33 цитаты Александры Макаровы

Подборка из 33 цитаты Александры Макаровы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда железный занавес, который ты тщательно возводил долгие годы, крошится как мел, обнажается истина, и можно легко стать тем, кем хотел быть всегда, но боялся. Величайшая ценность — перестать играть в прятки с самим собой. Если не стыдно смотреть в глаза собственному отражению — ты победил.

   Когда железный занавес, который ты тщательно возводил долгие годы, крошится как мел, обнажается истина, и можно легко стать тем, кем хотел быть всегда, но боялся. Величайшая ценность — перестать играть в прятки с самим собой. Если не стыдно смотреть в глаза собственному отражению — ты победил.

   — Нас рано хоронить · книга
2. «

   Я выбрала тебя по запаху. Знаешь, бывает, что картинка визуально прекрасна, а в жизни человек абсолютно безвкусный, пахнущий пустотой, прозрачностью. С тобой по-другому. Первый раз глаза в глаза, помнишь, ты опоздал в тот день? И бутоны меж ребер расцвели, а вокруг нас аромат, терпкий, насыщенный, густой, его даже можно было потрогать, с наслаждением окуная пальцы. И что бы дальше не произошло, эти оттенки останутся в памяти навсегда. Закрою глаза где-нибудь на другом конце планеты, а ты во мне. Даже после сквозного проветривания.

   Я выбрала тебя по запаху. Знаешь, бывает, что картинка визуально прекрасна, а в жизни человек абсолютно безвкусный, пахнущий пустотой, прозрачностью. С тобой по-другому. Первый раз глаза в глаза, помнишь, ты опоздал в тот день? И бутоны меж ребер расцвели, а вокруг нас аромат, терпкий, насыщенный, густой, его даже можно было потрогать, с наслаждением окуная пальцы. И что бы дальше не произошло, эти оттенки останутся в памяти навсегда. Закрою глаза где-нибудь на другом конце планеты, а ты во мне. Даже после сквозного проветривания.

   — Нас рано хоронить · книга
3. «

   Капельки на стекле после дождя — это различные жизненные ситуации, через которые мы прошли. Они вместе создают загадочную картинку, однако на самом деле мешают отчетливо видеть. Искажают. Вводят в заблуждение. Все смотрят на мир сквозь призму собственного опыта, потирая шишки на голове от многочисленных ударов, поэтому никогда нельзя точно сказать, что есть истина. Проще оставить так и многозначительно молчать, а можно открыть окно и протереть его как следует, но тут нужен грамотный психолог или верный друг.

   Капельки на стекле после дождя — это различные жизненные ситуации, через которые мы прошли. Они вместе создают загадочную картинку, однако на самом деле мешают отчетливо видеть. Искажают. Вводят в заблуждение. Все смотрят на мир сквозь призму собственного опыта, потирая шишки на голове от многочисленных ударов, поэтому никогда нельзя точно сказать, что есть истина. Проще оставить так и многозначительно молчать, а можно открыть окно и протереть его как следует, но тут нужен грамотный психолог или верный друг.

   — Нас рано хоронить · книга
4. «

   Сломанные дети. Слишком рано. Слишком страшно. Они погрузились во тьму еще до того, как познали все радости света.

   Сломанные дети. Слишком рано. Слишком страшно. Они погрузились во тьму еще до того, как познали все радости света.

   — Нас рано хоронить · книга
5. «

   Смело смотреть вперед может далеко не каждый. Реализовывать свои мечты страшно, ступить в неизвестность еще страшнее, ведь никто не гарантирует, что все задуманное получится, кроме того, окружающие начинают дергать за юбку со словами: «куда ты полезла», «слишком много на себя берешь», «хватит верить в сказки», «останешься у разбитого корыта» и мои любимые фразы «найди нормальную работу» и «выйди наконец-то замуж». Бестактность – наше все.

