91 цитата Александра Мазина — подборка на все случаи

Ниже 91 цитата Александра Мазина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чем твёрже металл, тем он более хрупкий. Меч из такой стали не выдержит сильного удара. Клинок лопнет, разобьется, как кусок льда. Истинная крепость, братец, возникает от соединения твёрдости и мягкости, упругости и жёсткости. И это, Годун, касается не только клинков. Воин тоже должен быть таким: мягким и гибким, когда его давит сила, твердым и несокрушимым, когда сам наносит удар.

   Чем твёрже металл, тем он более хрупкий. Меч из такой стали не выдержит сильного удара. Клинок лопнет, разобьется, как кусок льда. Истинная крепость, братец, возникает от соединения твёрдости и мягкости, упругости и жёсткости. И это, Годун, касается не только клинков. Воин тоже должен быть таким: мягким и гибким, когда его давит сила, твердым и несокрушимым, когда сам наносит удар.

   — Артём · книга
2. «

   А на берегу по-прежнему рубилово. Ну терминатор! Ну герой, папу твоего в дедушки!

   А на берегу по-прежнему рубилово. Ну терминатор! Ну герой, папу твоего в дедушки!

   — Никита Федоров · книга
3. «

   Лучший способ избежать насмешек над своей нестандартной внешностью – громкая и публичная самокритика. С доброй толикой юмора.

   Лучший способ избежать насмешек над своей нестандартной внешностью – громкая и публичная самокритика. С доброй толикой юмора.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
4. «

   А красиво – аж дух захватывает. Высоченные склоны, сверкающие водопадами, синяя вода, синее небо, дальше, в дымке, снежные горы… В таком месте или песни петь, или стихи слагать… С поэзией Санёк был на «вы», а петь…

   А красиво – аж дух захватывает. Высоченные склоны, сверкающие водопадами, синяя вода, синее небо, дальше, в дымке, снежные горы… В таком месте или песни петь, или стихи слагать… С поэзией Санёк был на «вы», а петь…

   — Александр Первенцев · книга
5. «

   Даже перед смертью стоит как следует выспаться!

   Даже перед смертью стоит как следует выспаться!

   — Трувор · книга
6. «

   Как любил говорить первокурсникам препод по математике: — Мы с коллегами трахаем ваш мозг не из садизма, молодые люди. Мы пытаемся зачать в вас разум.

   Как любил говорить первокурсникам препод по математике: — Мы с коллегами трахаем ваш мозг не из садизма, молодые люди. Мы пытаемся зачать в вас разум.

   — Стратегия. Книга 1. Возвращение ярла · книга
7. «

   «Одним — пампушки, другим — колотушки», как говорила моя бабушка.

   «Одним — пампушки, другим — колотушки», как говорила моя бабушка.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
8. «

   Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

   Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

   — Славка · книга
9. «

   С ленью надо бороться. Жестко.

   С ленью надо бороться. Жестко.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
10. «

    И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

    И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
11. «

    Смех убивает славу не хуже меча.

    Смех убивает славу не хуже меча.

    — Хрёрек (Рюрик) · книга
12. «

    — Вот небо, — сказал Рёрех. — Там Перун гневный и Дажьбог светлоокий. Там Стрибог рождает ветра и дождь со снегом. Там великие воины скачут на крылатых конях. А вот земля. В земле Мокошь живет, корни гладит. Корни питает. Женская сила — от земли. И мужская сила — от земли. Всё живое живёт на земле, кормится от земли, а тянется к небу. Землю и небо вода вяжет. Вода — жизнь. Через воду земля силу пьет. И отдает — тоже через воду. Земля водой от огня бережется, но огнем из земли крепость вытягивается. Вот гляди, — варяг потянул к себе рогатину. — Вот дерево, — он погладил черен, — живая крепость, легкая. А вот железко, — Рёрех щелкнул по наконечнику, отозвавшемуся тусклым звоном. — Мертвая крепость. А вместе — жизнь. — Не понял, — проговорил Духарев. — Им же убивают. — Что врагу смерть, то тебе жизнь, — варяг поглядел на него снисходительно, как на ребенка. — Воину нужна сила. Сила от земли. Воину нужна доблесть. Доблесть от неба. Попроси Мокошь дать силу — и она даст. Не поделишься силой с Перуном, и Перун отнимет всё. Без доблести сила обратно в землю уходит. А Перун кровь любит.

    — Вот небо, — сказал Рёрех. — Там Перун гневный и Дажьбог светлоокий. Там Стрибог рождает ветра и дождь со снегом. Там великие воины скачут на крылатых конях. А вот земля. В земле Мокошь живет, корни гладит. Корни питает. Женская сила — от земли. И мужская сила — от земли. Всё живое живёт на земле, кормится от земли, а тянется к небу. Землю и небо вода вяжет. Вода — жизнь. Через воду земля силу пьет. И отдает — тоже через воду. Земля водой от огня бережется, но огнем из земли крепость вытягивается. Вот гляди, — варяг потянул к себе рогатину. — Вот дерево, — он погладил черен, — живая крепость, легкая. А вот железко, — Рёрех щелкнул по наконечнику, отозвавшемуся тусклым звоном. — Мертвая крепость. А вместе — жизнь. — Не понял, — проговорил Духарев. — Им же убивают. — Что врагу смерть, то тебе жизнь, — варяг поглядел на него снисходительно, как на ребенка. — Воину нужна сила. Сила от земли. Воину нужна доблесть. Доблесть от неба. Попроси Мокошь дать силу — и она даст. Не поделишься силой с Перуном, и Перун отнимет всё. Без доблести сила обратно в землю уходит. А Перун кровь любит.

