100 цитат Александра Прозорова, проверенных временем

Александр Прозоров — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 100 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Милость богов редко обращается к тем, в ком нет доблести и силы богатырской.

   Милость богов редко обращается к тем, в ком нет доблести и силы богатырской.

   — князь Гавриил · книга
2. «

   Оно ведь скатиться ко злу легко и приятно. Не отказывай себе ни в чём, пей, гуляй, веселись. Это к добру подниматься с трудом приходится, душой и разумом расти, через желания похотливые и гнусные переступать.

   Оно ведь скатиться ко злу легко и приятно. Не отказывай себе ни в чём, пей, гуляй, веселись. Это к добру подниматься с трудом приходится, душой и разумом расти, через желания похотливые и гнусные переступать.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
3. «

   Старания не пропали напрасно — в один из таких моментов их застигли Дубус и Вантенуа, тоже гуляющие под ручку. — Франсуаза меня убьет, — мечтательно выдохнула смертная, преданно глядя Битали в глаза. — Тебя она любит без памяти и простит. А мне в кофе крысиного яду насыплет. Это и к бабке не ходи. — Откуда она узнает? — Мы слишком стараемся. Когда-нибудь это обязательно всплывет.

   Старания не пропали напрасно — в один из таких моментов их застигли Дубус и Вантенуа, тоже гуляющие под ручку. — Франсуаза меня убьет, — мечтательно выдохнула смертная, преданно глядя Битали в глаза. — Тебя она любит без памяти и простит. А мне в кофе крысиного яду насыплет. Это и к бабке не ходи. — Откуда она узнает? — Мы слишком стараемся. Когда-нибудь это обязательно всплывет.

   — Битали Кро · книга
4. «

   Повезёт, барчук, когда кошель на дороге найдешь. А для всего прочего стараться надобно.

   Повезёт, барчук, когда кошель на дороге найдешь. А для всего прочего стараться надобно.

   — Пахом Белый · книга
5. «

   Справедливость, свобода, всеобщее счастье — это, конечно, здорово. Но так получается, что эти священные слова обычно провозглашают своей целью самые гнусные, самые отъявленные подонки.

   Справедливость, свобода, всеобщее счастье — это, конечно, здорово. Но так получается, что эти священные слова обычно провозглашают своей целью самые гнусные, самые отъявленные подонки.

   — Олег Середин · книга
6. «

   Кабы мы, отец, делали только то, что можем — от Руси давно и памяти бы не осталось. Делать нужно больше, чем способен. Тогда и жить не стыдно.

   Кабы мы, отец, делали только то, что можем — от Руси давно и памяти бы не осталось. Делать нужно больше, чем способен. Тогда и жить не стыдно.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
7. «

   ...привыкай радоваться тому, что имеешь, а не грустить о том, чего нет. Иначе все радости пройдут мимо.

   ...привыкай радоваться тому, что имеешь, а не грустить о том, чего нет. Иначе все радости пройдут мимо.

   — Гаэтано Кро · книга
8. «

   Она взяла его за руку, зашагала рядом. — Только ты не надейся. Замуж я за тебя не выйду. Я тебя не так люблю. Ну… Ну, не как шуры-муры. В общем, не впсихушечную. Просто, когда такое заканчивается… Когда дерёмся, дерёмся, и вдруг — всё, а мы живые опять. Я в такие моменты так тебя люблю, что и ребенка тебе согласна, и замуж. Только и думаю, как момент урвать. А потом проходит немного — и ничего такого. Так что я тебя люблю, наверное. И ребенка от тебя рожу. Ну, когда замуж выйду. Но ты ничего не думай, понял? Просто люблю, но у нас ничего не будет, ясно? Согласен? — Согласен, — ничего не поняв из долгого монолога, кивнул ведун.

   Она взяла его за руку, зашагала рядом. — Только ты не надейся. Замуж я за тебя не выйду. Я тебя не так люблю. Ну… Ну, не как шуры-муры. В общем, не впсихушечную. Просто, когда такое заканчивается… Когда дерёмся, дерёмся, и вдруг — всё, а мы живые опять. Я в такие моменты так тебя люблю, что и ребенка тебе согласна, и замуж. Только и думаю, как момент урвать. А потом проходит немного — и ничего такого. Так что я тебя люблю, наверное. И ребенка от тебя рожу. Ну, когда замуж выйду. Но ты ничего не думай, понял? Просто люблю, но у нас ничего не будет, ясно? Согласен? — Согласен, — ничего не поняв из долгого монолога, кивнул ведун.

   — Роксалана · книга
9. «

   Всё идёт слишком гладко. Именно с этого и начинаются все неприятности.

