Что говорил Александр Николаевич Островский: 205 цитат

Подборка из 205 цитат Александра Николаевича Островского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Да, это смешно... Я смешной человек... Я знаю сам, что я смешной человек. Да разве людей казнят за то, что они смешны? Я смешон — ну, смейся надо мной, смейся в глаза! Приходите ко мне обедать, пейте мое вино и ругайтесь, смейтесь надо мной — я того стою. Но разломать грудь у смешного человека, вырвать сердце, бросить под ноги и растоптать его! Ох, ох! Как мне жить! Как мне жить!

   Да, это смешно... Я смешной человек... Я знаю сам, что я смешной человек. Да разве людей казнят за то, что они смешны? Я смешон — ну, смейся надо мной, смейся в глаза! Приходите ко мне обедать, пейте мое вино и ругайтесь, смейтесь надо мной — я того стою. Но разломать грудь у смешного человека, вырвать сердце, бросить под ноги и растоптать его! Ох, ох! Как мне жить! Как мне жить!

   — Юлий Капитоныч Карандышев · книга
2. «

   Ты умей прожить деньги с эффектом, тут много ума нужно.

   Ты умей прожить деньги с эффектом, тут много ума нужно.

   — Счастливцев · книга
3. «

   Злато, злато! Сколько через тебя зла-то.

   Злато, злато! Сколько через тебя зла-то.

   — Несчастливцев · книга
4. «

   Нас проза жизни одолела. И рад бы в рай, да грехи не пускают. Тяжкие. Практические соображения, материальные расчеты — вот наши грехи. Постоянно вращаешься в сфере возможного, достижимого; ну, душа-то и мельчает, уж высоких и благородных замыслов и не приходит в голову.

   Нас проза жизни одолела. И рад бы в рай, да грехи не пускают. Тяжкие. Практические соображения, материальные расчеты — вот наши грехи. Постоянно вращаешься в сфере возможного, достижимого; ну, душа-то и мельчает, уж высоких и благородных замыслов и не приходит в голову.

   — Великатов · книга
5. «

   Ох, эти трагики! Благородства пропасть, а смысла никакого.

   Ох, эти трагики! Благородства пропасть, а смысла никакого.

   — Счастливцев · книга
6. «

   Мать чего глазами не увидит, так у нее сердце вещун, она сердцем может чувствовать.

   Мать чего глазами не увидит, так у нее сердце вещун, она сердцем может чувствовать.

   — Кабанова · книга
7. «

   — А все-таки за то, что ты ухаживаешь за моей женой, мы с тобой стреляться будем. — Не стоит, — поверь мне, не стоит. Если она честная женщина, из моего ухаживания ничего не выйдет, а мне все-таки развлечение; если она дурная женщина, не стоит за нее стреляться.

   — А все-таки за то, что ты ухаживаешь за моей женой, мы с тобой стреляться будем. — Не стоит, — поверь мне, не стоит. Если она честная женщина, из моего ухаживания ничего не выйдет, а мне все-таки развлечение; если она дурная женщина, не стоит за нее стреляться.

   — Савва Васильков · книга
8. «

   И богу-то угодить на чужой счет норовят.

   И богу-то угодить на чужой счет норовят.

   — Самсон Силыч Большов · книга
9. «

   Вот смотри! (Указывает на свою голову.) Седая, лысая! А тут чувства молодые, свежие, юношеские.

   Вот смотри! (Указывает на свою голову.) Седая, лысая! А тут чувства молодые, свежие, юношеские.

   — Мартын Прокофьич Нароков · книга
10. «

    — Отчего я ветрен, знаете ли? — Оттого, что душа мелка. — Нет! Оттого, что мне постоянным быть не для кого. Прикажите, и я буду постояннее телеграфного столба. — Испытаем.

    — Отчего я ветрен, знаете ли? — Оттого, что душа мелка. — Нет! Оттого, что мне постоянным быть не для кого. Прикажите, и я буду постояннее телеграфного столба. — Испытаем.

