98 цитат Александра Прозорова для тех, кто любит думать

Александр Прозоров — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 98 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Победы бессмысленны, если не приносят пользы.

   Победы бессмысленны, если не приносят пользы.

   — Надодух · книга
2. «

   Да оно ведь всё суррогатное, коли за серебро покупается. Кто силу за деньги купить надеется, кто здоровье, кто любовь, кто года лишние. Да токмо разве хоть кому сие удавалось? Настоящая сила приходит, коли сам дрова колешь, сосны валишь, косой на лугу машешь. Настоящее здоровье в лесу вдыхаешь, в тумане утреннем, на берегу озера рассветного. Любовь настоящую в страдании души растишь, года настоящие деяниями, а не днями считаешь. А у вас что? Токмо суррогаты и остались...

   Да оно ведь всё суррогатное, коли за серебро покупается. Кто силу за деньги купить надеется, кто здоровье, кто любовь, кто года лишние. Да токмо разве хоть кому сие удавалось? Настоящая сила приходит, коли сам дрова колешь, сосны валишь, косой на лугу машешь. Настоящее здоровье в лесу вдыхаешь, в тумане утреннем, на берегу озера рассветного. Любовь настоящую в страдании души растишь, года настоящие деяниями, а не днями считаешь. А у вас что? Токмо суррогаты и остались...

   — Ефрем · книга
3. «

   Невелика мудрость того, что слабее, одолеть. Ты сильного завали!

   Невелика мудрость того, что слабее, одолеть. Ты сильного завали!

   — Пахом Белый · книга
4. «

   Чужое счастье рядом со своим несчастьем тяжело стерпеть.

   Чужое счастье рядом со своим несчастьем тяжело стерпеть.

   — Алексей Степанов (Игорь Пронин) · книга
5. «

   Чтоб кукушки сдохли, года наши считая.

   Чтоб кукушки сдохли, года наши считая.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
6. «

   Чёрт, насколько было бы легче, если бы одна из них оказалась злобной тварью, язвой, лгуньей, ленивой дурой! Господи, почему Варя желанна, а Полина чиста? Почему одна убивает страстью, а другая умиротворяет душу? Почему одна манит, а без другой невозможно обойтись? Господи, я не хочу потерять ни ту, ни другую! Почему они не могут быть одной женщиной?

   Чёрт, насколько было бы легче, если бы одна из них оказалась злобной тварью, язвой, лгуньей, ленивой дурой! Господи, почему Варя желанна, а Полина чиста? Почему одна убивает страстью, а другая умиротворяет душу? Почему одна манит, а без другой невозможно обойтись? Господи, я не хочу потерять ни ту, ни другую! Почему они не могут быть одной женщиной?

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
7. «

   — Коли не откажешься от опричнины своей, то мне митрополитом не быть! — стукнул посохом об пол Филипп. — Ну и правильно, не соглашайся! — поддержал его Андрей. А когда все повернули к нему головы, добавил: — Государь хотел, чтобы ты, святой человек, его совестью стал. А зачем правителю совесть? Все знают, что для властелина совесть — лишняя обуза. Так что правильно. Не соглашайся.

   — Коли не откажешься от опричнины своей, то мне митрополитом не быть! — стукнул посохом об пол Филипп. — Ну и правильно, не соглашайся! — поддержал его Андрей. А когда все повернули к нему головы, добавил: — Государь хотел, чтобы ты, святой человек, его совестью стал. А зачем правителю совесть? Все знают, что для властелина совесть — лишняя обуза. Так что правильно. Не соглашайся.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
8. «

   Война, — снова шевельнулось в голове князя нехорошее предчувствие. — Гражданская война, свой против своих, русские против русских. Правда на правду, честь против справедливости. Русская кровь зальет земли, насыщая жадных и злобных чужаков.

   Война, — снова шевельнулось в голове князя нехорошее предчувствие. — Гражданская война, свой против своих, русские против русских. Правда на правду, честь против справедливости. Русская кровь зальет земли, насыщая жадных и злобных чужаков.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
9. «

   Она опять взяла юношу под локоть двумя руками, крепко прижалась к плечу: — Смешной ты… Никогда не поймешь, всерьез говоришь или прикалываешься. Ты хоть предупреждай. — Ты самое прекрасное существо, каких я только видел в этом мире, Франсуаза. Прекраснее цветов и рассветов, прекраснее стремительных горностаев и радужных фей-зелигенок, покровительниц садов, прекраснее весенних лугов и хрустальных горных пиков сказочного Сумера; ты желаннее ключевой воды в жаркий полдень, желаннее костра в промозглый вечер, желаннее солнца после полярной ночи... — Если ты сейчас опять шутишь, я тебя убью... — сглотнув, пообещала девушка.

   Она опять взяла юношу под локоть двумя руками, крепко прижалась к плечу: — Смешной ты… Никогда не поймешь, всерьез говоришь или прикалываешься. Ты хоть предупреждай. — Ты самое прекрасное существо, каких я только видел в этом мире, Франсуаза. Прекраснее цветов и рассветов, прекраснее стремительных горностаев и радужных фей-зелигенок, покровительниц садов, прекраснее весенних лугов и хрустальных горных пиков сказочного Сумера; ты желаннее ключевой воды в жаркий полдень, желаннее костра в промозглый вечер, желаннее солнца после полярной ночи... — Если ты сейчас опять шутишь, я тебя убью... — сглотнув, пообещала девушка.

   — Битали Кро · книга
10. «

    Месть убивает, месть дарит твою жизнь твоему врагу. Когда ты ищешь мести, ты постоянно думаешь о своём враге, ищешь его, мечтаешь о нём. Ты перестаёшь жить собственной жизнью и начинаешь жить жизнью своего врага. Каждая месть, которую ты носишь в себе, суть твоя маленькая смерть.