   Смело смотреть вперед может далеко не каждый. Реализовывать свои мечты страшно, ступить в неизвестность еще страшнее, ведь никто не гарантирует, что все задуманное получится, кроме того, окружающие начинают дергать за юбку со словами: «куда ты полезла», «слишком много на себя берешь», «хватит верить в сказки», «останешься у разбитого корыта» и мои любимые фразы «найди нормальную работу» и «выйди наконец-то замуж». Бестактность – наше все.

   — Мой личный драмтеатр · книга
6. «

   Не писать для того, кто этим живет, губительно. Слова, спрятанные от мира, начинают драться с твоими клетками, разъедая организм изнутри. Они бьются о стенки кровеносных сосудов, пытаясь выбраться, не понимая и не принимая заточения. То в сердце, то в печени раздаются протестные возгласы с требование свободы. Самые главные из них объединяются в предложения, они становятся сильнее, группируются, вооружаются метафорами и эпитетами и выходят из-под контроля. Если продолжать делать вид, что их не существует, продолжать играть в прятки или предлагать сделки, рано или поздно не узнаешь своего отражения в зеркале. Протяни им руку и вытащи с баррикад на бумагу. Они нужны людям, они нужны тебе…

   Не писать для того, кто этим живет, губительно. Слова, спрятанные от мира, начинают драться с твоими клетками, разъедая организм изнутри. Они бьются о стенки кровеносных сосудов, пытаясь выбраться, не понимая и не принимая заточения. То в сердце, то в печени раздаются протестные возгласы с требование свободы. Самые главные из них объединяются в предложения, они становятся сильнее, группируются, вооружаются метафорами и эпитетами и выходят из-под контроля. Если продолжать делать вид, что их не существует, продолжать играть в прятки или предлагать сделки, рано или поздно не узнаешь своего отражения в зеркале. Протяни им руку и вытащи с баррикад на бумагу. Они нужны людям, они нужны тебе…

   — Нас рано хоронить · книга
7. «

   Когда тебе за тридцать, а не семнадцать, начинаешь ценить в людях определенные морально-этические качества, а не материальные показатели. Все чаще личность превращается в мешок, кто-то в мешок с деньгами, а кто-то в мешок с фекалиями. В моем окружении место только надежным людям, честным и принципиальным, с сильным духом и четкими идеалами. Если человек не сдержит свое обещание – не будет ему веры никогда. Если спешит на помощь в любое время дня и ночи – это показательнее любых слов. В одной из прошлых жизней я наверняка была мушкетером, потому что до сих пор ценю такие понятия, как честь и достоинство.

   Когда тебе за тридцать, а не семнадцать, начинаешь ценить в людях определенные морально-этические качества, а не материальные показатели. Все чаще личность превращается в мешок, кто-то в мешок с деньгами, а кто-то в мешок с фекалиями. В моем окружении место только надежным людям, честным и принципиальным, с сильным духом и четкими идеалами. Если человек не сдержит свое обещание – не будет ему веры никогда. Если спешит на помощь в любое время дня и ночи – это показательнее любых слов. В одной из прошлых жизней я наверняка была мушкетером, потому что до сих пор ценю такие понятия, как честь и достоинство.

   — Мой личный драмтеатр · книга
8. «

   Начинаю верить в прочитанную недавно теорию, что все в жизни не случайно. Любая встреча, любое событие – это результат каких-либо действий в прошлом. Каждый притягивает то, что желает, открыто или на уровне подсознания. Сама себе возмущенно отвечаю, что уж болезни то я точно не желала, но потом вспоминаю, как отчаянно хотела внимания, заботы и поддержки. Я устала от своей жизни и хотела отдохнуть, притормозить, найти время на самоанализ и размышления о будущем. Вот и получила. Только еще одна проблема заключается в том, что к этому привыкаешь. Когда можно снять с себя ответственность за свою жизнь по очень веской причине, и при этом не мучиться угрызениями совести, создается новая «зона комфорта», а ведь можно до этого и не доводить, а просто открыто сказать «мне плохо, оставьте меня в покое», или наоборот «побудь со мной», «я нуждаюсь в твоей помощи». Вроде бы элементарно, но на самом деле очень сложно. Говорить о своих чувствах вообще самое сложное, по крайней мере, для меня, но я учусь. Если человеку заноза в пятке мешает ходить, он же ее достает, мажет зеленкой и снова бежит вперед, а если заноза в душе, то ее почему-то принято игнорировать, прятать, делать вид, как будто не болит, но в этом случае за долгие годы можно столько заноз нацеплять, что при вскрытии изнутри будешь похож на ежика.

