи исполнились, но не мной. Идеальная картина моей сегодняшней сбывшейся мечта такова: тихое безрябье на поверхности пруда, клёв мерного карпа, обязательное отсутствие комаров, присутствие хорошего табака, облачная без дождя погода и недельная борода на счастливом отдохнувшем лице.

   С годами круг моих мечтаний чрезвычайно и резко сузился. Одни желания исполнились, другие отпали, третьи исполнились, но не мной. Идеальная картина моей сегодняшней сбывшейся мечта такова: тихое безрябье на поверхности пруда, клёв мерного карпа, обязательное отсутствие комаров, присутствие хорошего табака, облачная без дождя погода и недельная борода на счастливом отдохнувшем лице.

   — Борис Поюровский · книга
10. «

    Милейший человек круглосуточного патриотизма и наивной, но всепоглощающей тщеславности.

    Милейший человек круглосуточного патриотизма и наивной, но всепоглощающей тщеславности.

    — Борис Поюровский · книга
11. «

    И вообще не нужно играть Высоцкого, Качалова или Смоктуновского. Нужно играть Чацкого, Мефистофеля и Отелло, а Качаловыми и Смоктуновскими надо стараться стать.

    И вообще не нужно играть Высоцкого, Качалова или Смоктуновского. Нужно играть Чацкого, Мефистофеля и Отелло, а Качаловыми и Смоктуновскими надо стараться стать.

    — В промежутках между · книга
12. «

    У них на даче (уже в нынешнее послевоенное время) была даже корова, но к периоду моего сватовства корову продали, очевидно решив, что держать одновременно меня и корову это накладно.

    У них на даче (уже в нынешнее послевоенное время) была даже корова, но к периоду моего сватовства корову продали, очевидно решив, что держать одновременно меня и корову это накладно.

    — Борис Поюровский · книга
13. «

    Получил диплом с отличием. Странное это словообразование — понимай как хочешь: или с отличием от остальных, или с отличными оценками.

    Получил диплом с отличием. Странное это словообразование — понимай как хочешь: или с отличием от остальных, или с отличными оценками.

    — Борис Поюровский · книга
14. «

    Сегодня я понимаю, как расточительно-безвольно тратил отпущенное мне судьбой время. Как-то Даниил Гранин без всякого пафоса сказал: «Жизнь слишком коротка, чтобы позволить себе быть несчастным». Я тоже по старости думаю, что надо успевать быть счастливым, добрым и любимым, а не полемизировать по любому поводу, потому что, как яростно ни борись, все равно окажешься на каком-нибудь тихом сельском кладбище.

    Сегодня я понимаю, как расточительно-безвольно тратил отпущенное мне судьбой время. Как-то Даниил Гранин без всякого пафоса сказал: «Жизнь слишком коротка, чтобы позволить себе быть несчастным». Я тоже по старости думаю, что надо успевать быть счастливым, добрым и любимым, а не полемизировать по любому поводу, потому что, как яростно ни борись, все равно окажешься на каком-нибудь тихом сельском кладбище.

    — Опережая некролог · книга
15. «

    Оказывать помощь и не помнить об этом – и есть истинная доброта.

    Оказывать помощь и не помнить об этом – и есть истинная доброта.

    — В промежутках между · книга
16. «

    Кругом бутики пооткрывали, мюзиклы ставим. Во всем на российскую действительность нанизана западная вторичность. И чем дороже, тем вторичнее.

    Кругом бутики пооткрывали, мюзиклы ставим. Во всем на российскую действительность нанизана западная вторичность. И чем дороже, тем вторичнее.

    — Проходные дворы биографии · книга
17. «

    Артисты драмы, лишь бы засветиться, ломают ноги на фигурном катании, дискредитируя этот великий вид спорта. Те, кто физически не может встать на коньки, надевают боксерские перчатки и бьют друг другу морды, забывая, что морды их кормят. А те, кто вообще ничего не умеет и всего боится, шинкуют вялый салат по всем телеканалам под пристальным вниманием дилетантов от кулинарии. Дилетантизм шагает по планете.

    Артисты драмы, лишь бы засветиться, ломают ноги на фигурном катании, дискредитируя этот великий вид спорта. Те, кто физически не может встать на коньки, надевают боксерские перчатки и бьют друг другу морды, забывая, что морды их кормят. А те, кто вообще ничего не умеет и всего боится, шинкуют вялый салат по всем телеканалам под пристальным вниманием дилетантов от кулинарии. Дилетантизм шагает по планете.

    — Склероз, рассеянный по жизни · книга
18. «

    Самое важное в любом возрасте, это быть самим собой. Злиться, если хочется злиться, беситься от несправедливости и отчаяния. А не ходить с улыбкой до ушей, как блаженный. Хуже может быть только равнодушие и фальшивая улыбка.

    Самое важное в любом возрасте, это быть самим собой. Злиться, если хочется злиться, беситься от несправедливости и отчаяния. А не ходить с улыбкой до ушей, как блаженный. Хуже может быть только равнодушие и фальшивая улыбка.
19. «

    Я считаю, что всё время гундеть и всё время жаловаться — это бесперспективное дело. <...> ...и потом это стыдно, быть всё время несчастным, всё время бедным, всё время бездарным, всё время обиженным, всё время самому себе противным, потому что такой другой профессии, мне кажется, нет кроме актерской, где находится масса ингредиентов, чтобы свалить на кого угодно, только не на себя: режиссер — сволочь, не угадали с амплуа, интриги. Никто не говорит: «Это не моё»...

    Я считаю, что всё время гундеть и всё время жаловаться — это бесперспективное дело. <...> ...и потом это стыдно, быть всё время несчастным, всё время бедным, всё время бездарным, всё время обиженным, всё время самому себе противным, потому что такой другой профессии, мне кажется, нет кроме актерской, где находится масса ингредиентов, чтобы свалить на кого угодно, только не на себя: режиссер — сволочь, не угадали с амплуа, интриги. Никто не говорит: «Это не моё»...
20. «

    Права и обязанности! Чем больше население требует прав, тем суровее ему напоминают об обязанностях.

    Права и обязанности! Чем больше население требует прав, тем суровее ему напоминают об обязанностях.

    — В промежутках между · книга