    — Иван Петрович Телятев · книга
11. «

    — Я был так счастлив, она так притворялась, что любит меня! Ты только подумай! Для меня, для провинциала, для несчастного тюленя, ласки такой красавицы — ведь рай! И вдруг она изменяет. У меня оборвалось сердце, подкосились ноги, мне жизнь не мила; она меня обманывает. — Так ты ее убей, а меня-то за что же? — За то, что вы ее развратили. Она от природы создание доброе; в вашем омуте женщина может потерять все — и честь, и совесть, и всякий стыд. А ты развратней всех. Нет, нет, бери пистолет, а то я тебя убью стулом.

    — Я был так счастлив, она так притворялась, что любит меня! Ты только подумай! Для меня, для провинциала, для несчастного тюленя, ласки такой красавицы — ведь рай! И вдруг она изменяет. У меня оборвалось сердце, подкосились ноги, мне жизнь не мила; она меня обманывает. — Так ты ее убей, а меня-то за что же? — За то, что вы ее развратили. Она от природы создание доброе; в вашем омуте женщина может потерять все — и честь, и совесть, и всякий стыд. А ты развратней всех. Нет, нет, бери пистолет, а то я тебя убью стулом.

    — Савва Васильков · книга
12. «

    Несчастлив тот, кто угождать и подличать не умеет.

    Несчастлив тот, кто угождать и подличать не умеет.

    — Несчастливцев · книга
13. «

    — Да зачем же мне и после узнавать? (Почти со слезами.) Ведь вы найдете средства выйти из этого положения, ведь непременно найдете, так оставаться нельзя. Ведь не покинем же мы Москву, не уедем в деревню; а в Москве мы не можем жить, как нищие! Так или иначе, вы должны устроить, чтоб в нашей жизни ничего не изменилось. Я этой зимой должна выйти замуж, составить хорошую партию. Ведь вы мать, ужели вы этого не знаете? Ужели вы не придумаете, если уж не придумали, как прожить одну зиму, не уронив своего достоинства? Вам думать, вам! Зачем же вы мне-то рассказываете о том, чего я знать не должна? Вы лишаете меня спокойствия, вы лишаете меня беззаботности, которая составляет лучшее украшение девушки. Думали бы вы, maman, одни и плакали бы одни, если нужно будет плакать. Разве вам легче будет, если я буду плакать вместе с вами? Ну скажите, maman, разве легче? — Разумеется, не легче.

    — Да зачем же мне и после узнавать? (Почти со слезами.) Ведь вы найдете средства выйти из этого положения, ведь непременно найдете, так оставаться нельзя. Ведь не покинем же мы Москву, не уедем в деревню; а в Москве мы не можем жить, как нищие! Так или иначе, вы должны устроить, чтоб в нашей жизни ничего не изменилось. Я этой зимой должна выйти замуж, составить хорошую партию. Ведь вы мать, ужели вы этого не знаете? Ужели вы не придумаете, если уж не придумали, как прожить одну зиму, не уронив своего достоинства? Вам думать, вам! Зачем же вы мне-то рассказываете о том, чего я знать не должна? Вы лишаете меня спокойствия, вы лишаете меня беззаботности, которая составляет лучшее украшение девушки. Думали бы вы, maman, одни и плакали бы одни, если нужно будет плакать. Разве вам легче будет, если я буду плакать вместе с вами? Ну скажите, maman, разве легче? — Разумеется, не легче.

    — Надежда Антоновна Чебоксарова · книга
14. «

    Но знайте, что и самого кроткого человека можно довести до бешенства. Не все преступники — злодеи, и смирный человек решится на преступление, когда ему другого выхода нет.

    Но знайте, что и самого кроткого человека можно довести до бешенства. Не все преступники — злодеи, и смирный человек решится на преступление, когда ему другого выхода нет.