    Месть убивает, месть дарит твою жизнь твоему врагу. Когда ты ищешь мести, ты постоянно думаешь о своём враге, ищешь его, мечтаешь о нём. Ты перестаёшь жить собственной жизнью и начинаешь жить жизнью своего врага. Каждая месть, которую ты носишь в себе, суть твоя маленькая смерть.

    — Раджаф · книга
11. «

    Всадник повернул, пригибая голову под низкими ветвями, проехал чуть более полукилометра и неожиданно оказался на берегу небольшого лесного озерца. — Вот он, настоящий храм, — прошептал ведун, сходя с коня. — Храм земли русской, храм, созданный природой. Берёзы белые ему стеной, небо высокое ему крышей, земляника сладкая ему полом.

    Всадник повернул, пригибая голову под низкими ветвями, проехал чуть более полукилометра и неожиданно оказался на берегу небольшого лесного озерца. — Вот он, настоящий храм, — прошептал ведун, сходя с коня. — Храм земли русской, храм, созданный природой. Берёзы белые ему стеной, небо высокое ему крышей, земляника сладкая ему полом.

    — Олег Середин · книга
12. «

    На русской земле живёшь, русскому князю служишь, по-русски разговариваешь, за свободу и справедливость живот свой класть готов — значит, русский.

    На русской земле живёшь, русскому князю служишь, по-русски разговариваешь, за свободу и справедливость живот свой класть готов — значит, русский.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
13. «

    ...любовь без детей бессмысленна, любовь по сути своей направлена на продолжение рода.

    ...любовь без детей бессмысленна, любовь по сути своей направлена на продолжение рода.

    — Филли Налоби · книга
14. «

    — А я-то думал, все девочки грезят большой искренней любовью! — покачал головой Битали. — От любви, мой герой, никто из нас никогда не откажется, — улыбнулась рыжая и опустила голову. — Но замужество — это тоже неплохо.

    — А я-то думал, все девочки грезят большой искренней любовью! — покачал головой Битали. — От любви, мой герой, никто из нас никогда не откажется, — улыбнулась рыжая и опустила голову. — Но замужество — это тоже неплохо.

    — Битали Кро · книга
15. «

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    ...далеко не всегда в минуты душевной слабости совершаются правильные поступки.

    — Темное пророчество · книга
16. «

    Кабы мы, отец, делали только то, что можем — от Руси давно и памяти бы не осталось. Делать нужно больше, чем способен. Тогда и жить не стыдно.

    Кабы мы, отец, делали только то, что можем — от Руси давно и памяти бы не осталось. Делать нужно больше, чем способен. Тогда и жить не стыдно.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
17. «

    А надо ли это делать? Надо ли резать всё, что болит, что тревожит, что дышит и живёт? Отрежешь всё лишнее — только камушек гранитный в груди и останется. Его ладони ещё помнили, какая мягкая у Вари грудь, язык хранил вкус её губ, а щёки — её страстное дыхание. Нужно ли забывать всё это? Может, всё же оставить? Да, конечно, эта память будет болеть, саднить, заставит иногда просыпаться среди ночи или вздрагивать, когда знакомое лицо померещится в толпе. Но зато — она останется с ним. Глаза, ласки, сумасшедшая страсть длиною почти в трое суток. Всё то, что превращает существование в жизнь...

    А надо ли это делать? Надо ли резать всё, что болит, что тревожит, что дышит и живёт? Отрежешь всё лишнее — только камушек гранитный в груди и останется. Его ладони ещё помнили, какая мягкая у Вари грудь, язык хранил вкус её губ, а щёки — её страстное дыхание. Нужно ли забывать всё это? Может, всё же оставить? Да, конечно, эта память будет болеть, саднить, заставит иногда просыпаться среди ночи или вздрагивать, когда знакомое лицо померещится в толпе. Но зато — она останется с ним. Глаза, ласки, сумасшедшая страсть длиною почти в трое суток. Всё то, что превращает существование в жизнь...

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
18. «

    Бури, они всегда уносят грязь, пыль и мусор, после них хорошо.

    Бури, они всегда уносят грязь, пыль и мусор, после них хорошо.

    — Надодух · книга
19. «

    Звиздец с полосками!

    Звиздец с полосками!

    — Юлиана · книга
20. «

    — Разве тебе не нужен аттестат? — удивился Битали. — Зачем? — Рябая девица саркастически рассмеялась. — Я не Франсуаза, об университетах не мечтала. У меня по плану было официанткой в пабе покрутиться, пока не сопьюсь или на иглу не сяду. Там, известное дело, пару лет по рукам потаскаться, а потом тушкой в городской морг. Если повезёт, тушку тоже продать можно, ещё при жизни. Студентам на разделку. Ну, медикам для тренировки. — Хороший план, — похвалил Битали. — Взвешенный, разумный и исполнимый. Ты сейчас на каком этапе?

    — Разве тебе не нужен аттестат? — удивился Битали. — Зачем? — Рябая девица саркастически рассмеялась. — Я не Франсуаза, об университетах не мечтала. У меня по плану было официанткой в пабе покрутиться, пока не сопьюсь или на иглу не сяду. Там, известное дело, пару лет по рукам потаскаться, а потом тушкой в городской морг. Если повезёт, тушку тоже продать можно, ещё при жизни. Студентам на разделку. Ну, медикам для тренировки. — Хороший план, — похвалил Битали. — Взвешенный, разумный и исполнимый. Ты сейчас на каком этапе?

    — Битали Кро · книга