27 цитат-размышлений Александра Куприна

Ниже 27 цитат Александра Куприна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Зачем же утомляю я себя мечтами о каком-то неведомом, возвышенном счастье, когда здесь, около меня — простое, но глубокое счастье?

   Зачем же утомляю я себя мечтами о каком-то неведомом, возвышенном счастье, когда здесь, около меня — простое, но глубокое счастье?

   — Молох · книга
2. «

   Если ты любишь человека, то тебе всё должно быть мило от него. Он в тюрьму, и ты с ним в тюрьму. Он сделался вором, а ты ему помогай. Он нищий, а ты всё-таки с ним. Что тут особенного, что корка чёрного хлеба, когда любовь?..

   Если ты любишь человека, то тебе всё должно быть мило от него. Он в тюрьму, и ты с ним в тюрьму. Он сделался вором, а ты ему помогай. Он нищий, а ты всё-таки с ним. Что тут особенного, что корка чёрного хлеба, когда любовь?..

   — Любка · книга
3. «

   …мимо неё прошла большая любовь, которая повторяется только один раз в тысячу лет.

   …мимо неё прошла большая любовь, которая повторяется только один раз в тысячу лет.

   — Гранатовый браслет · книга
4. «

   Я помню каждое слово, каждую улыбку; теперь — это моя тайная шкатулочка с сокровищами.

   Я помню каждое слово, каждую улыбку; теперь — это моя тайная шкатулочка с сокровищами.

   — Колесо времени · книга
5. «

   Умираю оттого, что заразилась, и еще оттого, что все люди подлецы и что жить очень гадко.

   Умираю оттого, что заразилась, и еще оттого, что все люди подлецы и что жить очень гадко.

   — Яма · книга
6. «

   В эту секунду она поняла, что та любовь, о которой мечтает каждая женщина, прошла мимо неё.

   В эту секунду она поняла, что та любовь, о которой мечтает каждая женщина, прошла мимо неё.

   — Гранатовый браслет · книга
7. «

   Недаром, видно, кто-то сказал, что разлука для любви то же, что ветер для огня: маленькую любовь она тушит, а большую раздувает еще сильней.

   Недаром, видно, кто-то сказал, что разлука для любви то же, что ветер для огня: маленькую любовь она тушит, а большую раздувает еще сильней.

   — Иван Тимофеевич · книга
8. «

   Подумай обо мне, и я буду с тобой, потому что мы с тобой любили друг друга только одно мгновение, но навеки.

   Подумай обо мне, и я буду с тобой, потому что мы с тобой любили друг друга только одно мгновение, но навеки.

   — Гранатовый браслет · книга
9. «

   Но слава, знаменитость сладки лишь издали, когда о них только мечтаешь.

   Но слава, знаменитость сладки лишь издали, когда о них только мечтаешь.

   — Яма · книга
10. «

    Не лезь на смерть, пока тебя не позовут.

    Не лезь на смерть, пока тебя не позовут.

    — Генерал Аносов · книга
11. «

    Понимаете ли вы, сколько разнообразного счастия и очаровательных мучений заключается в нераздельной, безнадежной любви? Когда я был помоложе, во мне жила одна греза: влюбиться в недосягаемую, необыкновенную женщину, такую, знаете ли, с которой у меня никогда и ничего не может быть общего. Влюбиться и всю жизнь, все мысли посвятить ей.

    Понимаете ли вы, сколько разнообразного счастия и очаровательных мучений заключается в нераздельной, безнадежной любви? Когда я был помоложе, во мне жила одна греза: влюбиться в недосягаемую, необыкновенную женщину, такую, знаете ли, с которой у меня никогда и ничего не может быть общего. Влюбиться и всю жизнь, все мысли посвятить ей.

    — Поединок · книга
12. «

    Я сама знаю, что ещё молода и прекрасна телом, но, право, иногда мне кажется что мне 90 лет. Так износилась душа.

