132 цитаты Александра Прозорова, которые захочется сохранить

Александр Прозоров — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 132 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Все хотят счастья. Но не все его достойны.

   Все хотят счастья. Но не все его достойны.

   — Олег Середин · книга
2. «

   Свободному человеку ничего не страшно. Коли и от добра, и от родичей он свободен, то ни бед, ни хлопот у него нет. Пришли вороги злые – чего бояться? Плюнул, да на другое место перебежал. Пожар прошел – так ему все едино терять нечего. Неурожай случился – так ему поле жать ни к чему. Вот и бродит свободный человек из края в край, ничего не опасаясь. Сегодня под одним кустом переночевал, завтра под другим. Украсть у него нечего, грабить его последний тать побрезгует, пожрать по лесам и помойкам как-нибудь наберет. Чего бояться? А вот стоит тебе хоть кошкой обзавестись, ты уже опасаться начинаешь. А ну, потеряется, отравится, собаке на зуб попадет. Дом и дети появятся – страхов втройне. Семью и добро надобно ведь от поганых оградить, коих немало вокруг крысятничает. Страшно, что хлеба не соберешь, дабы малых от голода уберечь, страшно, что беда нежданная припасы твои уничтожит. И чем больше на тебе душ, тем больше и страхов. Любая скотина последняя – и та заботы просит. А если тебе еще и люди служат? А если ты понять способен, что такое Родина, и готов живот свой за нее положить? Нет, Лютобор, не бывает страха в свободном человеке. Страх в том живет, кто тысячами нитей к миру привязан. Там могила отцовская, здесь телок, коего сам выкормил, в стороне дом, в котором любимая твоя обитает, за ним поле колосится, что сам сажал. Тут ниточка, там веревочка, здесь лесочка – и вот сидишь ты уже, словно цепью прикован. И цепь свою мечом и кровью до капли последней защищать готов. Свободному человеку этого не понять, ему все переломать – раз плюнуть. Свободный человек – тварь подлая и поганая, место ему в хлеву, с хомутом на шее и намордником покрепче, чтобы не кусался. Не дай Бог, беда у тебя случится – все эти твари первыми крысятничать лезут, куски рвать да кровь пускать. А как у них беда, так к совести твоей взывают, покормить да обогреть требуют.

   Свободному человеку ничего не страшно. Коли и от добра, и от родичей он свободен, то ни бед, ни хлопот у него нет. Пришли вороги злые – чего бояться? Плюнул, да на другое место перебежал. Пожар прошел – так ему все едино терять нечего. Неурожай случился – так ему поле жать ни к чему. Вот и бродит свободный человек из края в край, ничего не опасаясь. Сегодня под одним кустом переночевал, завтра под другим. Украсть у него нечего, грабить его последний тать побрезгует, пожрать по лесам и помойкам как-нибудь наберет. Чего бояться? А вот стоит тебе хоть кошкой обзавестись, ты уже опасаться начинаешь. А ну, потеряется, отравится, собаке на зуб попадет. Дом и дети появятся – страхов втройне. Семью и добро надобно ведь от поганых оградить, коих немало вокруг крысятничает. Страшно, что хлеба не соберешь, дабы малых от голода уберечь, страшно, что беда нежданная припасы твои уничтожит. И чем больше на тебе душ, тем больше и страхов. Любая скотина последняя – и та заботы просит. А если тебе еще и люди служат? А если ты понять способен, что такое Родина, и готов живот свой за нее положить? Нет, Лютобор, не бывает страха в свободном человеке. Страх в том живет, кто тысячами нитей к миру привязан. Там могила отцовская, здесь телок, коего сам выкормил, в стороне дом, в котором любимая твоя обитает, за ним поле колосится, что сам сажал. Тут ниточка, там веревочка, здесь лесочка – и вот сидишь ты уже, словно цепью прикован. И цепь свою мечом и кровью до капли последней защищать готов. Свободному человеку этого не понять, ему все переломать – раз плюнуть. Свободный человек – тварь подлая и поганая, место ему в хлеву, с хомутом на шее и намордником покрепче, чтобы не кусался. Не дай Бог, беда у тебя случится – все эти твари первыми крысятничать лезут, куски рвать да кровь пускать. А как у них беда, так к совести твоей взывают, покормить да обогреть требуют.

   — Князь. Золото мертвых · книга
3. «

   Да вы не бойтесь, мы люди мирные. Вырежем здесь всех, и уйдём.

   Да вы не бойтесь, мы люди мирные. Вырежем здесь всех, и уйдём.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
4. «

   Чужое счастье рядом со своим несчастьем тяжело стерпеть.