    — Юлий Капитоныч Карандышев · книга
15. «

    — Так зачем же, зачем же мне-то плакать? Зачем вы навязываете мне заботу? Забота старит, от нее морщины на лице. Я чувствую, что постарела на десять лет. Я не знала, не чувствовала нужды и не хочу знать. Я знаю магазины: белья, шелковых материй, ковров, мехов, мебели; я знаю, что когда нужно что-нибудь, едут туда, берут вещь, отдают деньги, а если нет денег, велят commis (приказчикам) приехать на дом. Но откуда берут деньги, сколько их нужно иметь в год, в зиму, я никогда не знала и не считала нужным знать. Я никогда не знала, что значит дорого, что дешево, я всегда считала все это жалким, мещанским, копеечным расчетом. Я с дрожью омерзения отстраняла от себя такие мысли. Я помню один раз, когда я ехала из магазина, мне пришла мысль: не дорого ли я заплатила за платье! Мне так стало стыдно за себя, что я вся покраснела и не знала, куда спрятать лицо; а между тем я была одна в карете. Я вспомнила, что видела одну купчиху в магазине, которая торговала кусок материи; ей жаль и много денег-то отдать, и кусок-то из рук выпустить. Она подержит его да опять положит, потом опять возьмет, пошепчется с какими-то двумя старухами, потом опять положит, а commis смеются. Ах, maman, за что вы меня мучите?

    — Так зачем же, зачем же мне-то плакать? Зачем вы навязываете мне заботу? Забота старит, от нее морщины на лице. Я чувствую, что постарела на десять лет. Я не знала, не чувствовала нужды и не хочу знать. Я знаю магазины: белья, шелковых материй, ковров, мехов, мебели; я знаю, что когда нужно что-нибудь, едут туда, берут вещь, отдают деньги, а если нет денег, велят commis (приказчикам) приехать на дом. Но откуда берут деньги, сколько их нужно иметь в год, в зиму, я никогда не знала и не считала нужным знать. Я никогда не знала, что значит дорого, что дешево, я всегда считала все это жалким, мещанским, копеечным расчетом. Я с дрожью омерзения отстраняла от себя такие мысли. Я помню один раз, когда я ехала из магазина, мне пришла мысль: не дорого ли я заплатила за платье! Мне так стало стыдно за себя, что я вся покраснела и не знала, куда спрятать лицо; а между тем я была одна в карете. Я вспомнила, что видела одну купчиху в магазине, которая торговала кусок материи; ей жаль и много денег-то отдать, и кусок-то из рук выпустить. Она подержит его да опять положит, потом опять возьмет, пошепчется с какими-то двумя старухами, потом опять положит, а commis смеются. Ах, maman, за что вы меня мучите?

    — Лидия Чебоксарова · книга
16. «

    Один создатель только ведает, что будет вперед.

    Один создатель только ведает, что будет вперед.

    — Самсон Силыч Большов · книга
17. «

    Молоду тебя замуж-то отдали, погулять-то тебе в девках не пришлось; вот у тебя сердце-то и не уходилось еще.

    Молоду тебя замуж-то отдали, погулять-то тебе в девках не пришлось; вот у тебя сердце-то и не уходилось еще.

    — Варвара (сестра Тихона) · книга
18. «

    — Иное можно купить за деньги, а другого нельзя. — Философия! Вы толку в деньгах не знаете, оттого так и разговариваете. Видно нужды-то не видали? А тут впереди жизнь приятная... За деньги-то люди черту душу закладывают.

    — Иное можно купить за деньги, а другого нельзя. — Философия! Вы толку в деньгах не знаете, оттого так и разговариваете. Видно нужды-то не видали? А тут впереди жизнь приятная... За деньги-то люди черту душу закладывают.

    — Аксюша · книга
19. «

    Нет, теперь не ожидала. Я ждала вас долго, но уж давно перестала ждать.

    Нет, теперь не ожидала. Я ждала вас долго, но уж давно перестала ждать.

    — Лариса Дмитриевна Огудалова · книга
20. «

    По почерку сейчас можно узнать характер! Ровно — значит аккуратен... кругло, без росчерков, ну, значит не вольнодумец.

    По почерку сейчас можно узнать характер! Ровно — значит аккуратен... кругло, без росчерков, ну, значит не вольнодумец.

    — Крутицкий · книга