   Всё идёт слишком гладко. Именно с этого и начинаются все неприятности.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
10. «

    — Месяц? — вскинула брови девушка. — Это просто восторг! Меня отчислят. — Откуда? — забеспокоился варвар. — Из школы. Вообще-то, я учусь. Впрочем, это уже не имеет значения, — отмахнулась девчонка. — Знание отличий дарвинизма от кальвинизма всё равно ничего не переменит в моей жизни. Тем паче что для девушки главное на свадьбе фату задом наперед не надеть. Всё остальное мелочи.

    — Месяц? — вскинула брови девушка. — Это просто восторг! Меня отчислят. — Откуда? — забеспокоился варвар. — Из школы. Вообще-то, я учусь. Впрочем, это уже не имеет значения, — отмахнулась девчонка. — Знание отличий дарвинизма от кальвинизма всё равно ничего не переменит в моей жизни. Тем паче что для девушки главное на свадьбе фату задом наперед не надеть. Всё остальное мелочи.

    — Юлиана · книга
11. «

    — ... Пусть готовит комнату для тебя и подруги... — Разные комнаты! — указал Битали. — Само собой, у них там всё строго... Дикие земли, патриархальные взгляды. Коли не женаты, будете в разных концах дома обитать. На разных этажах и окна будут в разные стороны.

    — ... Пусть готовит комнату для тебя и подруги... — Разные комнаты! — указал Битали. — Само собой, у них там всё строго... Дикие земли, патриархальные взгляды. Коли не женаты, будете в разных концах дома обитать. На разных этажах и окна будут в разные стороны.

    — Надодух · книга
12. «

    Хочешь жить — всегда будь готов вступить в схватку с врагом. Даже когда опасности нет и быть не может.

    Хочешь жить — всегда будь готов вступить в схватку с врагом. Даже когда опасности нет и быть не может.

    — Олег Середин · книга
13. «

    Да, мир устроен несправедливо. Если хочешь жить в покое и безопасности, то лучше стать жалкой, никчемной, полуголой и больной уродиной. А стоит приподняться хотя бы на сотню евро, как тут же обязательно найдётся крысёныш, который захочет дать тебе по голове и забрать бумажку себе.

    Да, мир устроен несправедливо. Если хочешь жить в покое и безопасности, то лучше стать жалкой, никчемной, полуголой и больной уродиной. А стоит приподняться хотя бы на сотню евро, как тут же обязательно найдётся крысёныш, который захочет дать тебе по голове и забрать бумажку себе.

    — Юлиана · книга
14. «

    В этом мире нет ничего неизменного, — не выдержал Зверев, чувствуя, как речи игумена вызывают в окружающих нечто, похожее на наваждение. — День приходит на смену ночи, лето на смену зиме. Травы растут и умирают, давая место новым росткам. Неизменной бывает лишь смерть. Камень мёртв и неизменен, живая кошка на нём меняется каждую минуту. Сухое дерево застывает на годы, живое меняется день за днём. Русь, слава Всевышнему, ещё жива. А значит, должна расти и изменяться.

    В этом мире нет ничего неизменного, — не выдержал Зверев, чувствуя, как речи игумена вызывают в окружающих нечто, похожее на наваждение. — День приходит на смену ночи, лето на смену зиме. Травы растут и умирают, давая место новым росткам. Неизменной бывает лишь смерть. Камень мёртв и неизменен, живая кошка на нём меняется каждую минуту. Сухое дерево застывает на годы, живое меняется день за днём. Русь, слава Всевышнему, ещё жива. А значит, должна расти и изменяться.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
15. «

    Ребёнок малой, когда рождается, тоже кричит громко, брыкается, ругается и всем недоволен. А как оглядится, попривыкнет, понимать начнет, что к чему, так и поди загони его обратно в утробу! Не пойдёт. Никакой силой не заставишь.

    Ребёнок малой, когда рождается, тоже кричит громко, брыкается, ругается и всем недоволен. А как оглядится, попривыкнет, понимать начнет, что к чему, так и поди загони его обратно в утробу! Не пойдёт. Никакой силой не заставишь.

    — Федор Трубецкой · книга
16. «

    — Никогда не думала, Битали, — уже раздеваясь ко сну, сказала Юлиана, — что любовь — это такая тяжелая работа. Вот когда в охотку было, я так и бегала за парнями — и целовалась, и обнималась, и прямо как на крылышках порхала. И с каждым лобзанием все легче и легче... — Девушка взмахнула руками, словно крылышками. — А вот теперь сказали: надо. И вроде бы то же самое делаю... Но такое чувство, будто раствор цементный целый день лопатой месила. Язык на плечо, ноги не шевелятся, и это самое... губы опухли! — Скажи Аните, она исцелит. — Да я не о том! — отмахнулась смертная. — Я о том, что если брак по расчёту заключать, то ведь это каждый день так надо? Причём всю жизнь! У-у-у-у... Это же сколько бабла нужно с мужика поиметь, чтобы на подобное согласиться? Ё-ё-ё-ё... А ведь была у меня когда-то такая мысль. Это же как я могла влипнуть! — Твой рейтинг — это не по расчёту? – напомнил Битали. — У меня там только те, кто нравится, это другое. То есть с ними я всё же слегка «припархиваю»...

