35 афоризмов Александра Дюма: цитаты со смыслома

Александр Дюма: цитаты со смыслом — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 35 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Друзей не только угощают вином; иной раз им ещё мешают наглотаться воды.

   Друзей не только угощают вином; иной раз им ещё мешают наглотаться воды.

   — Александр Дюма · книга
2. «

   Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

   Во все времена и во всех государствах, в особенности если эти государства раздирает религиозная вражда, находятся фанатики, которые ничего так не желают, как стать мучениками.

   — Александр Дюма · книга
3. «

   ...когда бог не слышит, дьявол навострит ухо.

   ...когда бог не слышит, дьявол навострит ухо.

   — Александр Дюма · книга
4. «

   Женщина священна; женщина, которую ты любишь, – священна вдвойне.

   Женщина священна; женщина, которую ты любишь, – священна вдвойне.

   — Александр Дюма
5. «

   – Что вы со мной сделаете? – Об этом тебя надо спросить. Я пытался сделать из тебя счастливого человека, а ты стал убийцей!

   – Что вы со мной сделаете? – Об этом тебя надо спросить. Я пытался сделать из тебя счастливого человека, а ты стал убийцей!

   — Александр Дюма · книга
6. «

   Итак, кардинал пользовался всеобщим уважением, ибо нередко случается, что когда чья-либо жизненная удача начинает расти, она обретает притягательную силу и, словно все ее атомы снабжены щупальцами, заставляет счастье других людей становиться своим сателлитом. По этой причине кардиналу придавали еще больший блеск и славное имя его отца, и недавнее неслыханное возвышение его брата Анна. К тому же он неуклонно следовал мудрому правилу скрывать от всех свою жизнь, выставляя напоказ свой ум.

   Итак, кардинал пользовался всеобщим уважением, ибо нередко случается, что когда чья-либо жизненная удача начинает расти, она обретает притягательную силу и, словно все ее атомы снабжены щупальцами, заставляет счастье других людей становиться своим сателлитом. По этой причине кардиналу придавали еще больший блеск и славное имя его отца, и недавнее неслыханное возвышение его брата Анна. К тому же он неуклонно следовал мудрому правилу скрывать от всех свою жизнь, выставляя напоказ свой ум.

   — Александр Дюма · книга
7. «

   ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   — Александр Дюма · книга
8. «

   — Раз мы рискуем быть убитыми, я хотел бы, по крайней мере, знать, во имя чего. — Вот наши три отпускных свидетельства, присланные господином де Тревилем, и вот триста пистолей, данные неизвестно кем. Пойдем умирать, куда нас посылают. Стоит ли жизнь того, чтобы так много спрашивать!

   — Раз мы рискуем быть убитыми, я хотел бы, по крайней мере, знать, во имя чего. — Вот наши три отпускных свидетельства, присланные господином де Тревилем, и вот триста пистолей, данные неизвестно кем. Пойдем умирать, куда нас посылают. Стоит ли жизнь того, чтобы так много спрашивать!

   — Александр Дюма · книга
9. «

   Не нужно знать опасности, чтобы бояться ее; напротив, именно неведомая опасность внушает наибольший страх.

   Не нужно знать опасности, чтобы бояться ее; напротив, именно неведомая опасность внушает наибольший страх.

   — Александр Дюма · книга
10. «

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    Безумцы и герои — два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.

    — Александр Дюма · книга
11. «

    Дипломатии, знаете, нельзя выучиться, – для этого нужно чутье.

    Дипломатии, знаете, нельзя выучиться, – для этого нужно чутье.

    — Александр Дюма · книга
12. «

    Властители всегда требуют не того, что заслужили, а того, что, по их мнению, им следует по их положению.

    Властители всегда требуют не того, что заслужили, а того, что, по их мнению, им следует по их положению.

    — Александр Дюма · книга
13. «

    Намерение равноценно поступку. Ты хотел спасти нас, в глазах Господа это все равно как если бы тебе это удалось.

    Намерение равноценно поступку. Ты хотел спасти нас, в глазах Господа это все равно как если бы тебе это удалось.

    — Александр Дюма · книга
14. «

    У тебя есть и деньги, и покой, ты можешь снова зажить человеческой жизнью, – ты, который был обречен на жизнь каторжника.

    У тебя есть и деньги, и покой, ты можешь снова зажить человеческой жизнью, – ты, который был обречен на жизнь каторжника.

    — Александр Дюма · книга
15. «

    Боже, иногда твоё мщение медлит; но тогда оно еще более ничтожным нисходит с неба.

    Боже, иногда твоё мщение медлит; но тогда оно еще более ничтожным нисходит с неба.

    — Александр Дюма · книга
16. «

    Всякая минута счастья таит в себе будущую тревогу.

    Всякая минута счастья таит в себе будущую тревогу.

    — Александр Дюма · книга
17. «

    Раньше чем испугаться, человек видит ясно; от испуга у него в глазах двоится, а после испуга мутится.

    Раньше чем испугаться, человек видит ясно; от испуга у него в глазах двоится, а после испуга мутится.

    — Александр Дюма · книга
18. «

    – И господь в бесконечном своем милосердии не покарал тебя смертью, которой ты по справедливости заслуживал, но позволил, чтобы твои слова тронули судей, и они оставили тебе жизнь. – Как же! И отправили меня на вечную каторгу! Хороша милость! – Эту милость, несчастный, ты, однако, считал милостью, когда она была тебе оказана. Твое подлое сердце, трепещущее в ожидании смерти, забилось от радости, услышав о твоем вечном позоре, потому что ты, как и все каторжники, сказал себе: с каторги можно уйти, а из могилы нельзя.

    – И господь в бесконечном своем милосердии не покарал тебя смертью, которой ты по справедливости заслуживал, но позволил, чтобы твои слова тронули судей, и они оставили тебе жизнь. – Как же! И отправили меня на вечную каторгу! Хороша милость! – Эту милость, несчастный, ты, однако, считал милостью, когда она была тебе оказана. Твое подлое сердце, трепещущее в ожидании смерти, забилось от радости, услышав о твоем вечном позоре, потому что ты, как и все каторжники, сказал себе: с каторги можно уйти, а из могилы нельзя.

    — Александр Дюма · книга
19. «

    Случается, что мелкое препятствие может помешать достижению великой цели.

    Случается, что мелкое препятствие может помешать достижению великой цели.

    — Александр Дюма · книга
20. «

    Терпеливое сердце необыкновенно мужественно, кроткий дух уверен в себе.

    Терпеливое сердце необыкновенно мужественно, кроткий дух уверен в себе.

    — Александр Дюма · книга