   Чужое счастье рядом со своим несчастьем тяжело стерпеть.

   — Алексей Степанов (Игорь Пронин) · книга
5. «

   Зло истреблять, добро творить. Таков наш долг, для того нас боги и создали. Иначе мы уже не русскими людьми будем, а так, нежитью полумёртвой. Вроде как ещё с сердцем, но на самом деле уже и нет.

   Зло истреблять, добро творить. Таков наш долг, для того нас боги и создали. Иначе мы уже не русскими людьми будем, а так, нежитью полумёртвой. Вроде как ещё с сердцем, но на самом деле уже и нет.

   — Олег Середин · книга
6. «

   — Ай-я-яй, мсье Кро, до чего же вы невнимательны! — улыбнулся историк. — У вас слишком быстро выветрилось очень важное из названных мною условий. Сперва вы должны познать любовь, а уже потом умереть. И ни часом раньше. Вы влюблены, мсье Кро? Вопрос застал Битали врасплох. В голове его промелькнули последние годы и месяцы, друзья и знакомые. Мимолётным воспоминанием вспыхнул на губах и тут же сгинул первый поцелуй. Любовь… Это ведь должно быть что-то особенное! Но никаких особенных отношений ни с кем из девушек его раньше не связывало. Здесь же он и вовсе был близок только с двумя. Генриетта? Пьянящая сладость их первых свиданий растаяла в прошлом, когда Вантенуа стала требовать этого очарования, как своей собственности. Анита? Её нежная красота, голос, её горячее дыхание и шёпот, её близость в колдовских объятиях манили, но… — Вы слишком долго думаете для влюбленного юноши, мсье Кро, — засмеялся историк. — Пока подобный вопрос будет ставить вас в тупик, вы в полной безопасности.

   — Ай-я-яй, мсье Кро, до чего же вы невнимательны! — улыбнулся историк. — У вас слишком быстро выветрилось очень важное из названных мною условий. Сперва вы должны познать любовь, а уже потом умереть. И ни часом раньше. Вы влюблены, мсье Кро? Вопрос застал Битали врасплох. В голове его промелькнули последние годы и месяцы, друзья и знакомые. Мимолётным воспоминанием вспыхнул на губах и тут же сгинул первый поцелуй. Любовь… Это ведь должно быть что-то особенное! Но никаких особенных отношений ни с кем из девушек его раньше не связывало. Здесь же он и вовсе был близок только с двумя. Генриетта? Пьянящая сладость их первых свиданий растаяла в прошлом, когда Вантенуа стала требовать этого очарования, как своей собственности. Анита? Её нежная красота, голос, её горячее дыхание и шёпот, её близость в колдовских объятиях манили, но… — Вы слишком долго думаете для влюбленного юноши, мсье Кро, — засмеялся историк. — Пока подобный вопрос будет ставить вас в тупик, вы в полной безопасности.

   — Гроссер · книга
7. «

   Блудлив язык, что кошка. Он ляпнет, а добру молодцу расхлебывать.

   Блудлив язык, что кошка. Он ляпнет, а добру молодцу расхлебывать.

   — Олег Середин · книга
8. «

   Легко учить, ни за что не отвечая.

   Легко учить, ни за что не отвечая.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
9. «

   Дело правителя не в том, чтобы в каждую дырку с затычкой влезать и каждый чих платочком вытирать. Дело твое, государь, — сделать так, чтобы дырок таких не было, а коли и случатся, так чтобы сами они, без твоего участия, быстро слугами честными затыкались.

   Дело правителя не в том, чтобы в каждую дырку с затычкой влезать и каждый чих платочком вытирать. Дело твое, государь, — сделать так, чтобы дырок таких не было, а коли и случатся, так чтобы сами они, без твоего участия, быстро слугами честными затыкались.

   — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
10. «

    У каждого на Руси свои мысли о счастье имеются, — осторожно возразил Андрей. — Посему каждого вовремя услышать нужно, пока он от отчаяния за топор не взялся.

    У каждого на Руси свои мысли о счастье имеются, — осторожно возразил Андрей. — Посему каждого вовремя услышать нужно, пока он от отчаяния за топор не взялся.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
11. «

    Страшно не то, что ошибаешься иногда. Страшно, коли ошибки не замечаешь, не исправляешься.

    Страшно не то, что ошибаешься иногда. Страшно, коли ошибки не замечаешь, не исправляешься.

    — Лютобор · книга
12. «

    Оно ведь скатиться ко злу легко и приятно. Не отказывай себе ни в чём, пей, гуляй, веселись. Это к добру подниматься с трудом приходится, душой и разумом расти, через желания похотливые и гнусные переступать.

