602 цитаты Александра Дюмы: от иронии до философии

Подборка из 602 цитаты Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

   — Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

   — Атос · книга
2. «

   Бог дает мне силу укротить такого кровожадного зверя, как ты. Я действую во имя его, помни это, негодяй. И если я щажу тебя в эту минуту, то только для того, чтобы содействовать промыслу божию.

   Бог дает мне силу укротить такого кровожадного зверя, как ты. Я действую во имя его, помни это, негодяй. И если я щажу тебя в эту минуту, то только для того, чтобы содействовать промыслу божию.

   — Граф Монте-Кристо · книга
3. «

   Каждая женщина скажет, что между красотой любовника и красотою мужа огромная разница.

   Каждая женщина скажет, что между красотой любовника и красотою мужа огромная разница.

   — Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя · книга
4. «

   Несчастная Россия: повесить и то не умеют.

   Несчастная Россия: повесить и то не умеют.

   — Учитель фехтования · книга
5. «

   На пути у богатого столько нищеты.

   На пути у богатого столько нищеты.

   — Граф Монте-Кристо · книга
6. «

   Ненависть его, подобно волне, бешеной, но бессильной, разбилась о неодолимую власть, которую эта девушка имела над ним.

   Ненависть его, подобно волне, бешеной, но бессильной, разбилась о неодолимую власть, которую эта девушка имела над ним.

   — Граф Монте-Кристо · книга
7. «

   Для королевы ты лишь прихоть, а королева для тебя — одна мечта, не больше.

   Для королевы ты лишь прихоть, а королева для тебя — одна мечта, не больше.

   — Аннибал де Коконнас · книга
8. «

   Ах, вот что значит правда! Она жестокая подруга — вся в железных остриях, ранит того, кого коснется, а иногда и того, кто говорит ее.

   Ах, вот что значит правда! Она жестокая подруга — вся в железных остриях, ранит того, кого коснется, а иногда и того, кто говорит ее.

   — Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя · книга
9. «

   Странная вещь сердце мужчины: трудно даже поверить, но оно способно любить сразу нескольких женщин, и при этом по-разному. ... Пусть сами женщины скажут, что они предпочитают: будить в мужчинах возвышенную любовь или пылкую страсть?

   Странная вещь сердце мужчины: трудно даже поверить, но оно способно любить сразу нескольких женщин, и при этом по-разному. ... Пусть сами женщины скажут, что они предпочитают: будить в мужчинах возвышенную любовь или пылкую страсть?

   — Сильвандир · книга
10. «

    Опасность рождает красноречие.

    Опасность рождает красноречие.

    — Вильфор · книга
11. «

    Женщина легко прощает преступление, оправданием которого служит любовь.

    Женщина легко прощает преступление, оправданием которого служит любовь.

    — История знаменитых преступлений · книга
12. «

    Ты умираешь, в отчаянии отрицая бога, а я стою перед тобой, богатый, счастливый, в расцвете сил, и возношу молитвы к тому богу, в которого ты пытаешься не верить и все же веришь в глубине души.

    Ты умираешь, в отчаянии отрицая бога, а я стою перед тобой, богатый, счастливый, в расцвете сил, и возношу молитвы к тому богу, в которого ты пытаешься не верить и все же веришь в глубине души.

    — Граф Монте-Кристо · книга
13. «

    Я не горд, я счастлив, а счастье ослепляет гораздо больше, чем гордость.

    Я не горд, я счастлив, а счастье ослепляет гораздо больше, чем гордость.

    — Граф Монте-Кристо · книга
14. «

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    Марго, я знаю — ты потеряла сегодня друга, но взгляни на меня: я потерял всех своих друзей! Больше того — я потерял мать! Ты всегда могла так плакать, как сейчас; я всегда должен был улыбаться, даже при самой сильной душевной боли. Ты страдаешь; а посмотри на меня — ведь я же умираю! Ну, Марго, будь мужественной! Прошу тебя, сестричка, во имя нашей доброй славы! Честь нашего королевского дома — это наш крест, будем же нести его, подобно Христу, до Голгофы; а если мы и споткнемся на своем пути, то снова встанем, безропотно и мужественно, как он. <...> Да, сестричка, жертва тяжела; но каждый приносит свою жертву — один жертвует честью, другой — своей жизнью. Неужели ты думаешь, что я, будучи двадцати пяти лет от роду и занимая лучший престол в мире, хочу смерти и умру без сожаления? Вглядись в меня... ведь у меня и глаза, и цвет лица, и губы умирающего; но я улыбаюсь... и глядя на мою улыбку, разве нельзя подумать, что я надеюсь жить? А на самом деле, моя сестричка, через неделю, самое большее — месяц, ты будешь оплакивать меня, как оплакиваешь сейчас того, кто умер сегодня утром.

    — король Карл IX · книга
15. «

    Сегодня Вы в дурном настроении; богатство озлобило Вас, как других озлобляет бедность.

    Сегодня Вы в дурном настроении; богатство озлобило Вас, как других озлобляет бедность.

    — Рауль · книга
16. «

    Эта история в том виде, как ее будут преподносить, погубит нас, потому что в нашем обществе смех наносит страшные, неизлечимые раны.

    Эта история в том виде, как ее будут преподносить, погубит нас, потому что в нашем обществе смех наносит страшные, неизлечимые раны.

    — Граф Монте-Кристо · книга
17. «

    Как бы человек ни был добр, он перестает навещать людей, на которых тяжело смотреть.

    Как бы человек ни был добр, он перестает навещать людей, на которых тяжело смотреть.

    — Кадрусс · книга
18. «

    — Бывают роковые случайности, — небрежно ответил молодой человек, — и самые великие люди порой падают жертвой таких случайностей.

    — Бывают роковые случайности, — небрежно ответил молодой человек, — и самые великие люди порой падают жертвой таких случайностей.

    — Вильгельм Оранский · книга
19. «

    Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

    Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

    — Граф Монте-Кристо · книга
20. «

    Что предлагается от чистого сердца, надо принимать с чистым сердцем.

    Что предлагается от чистого сердца, надо принимать с чистым сердцем.

    — Атос · книга