558 цитат Александра Сергеевича Пушкина — подборка на все случаи

Подборка из 558 цитат Александра Сергеевича Пушкина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ужасный век, ужасные сердца!

   Ужасный век, ужасные сердца!

   — Герцог · книга
2. «

   Казнить так казнить, миловать так миловать.

   Казнить так казнить, миловать так миловать.

   — Емельян Пугачев · книга
3. «

   Страсть к игре — самая сильная из страстей.

   Страсть к игре — самая сильная из страстей.
4. «

   — Что козырь? — Черви. — Мне ходить. — Я бью. — Нельзя ли погодить? — Беру. — Кругом нас обыграла. — Эй, смерть! Ты право сплутовала. — Молчи! ты глуп и молоденек. Уж не тебе меня ловить. Ведь мы играем не из денег, А только б вечность проводить!

   — Что козырь? — Черви. — Мне ходить. — Я бью. — Нельзя ли погодить? — Беру. — Кругом нас обыграла. — Эй, смерть! Ты право сплутовала. — Молчи! ты глуп и молоденек. Уж не тебе меня ловить. Ведь мы играем не из денег, А только б вечность проводить!

   — Сожженное письмо · книга
5. «

   Чего тебе надобно, старче?

   Чего тебе надобно, старче?

   — Золотая рыбка · книга
6. «

   Сердце в будущем живёт; Настоящее уныло: Всё мгновенно, всё пройдёт; Что пройдёт, то будет мило.

   Сердце в будущем живёт; Настоящее уныло: Всё мгновенно, всё пройдёт; Что пройдёт, то будет мило.
7. «

   Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

   Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

   — Ибрагим Ганнибал · книга
8. «

   ...плетью обуха не перешибешь.

   ...плетью обуха не перешибешь.

   — Антон · книга
9. «

   Ветреность всегда жестока, и все вы, кружа головы направо и налево, радуетесь, видя, что есть душа, страждующая в вашу честь и славу.

   Ветреность всегда жестока, и все вы, кружа головы направо и налево, радуетесь, видя, что есть душа, страждующая в вашу честь и славу.
10. «

    На свете счастья нет, но есть покой и воля.

    На свете счастья нет, но есть покой и воля.
11. «

    Как молодой повеса ждет свиданья с какой-нибудь развратницей лукавой иль дурой, им обманутой, так я весь день минуты ждал, когда сойду в подвал мой тайный, к верным сундукам.

    Как молодой повеса ждет свиданья с какой-нибудь развратницей лукавой иль дурой, им обманутой, так я весь день минуты ждал, когда сойду в подвал мой тайный, к верным сундукам.

    — Барон · книга
12. «

    Мне не смешно, когда маляр негодный Мне пачкает Мадонну Рафаэля, Мне не смешно, когда фигляр презренный Пародией бесчестит Алигьери.

    Мне не смешно, когда маляр негодный Мне пачкает Мадонну Рафаэля, Мне не смешно, когда фигляр презренный Пародией бесчестит Алигьери.

    — Сальери · книга
13. «

    Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлености и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и ловкость удивительны.

    Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлености и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и ловкость удивительны.

    — Путешествие из Москвы в Петербург · книга
14. «

    Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье. Но, как вино — печаль минувших дней В моей душе чем старе, тем сильней. Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе Грядущего волнуемое море.

    Безумных лет угасшее веселье Мне тяжело, как смутное похмелье. Но, как вино — печаль минувших дней В моей душе чем старе, тем сильней. Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе Грядущего волнуемое море.
15. «

    Мгновенно сердце молодое Горит и гаснет. В нем любовь Проходит и приходит вновь, В нем чувство каждый день иное.

    Мгновенно сердце молодое Горит и гаснет. В нем любовь Проходит и приходит вновь, В нем чувство каждый день иное.

    — Полтава · книга
16. «

    Адриатические волны, О Брента! нет, увижу вас И вдохновенья снова полный, Услышу ваш волшебный глас! Он свят для внуков Аполлона; По гордой лире Альбиона Он мне знаком, он мне родной. Ночей Италии златой Я негой наслажусь на воле, С венецианкою младой, То горделивой, то немой, Плывя в таинственной гондоле; С ней обретут уста мои Язык Петрарки и любви.

    Адриатические волны, О Брента! нет, увижу вас И вдохновенья снова полный, Услышу ваш волшебный глас! Он свят для внуков Аполлона; По гордой лире Альбиона Он мне знаком, он мне родной. Ночей Италии златой Я негой наслажусь на воле, С венецианкою младой, То горделивой, то немой, Плывя в таинственной гондоле; С ней обретут уста мои Язык Петрарки и любви.

    — Евгений Онегин · книга
17. «

    ...да ведь на чужой рот пуговицы не нашьешь.

    ...да ведь на чужой рот пуговицы не нашьешь.

    — Антон · книга
18. «

    И вот: по родственным обедам Развозят Таню каждый день Представить бабушкам и дедам Ее рассеянную лень. Родне, прибывшей издалеча, И восклицанья, и хлеб-соль. «Как Таня выросла! Давно ль Я, кажется, тебя крестила? А я так на руки брала! А я так за уши драла! А я так пряником кормила!» И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»

    И вот: по родственным обедам Развозят Таню каждый день Представить бабушкам и дедам Ее рассеянную лень. Родне, прибывшей издалеча, И восклицанья, и хлеб-соль. «Как Таня выросла! Давно ль Я, кажется, тебя крестила? А я так на руки брала! А я так за уши драла! А я так пряником кормила!» И хором бабушки твердят: «Как наши годы-то летят!»

    — Евгений Онегин · книга
19. «

    Увы, на разные забавы Я много жизни погубил! Но если б не страдали нравы, Я балы б до сих пор любил.

    Увы, на разные забавы Я много жизни погубил! Но если б не страдали нравы, Я балы б до сих пор любил.

    — Евгений Онегин · книга
20. «

    Критики у нас не существует, палки как-то неприличны; о поединке и смех и грех было и думать: то ли дело цып-цып или цыц-цыц.

    Критики у нас не существует, палки как-то неприличны; о поединке и смех и грех было и думать: то ли дело цып-цып или цыц-цыц.