   Начинаю верить в прочитанную недавно теорию, что все в жизни не случайно. Любая встреча, любое событие – это результат каких-либо действий в прошлом. Каждый притягивает то, что желает, открыто или на уровне подсознания. Сама себе возмущенно отвечаю, что уж болезни то я точно не желала, но потом вспоминаю, как отчаянно хотела внимания, заботы и поддержки. Я устала от своей жизни и хотела отдохнуть, притормозить, найти время на самоанализ и размышления о будущем. Вот и получила. Только еще одна проблема заключается в том, что к этому привыкаешь. Когда можно снять с себя ответственность за свою жизнь по очень веской причине, и при этом не мучиться угрызениями совести, создается новая «зона комфорта», а ведь можно до этого и не доводить, а просто открыто сказать «мне плохо, оставьте меня в покое», или наоборот «побудь со мной», «я нуждаюсь в твоей помощи». Вроде бы элементарно, но на самом деле очень сложно. Говорить о своих чувствах вообще самое сложное, по крайней мере, для меня, но я учусь. Если человеку заноза в пятке мешает ходить, он же ее достает, мажет зеленкой и снова бежит вперед, а если заноза в душе, то ее почему-то принято игнорировать, прятать, делать вид, как будто не болит, но в этом случае за долгие годы можно столько заноз нацеплять, что при вскрытии изнутри будешь похож на ежика.

   — Мой личный драмтеатр · книга
9. «

   Пустота. Как она, оказывается, многогранна. И ощутима. Ее можно потрогать руками, в нее можно окунуться, в ней можно спрятаться и потеряться. Но в пустоте очень сложно дышать. Она хватает тебя за горло ледяной рукой, проводит когтями по ребрам, пока не вонзится в еле бьющееся сердце.

   Пустота. Как она, оказывается, многогранна. И ощутима. Ее можно потрогать руками, в нее можно окунуться, в ней можно спрятаться и потеряться. Но в пустоте очень сложно дышать. Она хватает тебя за горло ледяной рукой, проводит когтями по ребрам, пока не вонзится в еле бьющееся сердце.

   — Мой личный драмтеатр · книга
10. «

    Если сложно дышать — закройте глаза. Вспомните запах теплого хлеба. Почувствуйте на губах вкус сливочного сыра. Он как поцелуй с любимым человеком. Особенный. Чужие губы пахнут неловкостью и ошибками. Родные — осмысленным наслаждением, тихой радостью, что есть кому вдохнуть в тебя кислород, наполнить тебя жизнью.

    Если сложно дышать — закройте глаза. Вспомните запах теплого хлеба. Почувствуйте на губах вкус сливочного сыра. Он как поцелуй с любимым человеком. Особенный. Чужие губы пахнут неловкостью и ошибками. Родные — осмысленным наслаждением, тихой радостью, что есть кому вдохнуть в тебя кислород, наполнить тебя жизнью.

    — Нас рано хоронить · книга
11. «

    Взрослым почему-то нет дела до детских переживаний, они готовы закрыть глаза даже на самые вопиющие события, лишь бы не напрягаться, ведь своих проблем полно, а подростки, по их мнению, обуреваемые гормонами, часто выдумывают, сочиняют, приукрашивают. А потом эти же взрослые удивляются — почему даже их собственные дети становятся абсолютно чужими, незнакомыми, закрытыми, нервными.

