99 мыслей Александра Мазина без воды

Ниже 99 цитат Александра Мазина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Иллюзия — это когда видишь ненастоящее, а настоящего не видишь...

   Иллюзия — это когда видишь ненастоящее, а настоящего не видишь...

   — Сергей Духарев · книга
2. «

   ...свобода – такая штука, которая нужна далеко не каждому. Девять из десяти тут же обменяют её на сытость и безопасность. А десятый, скорее всего, попытается ограбить кого-нибудь из девятерых.

   ...свобода – такая штука, которая нужна далеко не каждому. Девять из десяти тут же обменяют её на сытость и безопасность. А десятый, скорее всего, попытается ограбить кого-нибудь из девятерых.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
3. «

   Даже перед смертью стоит как следует выспаться!

   Даже перед смертью стоит как следует выспаться!

   — Трувор · книга
4. «

   «Одним — пампушки, другим — колотушки», как говорила моя бабушка.

   «Одним — пампушки, другим — колотушки», как говорила моя бабушка.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
5. «

   – Значит, так, дорогой друг, – сказал я парню. – Или ты называешь настоящую цену – или я звоню в полицию.

   – Значит, так, дорогой друг, – сказал я парню. – Или ты называешь настоящую цену – или я звоню в полицию.

   — Стратегия. Книга 3. Игры викингов · книга
6. «

   А кто найдёт папоротников цвет, тому все тайное откроется: клады, схоронки, дива лесные. А сам он невидим станет для людей и духов и даже самой Морены-Смерти… — Мыш закатил глаза и всей своей веснушчатой мордашкой изобразил ужас и восхищение. — А цветёт он, папоротник то есть, единожды в тыщу лет и токо одну ночь. Такую, как седнишняя.

   А кто найдёт папоротников цвет, тому все тайное откроется: клады, схоронки, дива лесные. А сам он невидим станет для людей и духов и даже самой Морены-Смерти… — Мыш закатил глаза и всей своей веснушчатой мордашкой изобразил ужас и восхищение. — А цветёт он, папоротник то есть, единожды в тыщу лет и токо одну ночь. Такую, как седнишняя.

   — Мышата · книга
7. «

   И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

   И именно из-за Одина нить моей судьбы больше похожа на собачий колтун. <...> Это, не исключено, – тоже интрига Одина. Отец воинов любит создавать для своих адептов ситуации, благоприятные с точки зрения добычи славы. Иными словами, настоящий любимец Одина — это двуногая провокация к смертоубийству.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
8. «

   — Даю тебе последнюю возможность, Машег бар Маттах! – сурово произнес Али-бей. — Сдайся! И, клянусь, я не трону ни тебя, ни твою семью! Прятавшийся за спинами наемников Шлом собрался возмутиться, но вовремя вспомнил, что Али-бей – магометанин, а для магометанина клятва, данная человеку другой веры, не стоит и четвертушки дирхема. Именно поэтому клятву верности хакану магометане давали в присутствии своего священнослужителя.

   — Даю тебе последнюю возможность, Машег бар Маттах! – сурово произнес Али-бей. — Сдайся! И, клянусь, я не трону ни тебя, ни твою семью! Прятавшийся за спинами наемников Шлом собрался возмутиться, но вовремя вспомнил, что Али-бей – магометанин, а для магометанина клятва, данная человеку другой веры, не стоит и четвертушки дирхема. Именно поэтому клятву верности хакану магометане давали в присутствии своего священнослужителя.

   — Али-бей · книга
9. «

   Я еще не знал, насколько переменчива госпожа Удача. Сегодня ты – с полными карманами и при оружии, а завтра – в драных штанах и с битой мордой. И так, может статься, до самой смерти. То есть – пока не убьют.

   Я еще не знал, насколько переменчива госпожа Удача. Сегодня ты – с полными карманами и при оружии, а завтра – в драных штанах и с битой мордой. И так, может статься, до самой смерти. То есть – пока не убьют.

   — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
10. «

    Что есть краткий миг личной победы в сравнении с уходящими в вечность деяниями предков? Суета и не более. Смешно думать, что уважающий себя воин упирается исключительно ради бабла. Бабло — это, так сказать, мерило успеха. А вот передаваемая из поколения в поколение слава — это уже на века.

    Что есть краткий миг личной победы в сравнении с уходящими в вечность деяниями предков? Суета и не более. Смешно думать, что уважающий себя воин упирается исключительно ради бабла. Бабло — это, так сказать, мерило успеха. А вот передаваемая из поколения в поколение слава — это уже на века.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
11. «

    Мне дед рассказал, что железо – это кровь земли. Зачем его перековывают? Чтобы из него негодь и труха вышла. Так же и воины ещё с отрочества перековывают себя, чтобы из тела и духа вся слабость вышла. В ком останется – тот в первом же бою сломается. Каждый, если хватит духу, может захотеть стать воином. Но руда, как и кровь, бывает разная. Чем чище она, тем легче кузнецу из неё выковать клинок. Чем крепче кровь и лучше род, из которого вышел отрок, тем легче ему избавиться от своей гнили и стать настоящим воином. Только клинок один раз выковать нужно, а человек каждый день сам себя ковать должен, иначе растеряет всю крепость свою и силу и проржавеет, что железяка в воде.