    — Никогда не думала, Битали, — уже раздеваясь ко сну, сказала Юлиана, — что любовь — это такая тяжелая работа. Вот когда в охотку было, я так и бегала за парнями — и целовалась, и обнималась, и прямо как на крылышках порхала. И с каждым лобзанием все легче и легче... — Девушка взмахнула руками, словно крылышками. — А вот теперь сказали: надо. И вроде бы то же самое делаю... Но такое чувство, будто раствор цементный целый день лопатой месила. Язык на плечо, ноги не шевелятся, и это самое... губы опухли! — Скажи Аните, она исцелит. — Да я не о том! — отмахнулась смертная. — Я о том, что если брак по расчёту заключать, то ведь это каждый день так надо? Причём всю жизнь! У-у-у-у... Это же сколько бабла нужно с мужика поиметь, чтобы на подобное согласиться? Ё-ё-ё-ё... А ведь была у меня когда-то такая мысль. Это же как я могла влипнуть! — Твой рейтинг — это не по расчёту? – напомнил Битали. — У меня там только те, кто нравится, это другое. То есть с ними я всё же слегка «припархиваю»...

    — Юлиана · книга
17. «

    Мужчины делятся на две категории, — задумчиво проговорила Снежана. — Половина из них упрямые ослы, которые всегда и всё делают по-своему, не признавая ошибок. Рвутся к цели напролом, пока не встретят стену, слишком прочную для их лба. Иногда им везёт, и такая стена встречается не сразу. Тогда этим ослам удается добиться немалых свершений и изрядной славы. Другие мужчины заботятся о доверившихся им людях больше, нежели о своем самолюбии, и даже будучи абсолютно уверенными в своей правоте и силе, в своём успехе, они всё равно оставляют друзьям ещё один, не самый лучший и не самый славный, но надежный запасной вариант. Увы, когда люди ходят через двери, славы на их долю достается намного меньше. Но зато им не страшна никакая, даже самая несокрушимая стена.

    Мужчины делятся на две категории, — задумчиво проговорила Снежана. — Половина из них упрямые ослы, которые всегда и всё делают по-своему, не признавая ошибок. Рвутся к цели напролом, пока не встретят стену, слишком прочную для их лба. Иногда им везёт, и такая стена встречается не сразу. Тогда этим ослам удается добиться немалых свершений и изрядной славы. Другие мужчины заботятся о доверившихся им людях больше, нежели о своем самолюбии, и даже будучи абсолютно уверенными в своей правоте и силе, в своём успехе, они всё равно оставляют друзьям ещё один, не самый лучший и не самый славный, но надежный запасной вариант. Увы, когда люди ходят через двери, славы на их долю достается намного меньше. Но зато им не страшна никакая, даже самая несокрушимая стена.

    — Снежана. · книга
18. «

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    — Темное пророчество · книга
19. «

    Всадник повернул, пригибая голову под низкими ветвями, проехал чуть более полукилометра и неожиданно оказался на берегу небольшого лесного озерца. — Вот он, настоящий храм, — прошептал ведун, сходя с коня. — Храм земли русской, храм, созданный природой. Берёзы белые ему стеной, небо высокое ему крышей, земляника сладкая ему полом.

    Всадник повернул, пригибая голову под низкими ветвями, проехал чуть более полукилометра и неожиданно оказался на берегу небольшого лесного озерца. — Вот он, настоящий храм, — прошептал ведун, сходя с коня. — Храм земли русской, храм, созданный природой. Берёзы белые ему стеной, небо высокое ему крышей, земляника сладкая ему полом.

    — Олег Середин · книга
20. «

    Мужчины, они разные, мадам Вантенуа. Иные любят так страстно, что готовы истязать себя, лишь бы их возлюбленная была счастлива. Другие любят так страстно, что скорее уничтожат любимых, нежели допустят, чтобы те оказались в чужих руках. Разные мужчины просят разные амулеты.

    Мужчины, они разные, мадам Вантенуа. Иные любят так страстно, что готовы истязать себя, лишь бы их возлюбленная была счастлива. Другие любят так страстно, что скорее уничтожат любимых, нежели допустят, чтобы те оказались в чужих руках. Разные мужчины просят разные амулеты.

    — Гроссер · книга