    Взрослым почему-то нет дела до детских переживаний, они готовы закрыть глаза даже на самые вопиющие события, лишь бы не напрягаться, ведь своих проблем полно, а подростки, по их мнению, обуреваемые гормонами, часто выдумывают, сочиняют, приукрашивают. А потом эти же взрослые удивляются — почему даже их собственные дети становятся абсолютно чужими, незнакомыми, закрытыми, нервными.

    — Нас рано хоронить · книга
12. «

    Капли дождя энергично молотили по асфальту, превращая ямы в маленькие бассейны для голубей. Невыносимо легкий запах чистоты окутывал одиноких прохожих, проникая в ноздри без всякого стеснения. От этого мысли начинали парить, становились воздушными, изящными, невесомыми. По венам бежали пузырьки радости, как дети на стадионе, обгоняя друг друга с заливистым смехом.

    Капли дождя энергично молотили по асфальту, превращая ямы в маленькие бассейны для голубей. Невыносимо легкий запах чистоты окутывал одиноких прохожих, проникая в ноздри без всякого стеснения. От этого мысли начинали парить, становились воздушными, изящными, невесомыми. По венам бежали пузырьки радости, как дети на стадионе, обгоняя друг друга с заливистым смехом.

    — Нас рано хоронить · книга
13. «

    Этой растрепанной душе отчаянно хотелось набить карманы семенами цветов, чтобы при каждом шаге высыпались. Оставлять следы из ромашек, а не рваные раны от шпилек, пронзающих землю. Только это значило бы обречь белоснежные создания природы на верную гибель от тлеющих углей, из которых она состояла, как и людей, случайно задетых плечом.

    Этой растрепанной душе отчаянно хотелось набить карманы семенами цветов, чтобы при каждом шаге высыпались. Оставлять следы из ромашек, а не рваные раны от шпилек, пронзающих землю. Только это значило бы обречь белоснежные создания природы на верную гибель от тлеющих углей, из которых она состояла, как и людей, случайно задетых плечом.

    — Нас рано хоронить · книга
14. «

    Вы одержимы, утратили здравый смысл во имя реализации безумных идей, которые приносят безумные деньги. Так еще и пропагандируете эти идеи, это маниакальное стремление к успеху любой ценой! Призываете жить одним днем, покупать и потреблять, игнорируя реальность. В погоне за навязанными рекламой идеалами люди гибнут, а на их месте остаются лишь манекены, мертвые внутри, но тщательно вылизанные снаружи.

    Вы одержимы, утратили здравый смысл во имя реализации безумных идей, которые приносят безумные деньги. Так еще и пропагандируете эти идеи, это маниакальное стремление к успеху любой ценой! Призываете жить одним днем, покупать и потреблять, игнорируя реальность. В погоне за навязанными рекламой идеалами люди гибнут, а на их месте остаются лишь манекены, мертвые внутри, но тщательно вылизанные снаружи.

    — Нас рано хоронить · книга
15. «

    Когда упиваешься своим страданием, оно прорастает в тебе, пускает корни, вплетается ветвями в вены и артерии, лишая личности, ломая характер, уничтожая все, что в тебе было в той, прошлой жизни.

    Когда упиваешься своим страданием, оно прорастает в тебе, пускает корни, вплетается ветвями в вены и артерии, лишая личности, ломая характер, уничтожая все, что в тебе было в той, прошлой жизни.

    — Мой личный драмтеатр · книга
16. «

    Не существует хороших и плохих жен/мужей/друзей/любовников. Есть подходящие лично вам люди и неподходящие. Если пазл не складывается — не мучайте друг друга, найдите в себе смелость это признать. Уметь отпускать, так же, как и уметь уходить — это про достоинство.