    Мне дед рассказал, что железо – это кровь земли. Зачем его перековывают? Чтобы из него негодь и труха вышла. Так же и воины ещё с отрочества перековывают себя, чтобы из тела и духа вся слабость вышла. В ком останется – тот в первом же бою сломается. Каждый, если хватит духу, может захотеть стать воином. Но руда, как и кровь, бывает разная. Чем чище она, тем легче кузнецу из неё выковать клинок. Чем крепче кровь и лучше род, из которого вышел отрок, тем легче ему избавиться от своей гнили и стать настоящим воином. Только клинок один раз выковать нужно, а человек каждый день сам себя ковать должен, иначе растеряет всю крепость свою и силу и проржавеет, что железяка в воде.

    — Павел Мамонтов · книга
12. «

    И увидел Сергей Смерть, огромным ящером нависшую и над князем, и над его боярами. <...> — К чему тебе деньги, княже? — произнес Духарев незнакомым глухим голосом. — Разве мёртвому нужны деньги?

    И увидел Сергей Смерть, огромным ящером нависшую и над князем, и над его боярами. <...> — К чему тебе деньги, княже? — произнес Духарев незнакомым глухим голосом. — Разве мёртвому нужны деньги?

    — Сергей Духарев · книга
13. «

    Как говаривал мой дедушка: не можешь петь — не пей.

    Как говаривал мой дедушка: не можешь петь — не пей.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
14. «

    Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

    Правду говорят: дарить иной раз слаще, чем быть одаренным.

    — Славка · книга
15. «

    Жизнь — интересная штука. Иногда достаточно лишь принять решение — и жизнь тут же подкидывает что-нибудь важное.

    Жизнь — интересная штука. Иногда достаточно лишь принять решение — и жизнь тут же подкидывает что-нибудь важное.

    — Герой · книга
16. «

    Сами понимаете: телевизоров здесь нет. Нет также театров, варьете и компьютерных игр. Потому людям совершенно нечем заняться. Секс, жратва, выпивка и драки. По восходящей. Наилучшая драка — это поединок. Любимое зрелище каждого датчанина, независимо от пола и возраста.

    Сами понимаете: телевизоров здесь нет. Нет также театров, варьете и компьютерных игр. Потому людям совершенно нечем заняться. Секс, жратва, выпивка и драки. По восходящей. Наилучшая драка — это поединок. Любимое зрелище каждого датчанина, независимо от пола и возраста.

    — Ульф Черноголовый (Николай Переляк) · книга
17. «

    Здесь нет СМИ. Вместо них – слухи. И скальды. Они во многом и определяют общественное мнение. И престиж того или иного вождя. Ты можешь быть сколь угодно великим полководцем, но, если какой-нибудь длинноволосый потребитель незрелого пива споет в твой адрес нехороший стишок – пиши пропало. Не знаю, есть в этом колдовство или нет, но если нахальный стихоплет в авторитете, то твоему собственному авторитету конец. Ты очень скоро станешь полководцем без полка. Но сделай свою кровавую работенку красиво – и тот же потребитель пива состряпает в твою честь получасовую хвалебную драпу*. И люди к тебе потянутся. Впрочем, скальда можно подкупить. Или припугнуть.

    Здесь нет СМИ. Вместо них – слухи. И скальды. Они во многом и определяют общественное мнение. И престиж того или иного вождя. Ты можешь быть сколь угодно великим полководцем, но, если какой-нибудь длинноволосый потребитель незрелого пива споет в твой адрес нехороший стишок – пиши пропало. Не знаю, есть в этом колдовство или нет, но если нахальный стихоплет в авторитете, то твоему собственному авторитету конец. Ты очень скоро станешь полководцем без полка. Но сделай свою кровавую работенку красиво – и тот же потребитель пива состряпает в твою честь получасовую хвалебную драпу*. И люди к тебе потянутся. Впрочем, скальда можно подкупить. Или припугнуть.

    — Стратегия. Книга 3. Игры викингов · книга
18. «

    ...внутри каждого человека живет сила, которая человека строит. Она — будто конь. У иных этот конь куда хочет, туда и тянет, будто телегу с сеном. Оно и к лучшему, когда ты дороги не ведаешь. Не то станешь за поводья дергать — и вовсе не туда уедешь. А у иных, знающих, сила эта — как боевой конь у хузарина. Всадник еще и сам не понял, чего хочет, а конь-друг уже угадал и понес куда надо.

    ...внутри каждого человека живет сила, которая человека строит. Она — будто конь. У иных этот конь куда хочет, туда и тянет, будто телегу с сеном. Оно и к лучшему, когда ты дороги не ведаешь. Не то станешь за поводья дергать — и вовсе не туда уедешь. А у иных, знающих, сила эта — как боевой конь у хузарина. Всадник еще и сам не понял, чего хочет, а конь-друг уже угадал и понес куда надо.

    — Богуслав · книга
19. «

    Надо быть слепым, чтобы дважды вступить в одно и то же коровье дерьмо.

    Надо быть слепым, чтобы дважды вступить в одно и то же коровье дерьмо.

    — Ульф Свити (Николай Переляк) · книга
20. «

    Герой — он должен быть счастливым, иначе какой из него образец для подражания?

    Герой — он должен быть счастливым, иначе какой из него образец для подражания?

    — Сергей Духарев · книга