    Я сама знаю, что ещё молода и прекрасна телом, но, право, иногда мне кажется что мне 90 лет. Так износилась душа.

    — Елена Викторовна Ровинская · книга
13. «

    Подумайте, что мне нужно было делать? Убежать в другой город? Все равно сердце было всегда около Вас, у Ваших ног, каждое мгновение дня заполнено Вами, мыслью о Вас, мечтами о Вас...

    Подумайте, что мне нужно было делать? Убежать в другой город? Все равно сердце было всегда около Вас, у Ваших ног, каждое мгновение дня заполнено Вами, мыслью о Вас, мечтами о Вас...

    — Желтков · книга
14. «

    Пожалуй, она никогда никого не любила, кроме себя. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она — такая добрая, женственная, бесконечно милая. Точно в ней два человека: один — с сухим, эгоистическим умом, другой — с нежным и страстным сердцем.

    Пожалуй, она никогда никого не любила, кроме себя. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она — такая добрая, женственная, бесконечно милая. Точно в ней два человека: один — с сухим, эгоистическим умом, другой — с нежным и страстным сердцем.

    — Назанский · книга
15. «

    Хорошо им говорить об ужасах проституции, говорить, сидя за чаем с булками и колбасой, в присутствии чистых и развитых девушек. А сделал ли кто-нибудь из коллег какой-нибудь действительный шаг к освобождению женщины от гибели?

    Хорошо им говорить об ужасах проституции, говорить, сидя за чаем с булками и колбасой, в присутствии чистых и развитых девушек. А сделал ли кто-нибудь из коллег какой-нибудь действительный шаг к освобождению женщины от гибели?

    — Яма · книга
16. «

    Вот он в сумасшедшем доме. А вот постригся в монахи. Но каждый день неуклонно посылает он Вере страстные письма. И там, где падают на бумагу его слёзы, там чернила расплываются кляксами. Наконец он умирает, но перед смертью завещает передать Вере две телеграфные пуговицы и флакон от духов — наполненный его слезами...

    Вот он в сумасшедшем доме. А вот постригся в монахи. Но каждый день неуклонно посылает он Вере страстные письма. И там, где падают на бумагу его слёзы, там чернила расплываются кляксами. Наконец он умирает, но перед смертью завещает передать Вере две телеграфные пуговицы и флакон от духов — наполненный его слезами...

    — Гранатовый браслет · книга
17. «

    Обычный разговор, который ведется почти всеми мужчинами наедине с проститутками, который заставляет их лгать почти механически, лгать без огорчения, увлечения или злобы, по одному престарому трафарету.

    Обычный разговор, который ведется почти всеми мужчинами наедине с проститутками, который заставляет их лгать почти механически, лгать без огорчения, увлечения или злобы, по одному престарому трафарету.

    — Яма · книга
18. «

    Она [любовь] — удел избранников. Вот вам пример: все люди обладают музыкальным слухом, но у миллионов он, как у рыбы трески или как у штабс-капитана Васильченки, а один из этого миллиона — Бетховен. Так во всем: в поэзии, в художестве, в мудрости... И любовь, говорю я вам, имеет свои вершины, доступные лишь единицам из миллионов.

    Она [любовь] — удел избранников. Вот вам пример: все люди обладают музыкальным слухом, но у миллионов он, как у рыбы трески или как у штабс-капитана Васильченки, а один из этого миллиона — Бетховен. Так во всем: в поэзии, в художестве, в мудрости... И любовь, говорю я вам, имеет свои вершины, доступные лишь единицам из миллионов.

    — Назанский · книга
19. «

    ... Когда я родился — я заплакал; впоследствии каждый прожитой день объяснял мне, почему я заплакал, когда родился...

    ... Когда я родился — я заплакал; впоследствии каждый прожитой день объяснял мне, почему я заплакал, когда родился...
20. «

    Как это скверно, когда не ты ведешь мысль, а она тебя ведет.

    Как это скверно, когда не ты ведешь мысль, а она тебя ведет.

    — Поединок · книга