    Не существует хороших и плохих жен/мужей/друзей/любовников. Есть подходящие лично вам люди и неподходящие. Если пазл не складывается — не мучайте друг друга, найдите в себе смелость это признать. Уметь отпускать, так же, как и уметь уходить — это про достоинство.

    — Нас рано хоронить · книга
17. «

    Старательно играя на публику, дома многие сбрасывают маски, как верхнюю одежду, показывая свою истинную сущность.

    Старательно играя на публику, дома многие сбрасывают маски, как верхнюю одежду, показывая свою истинную сущность.

    — Мой личный драмтеатр · книга
18. «

    Какой бы ни был сильный человек, или зверь, забота нужна всем, особенно, когда этот сильный человек «ломается». Нужны теплые руки, их ласковое прикосновение, добрый взгляд, молчаливое единение и надежная защита. Склонить голову пред тем, кому ты доверяешь, не стыдно, только найти «своего человека» дано, наверное, не каждому. Мы ошибаемся, испытываем боль, а потом, застегиваясь на все пуговки внутри себя, из-за страха испытать это снова, часто упускаем что-то действительно важное. Играя роли, забываем о простых эмоциональных потребностях и пытаемся доказать самим себе, что это лишнее бремя.

    Какой бы ни был сильный человек, или зверь, забота нужна всем, особенно, когда этот сильный человек «ломается». Нужны теплые руки, их ласковое прикосновение, добрый взгляд, молчаливое единение и надежная защита. Склонить голову пред тем, кому ты доверяешь, не стыдно, только найти «своего человека» дано, наверное, не каждому. Мы ошибаемся, испытываем боль, а потом, застегиваясь на все пуговки внутри себя, из-за страха испытать это снова, часто упускаем что-то действительно важное. Играя роли, забываем о простых эмоциональных потребностях и пытаемся доказать самим себе, что это лишнее бремя.

    — Мой личный драмтеатр · книга
19. «

    Когда уходит злость на человека, с которым тебя когда-то связывали отношения, остается только умиротворение. Появляется забытая нежность, но с привкусом грусти, ведь подсознательно ты понимаешь, что ничего не вернуть назад, однако пытаешься верить, что не все потеряно, что всегда есть шанс возродить былые чувства, вспоминая легенду о птице фениксе.

    Когда уходит злость на человека, с которым тебя когда-то связывали отношения, остается только умиротворение. Появляется забытая нежность, но с привкусом грусти, ведь подсознательно ты понимаешь, что ничего не вернуть назад, однако пытаешься верить, что не все потеряно, что всегда есть шанс возродить былые чувства, вспоминая легенду о птице фениксе.

    — Мой личный драмтеатр · книга
20. «

    Многие годы в моем окружении были люди, которые не могли до меня дотянуться, поэтому тащили изо всех сил вниз, уговаривая «быть как все», «довольствоваться тем, что есть», «забыть глупые мечты». Я слушала и покорно кивала с унылым лицом, пока меня не бомбануло. Я четко осознала почему они поступают тем или иным образом, какие преследуют цели, какими мучаются комплексами. И мне вдруг стало настолько наплевать на то, что раньше казалось важным, наплевать на эту мышиную возню, на бабские интрижки, на то, что обо мне думают по сути абсолютно посторонние люди. У меня одна жизнь и только я решаю как ее прожить.

    Многие годы в моем окружении были люди, которые не могли до меня дотянуться, поэтому тащили изо всех сил вниз, уговаривая «быть как все», «довольствоваться тем, что есть», «забыть глупые мечты». Я слушала и покорно кивала с унылым лицом, пока меня не бомбануло. Я четко осознала почему они поступают тем или иным образом, какие преследуют цели, какими мучаются комплексами. И мне вдруг стало настолько наплевать на то, что раньше казалось важным, наплевать на эту мышиную возню, на бабские интрижки, на то, что обо мне думают по сути абсолютно посторонние люди. У меня одна жизнь и только я решаю как ее прожить.

    — Мой личный драмтеатр · книга