Что говорил Александр Дюма: 82 цитаты

Подборка из 82 цитаты Александра Дюмы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Обратите внимание! У вас на руке кровавое пятно. — Это пустяки! Важно, что у меня на губах улыбка.

   — Обратите внимание! У вас на руке кровавое пятно. — Это пустяки! Важно, что у меня на губах улыбка.

   — король Карл IX · книга
2. «

   Для исстрадавшихся сердец радость подобна росе, падающей на иссушенную зноем землю.

   Для исстрадавшихся сердец радость подобна росе, падающей на иссушенную зноем землю.

   — Граф Монте-Кристо · книга
3. «

   Кто дрогнет хоть на мгновение, возможно, упустит случай, который именно в это мгновение ему представляет фортуна.

   Кто дрогнет хоть на мгновение, возможно, упустит случай, который именно в это мгновение ему представляет фортуна.

   — отец Д'Артаньяна · книга
4. «

   После вас я больше всего на свете любил самого себя, то есть мое достоинство, ту силу, которая возносила меня над людьми; в этой силе была моя жизнь. Одно ваше слово сломило ее. Я должен умереть.

   После вас я больше всего на свете любил самого себя, то есть мое достоинство, ту силу, которая возносила меня над людьми; в этой силе была моя жизнь. Одно ваше слово сломило ее. Я должен умереть.

   — Граф Монте-Кристо · книга
5. «

   О, да вы воплощённое коварство, господин честный человек!

   О, да вы воплощённое коварство, господин честный человек!

   — виконт де Вард · книга
6. «

   Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.

   Слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.

   — Граф Монте-Кристо · книга
7. «

   Во время нервного кризиса, после таких великих потрясений, люди ревниво относятся к своей душевной боли, как скупец к своим сокровищам, и полагают врагом всякого, кто попытается отнять у них малейшую частицу.

   Во время нервного кризиса, после таких великих потрясений, люди ревниво относятся к своей душевной боли, как скупец к своим сокровищам, и полагают врагом всякого, кто попытается отнять у них малейшую частицу.

   — Королева Марго · книга
8. «

   Ведь воспоминания не так стесняют, как живое существо, хотя иной раз воспоминания терзают душу!

   Ведь воспоминания не так стесняют, как живое существо, хотя иной раз воспоминания терзают душу!

   — Атос · книга
9. «

   У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.

   У каждого человека есть своя страсть, грызущая ему сердце, как у каждого плода есть свой червь.

   — Граф Монте-Кристо · книга
10. «

    — Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете. — Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.

    — Если вы смеетесь и сомневаетесь в моих словах, — сказал Арамис, — вы больше ничего не узнаете. — Мы верим, как магометане, и немы, как катафалки, — сказал Атос.

    — Атос · книга
11. «

    — Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

    — Так надо, — сказал Атос и прибавил более тихим и мягким голосом: — Я так хочу.

    — Атос · книга
12. «

    Когда показываешь приятелю город, в котором сам уже бывал, то вкладываешь в это столько же кокетства, как когда знакомишь его с женщиной, любовником которой когда-то был.

    Когда показываешь приятелю город, в котором сам уже бывал, то вкладываешь в это столько же кокетства, как когда знакомишь его с женщиной, любовником которой когда-то был.

    — Граф Монте-Кристо · книга
13. «

    Нужно время, чтобы глаза, затуманенные слезами, вновь стали зрячими.

    Нужно время, чтобы глаза, затуманенные слезами, вновь стали зрячими.

    — Граф Монте-Кристо · книга
14. «

    Тайну может случайно выдать дворянин, но лакей почти всегда продаст её.

    Тайну может случайно выдать дворянин, но лакей почти всегда продаст её.

    — Атос · книга
15. «

    Всегда торопишься быть счастливым. Кто долго страдал, тот с трудом верит своему счастью.

    Всегда торопишься быть счастливым. Кто долго страдал, тот с трудом верит своему счастью.

    — Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо) · книга
16. «

    Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

    Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

    — Граф Монте-Кристо · книга
17. «

    ...есть люди, которые не продаются, есть сердца, которых не купить и королю.

    ...есть люди, которые не продаются, есть сердца, которых не купить и королю.

    — Сорок пять · книга
18. «

    Бывают часы, которые длятся годы...

    Бывают часы, которые длятся годы...

    — Три мушкетёра · книга
19. «

    – Ваше имя? – спросил комиссар. – Атос, – ответил мушкетер. – Но ведь это не человеческое имя, это название какой-нибудь горы! – воскликнул несчастный комиссар, начинавший терять голову. – Это мое имя, – спокойно сказал Атос. – Но вы сказали, что вас зовут д’Артаньян. – Я это говорил? – Да, вы. – Разрешите! Меня спросили: «Вы господин д’Артаньян?» – на что я ответил: «Вы так полагаете?» Стражники закричали, что они в этом уверены. Я не стал спорить с ними. Кроме того, ведь я мог и ошибиться. – Сударь, вы оскорбляете достоинство суда. – Ни в какой мере, – спокойно сказал Атос.

    – Ваше имя? – спросил комиссар. – Атос, – ответил мушкетер. – Но ведь это не человеческое имя, это название какой-нибудь горы! – воскликнул несчастный комиссар, начинавший терять голову. – Это мое имя, – спокойно сказал Атос. – Но вы сказали, что вас зовут д’Артаньян. – Я это говорил? – Да, вы. – Разрешите! Меня спросили: «Вы господин д’Артаньян?» – на что я ответил: «Вы так полагаете?» Стражники закричали, что они в этом уверены. Я не стал спорить с ними. Кроме того, ведь я мог и ошибиться. – Сударь, вы оскорбляете достоинство суда. – Ни в какой мере, – спокойно сказал Атос.

    — Атос · книга
20. «

    После величайшей радости — жить друг для друга — наивысшее счастье — умереть вместе.

    После величайшей радости — жить друг для друга — наивысшее счастье — умереть вместе.

    — Асканио · книга