    Оно ведь скатиться ко злу легко и приятно. Не отказывай себе ни в чём, пей, гуляй, веселись. Это к добру подниматься с трудом приходится, душой и разумом расти, через желания похотливые и гнусные переступать.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
13. «

    Не так часто можно встретить женщину, перед которой открываешься не только телом и душой. Не так легко решиться и раскрыться перед кем-то до конца. Когда у тебя нет единственной, нет разницы между тем, кого уговорил на близость там или кого принудил силой здесь. Когда у тебя нет единственной, то кажется, что, чем больше похватаешь, тем счастливее становишься. Именно поэтому про одних слагают легенды, а другие просто имеют друг друга.

    Не так часто можно встретить женщину, перед которой открываешься не только телом и душой. Не так легко решиться и раскрыться перед кем-то до конца. Когда у тебя нет единственной, нет разницы между тем, кого уговорил на близость там или кого принудил силой здесь. Когда у тебя нет единственной, то кажется, что, чем больше похватаешь, тем счастливее становишься. Именно поэтому про одних слагают легенды, а другие просто имеют друг друга.

    — Олег Середин · книга
14. «

    ...привыкай радоваться тому, что имеешь, а не грустить о том, чего нет. Иначе все радости пройдут мимо.

    ...привыкай радоваться тому, что имеешь, а не грустить о том, чего нет. Иначе все радости пройдут мимо.

    — Гаэтано Кро · книга
15. «

    Пока борешься, всегда шанс на победу остается. Тот, кто сдаётся — проигрывает всегда.

    Пока борешься, всегда шанс на победу остается. Тот, кто сдаётся — проигрывает всегда.

    — Олег Середин · книга
16. «

    Верить можно лишь тому, что удается пощупать, <...> сражаться за то, что понимаешь, и любить то, что не любить невозможно.

    Верить можно лишь тому, что удается пощупать, <...> сражаться за то, что понимаешь, и любить то, что не любить невозможно.

    — Олег Середин · книга
17. «

    Сражаться достойно только с воинами. Добивать безоружных и беспомощных — позорно.

    Сражаться достойно только с воинами. Добивать безоружных и беспомощных — позорно.

    — Олег Середин · книга
18. «

    Став князем, обретя ответственность за судьбы нескольких тысяч людей, он быстро усвоил, что любые деяния во благо государства неотделимы от выгоды людей, страну населяющих. Безопасность рубежей — это мир и покой в домах. Новые земли и дороги — это богатство в семьях. Возвышение православия — это единение народа в лоне общей церкви. Подвиги, не приносящие пользы, смысла не имеют.

    Став князем, обретя ответственность за судьбы нескольких тысяч людей, он быстро усвоил, что любые деяния во благо государства неотделимы от выгоды людей, страну населяющих. Безопасность рубежей — это мир и покой в домах. Новые земли и дороги — это богатство в семьях. Возвышение православия — это единение народа в лоне общей церкви. Подвиги, не приносящие пользы, смысла не имеют.

    — Андрей Зверев (Лисьин) · книга
19. «

    Нельзя, нет, нельзя баб до власти допускать. Всё до исподнего отдадут, лишь бы кровопролития не случилось. А без крови часто нельзя, ну, никак нельзя обойтись. Пока ворогам не докажешь, что кровь станешь лить не колеблясь — от рубежей не отстанут, так и будут щипать потихонечку, покуда голым не оставят.

    Нельзя, нет, нельзя баб до власти допускать. Всё до исподнего отдадут, лишь бы кровопролития не случилось. А без крови часто нельзя, ну, никак нельзя обойтись. Пока ворогам не докажешь, что кровь станешь лить не колеблясь — от рубежей не отстанут, так и будут щипать потихонечку, покуда голым не оставят.

    — Олег Середин · книга
20. «

    Гнедая недовольно фыркнула, прядая ушами. — Не бойся, малышка. — Середин спешился, успокаивающе похлопал её по шее, погладил морду. — Не бойся, я с тобой. Ты знаешь, чем разумное существо отличается от неразумного? Только разумный идиот способен лезть туда, куда ему не хочется. И туда, где он чует опасность. Пойдем, моя хорошая. Я начну поднимать тебя по эволюционной лестнице.

    Гнедая недовольно фыркнула, прядая ушами. — Не бойся, малышка. — Середин спешился, успокаивающе похлопал её по шее, погладил морду. — Не бойся, я с тобой. Ты знаешь, чем разумное существо отличается от неразумного? Только разумный идиот способен лезть туда, куда ему не хочется. И туда, где он чует опасность. Пойдем, моя хорошая. Я начну поднимать тебя по эволюционной лестнице.

    — Олег Середин · книга