    — Сергей Духарев · книга
13. «

    Кто знает, для чего нам Бог беды шлёт: для того, чтоб от больших бед удержать, или — для нашей крепости испытания?

    Кто знает, для чего нам Бог беды шлёт: для того, чтоб от больших бед удержать, или — для нашей крепости испытания?

    — Сергей Духарев · книга
14. «

    — Даю тебе последнюю возможность, Машег бар Маттах! – сурово произнес Али-бей. — Сдайся! И, клянусь, я не трону ни тебя, ни твою семью! Прятавшийся за спинами наемников Шлом собрался возмутиться, но вовремя вспомнил, что Али-бей – магометанин, а для магометанина клятва, данная человеку другой веры, не стоит и четвертушки дирхема. Именно поэтому клятву верности хакану магометане давали в присутствии своего священнослужителя.

    — Даю тебе последнюю возможность, Машег бар Маттах! – сурово произнес Али-бей. — Сдайся! И, клянусь, я не трону ни тебя, ни твою семью! Прятавшийся за спинами наемников Шлом собрался возмутиться, но вовремя вспомнил, что Али-бей – магометанин, а для магометанина клятва, данная человеку другой веры, не стоит и четвертушки дирхема. Именно поэтому клятву верности хакану магометане давали в присутствии своего священнослужителя.

    — Али-бей · книга
15. «

    Глупый человек вырезает из живого дерева мертвую рожу, мажет ей губы рабьей кровью и думает: вот я молниерукому угодил! Потому что дурак! — гаркнул Рёрех. — Доблесть — к доблести. Храбрость — к храбрости. Храбрый воин врага рушит, вражьей кровью умывается, битвой дышит — и храбрее становится. И доблесть его — Перунова пища. И Перунов дар. Это как из малого желудя могучий дуб вырастает. Но чтоб дуб вырос, земля нужна. Сила земная, от Мокоши.

    Глупый человек вырезает из живого дерева мертвую рожу, мажет ей губы рабьей кровью и думает: вот я молниерукому угодил! Потому что дурак! — гаркнул Рёрех. — Доблесть — к доблести. Храбрость — к храбрости. Храбрый воин врага рушит, вражьей кровью умывается, битвой дышит — и храбрее становится. И доблесть его — Перунова пища. И Перунов дар. Это как из малого желудя могучий дуб вырастает. Но чтоб дуб вырос, земля нужна. Сила земная, от Мокоши.

    — Рёрех · книга
16. «

    Но, чем чаще в человеке просыпается зверь, тем зверь сильнее. И тем меньше человеку хочется быть человеком. Потому что быть зверем легко. Чувства зверя остры, а радости — просты. Зверем быть легко, а человеком — трудно.

    Но, чем чаще в человеке просыпается зверь, тем зверь сильнее. И тем меньше человеку хочется быть человеком. Потому что быть зверем легко. Чувства зверя остры, а радости — просты. Зверем быть легко, а человеком — трудно.

    — Рунгерд · книга
17. «

    Серега попытался осмыслить происшедшее. Происшедшее не осмысливалось.

    Серега попытался осмыслить происшедшее. Происшедшее не осмысливалось.

    — Сергей Духарев · книга
18. «

    Спросили верблюда, почему у него шея кривая. А верблюд в ответ: а что у меня прямое?

    Спросили верблюда, почему у него шея кривая. А верблюд в ответ: а что у меня прямое?

    — мастер Скаур · книга
19. «

    Целоваться на морозе вредно. Говорят, мол, губы потрескаются. Врут. Проверено.

    Целоваться на морозе вредно. Говорят, мол, губы потрескаются. Врут. Проверено.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
20. «

    А кто найдёт папоротников цвет, тому все тайное откроется: клады, схоронки, дива лесные. А сам он невидим станет для людей и духов и даже самой Морены-Смерти… — Мыш закатил глаза и всей своей веснушчатой мордашкой изобразил ужас и восхищение. — А цветёт он, папоротник то есть, единожды в тыщу лет и токо одну ночь. Такую, как седнишняя.

    А кто найдёт папоротников цвет, тому все тайное откроется: клады, схоронки, дива лесные. А сам он невидим станет для людей и духов и даже самой Морены-Смерти… — Мыш закатил глаза и всей своей веснушчатой мордашкой изобразил ужас и восхищение. — А цветёт он, папоротник то есть, единожды в тыщу лет и токо одну ночь. Такую, как седнишняя.

    — Мышата · книга