30 цитат Алексея Иванова

Подборка из 30 цитат Алексея Иванова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   У меня тоже любовника сроду не было — так, уроды какие-то... Любовницу найти, наверное, потруднее, чем жену.

   У меня тоже любовника сроду не было — так, уроды какие-то... Любовницу найти, наверное, потруднее, чем жену.

   — Ветка · книга
2. «

   Мы никогда не ошибаемся, если рассчитываем на человеческое свинство... Ошибаемся, лишь когда рассчитываем на порядочность. Что значит «исправить свои ошибки»? Изжить в себе веру в людей?... Самые большие наши ошибки – это самые большие наши победы.

   Мы никогда не ошибаемся, если рассчитываем на человеческое свинство... Ошибаемся, лишь когда рассчитываем на порядочность. Что значит «исправить свои ошибки»? Изжить в себе веру в людей?... Самые большие наши ошибки – это самые большие наши победы.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
3. «

   Все указатели судьбы годятся только на то, чтобы сбить с дороги.

   Все указатели судьбы годятся только на то, чтобы сбить с дороги.

   — Географ глобус пропил · книга
4. «

   Благодать — не медный пятак, — от человека к человеку переходит и не стирается.

   Благодать — не медный пятак, — от человека к человеку переходит и не стирается.

   — Золото бунта, или вниз по реке теснин · книга
5. «

   Мне больно. Но я обречённо рад этой боли. Это — боль моей жизни.

   Мне больно. Но я обречённо рад этой боли. Это — боль моей жизни.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
6. «

   Умные ведь не бывают злыми – только жестокими.

   Умные ведь не бывают злыми – только жестокими.

   — Общага-На-Крови · книга
7. «

   Где брезгливость к чужой душе, там гордость.

   Где брезгливость к чужой душе, там гордость.

   — Золото бунта, или вниз по реке теснин · книга
8. «

   Сколько не прикидывайся дураком, всегда найдётся кто-нибудь дурее тебя, так что этим не выделишься.

   Сколько не прикидывайся дураком, всегда найдётся кто-нибудь дурее тебя, так что этим не выделишься.

   — Кира Валерьевна · книга
9. «

   Дай Бог мне никому не быть залогом его счастья. Дай Бог мне никого не иметь залогом своего счастья. И ещё, дай Бог мне любить людей и быть любимым ими. Иного примирения на земле я не вижу.

   Дай Бог мне никому не быть залогом его счастья. Дай Бог мне никого не иметь залогом своего счастья. И ещё, дай Бог мне любить людей и быть любимым ими. Иного примирения на земле я не вижу.

   — Виктор Сергеевич Служкин · книга
10. «

    Пусть что угодно, но только не любовь. Я хочу веры в мир и в то, что я делаю. Я хочу твёрдо стоять на ногах, не желать ничего более и не ждать неизбежного удара в спину.

    Пусть что угодно, но только не любовь. Я хочу веры в мир и в то, что я делаю. Я хочу твёрдо стоять на ногах, не желать ничего более и не ждать неизбежного удара в спину.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
11. «

    Лидер — это тот, кто лидер до конца.

    Лидер — это тот, кто лидер до конца.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
12. «

    До Нового Года остаётся полчаса. Прошедший год был разный — хороший и плохой, тяжёлый и лёгкий. Давайте в оставшееся время помолчим и вспомним то, чего потом не будем уже вспоминать, чтобы войти в будущее без лишнего багажа.

    До Нового Года остаётся полчаса. Прошедший год был разный — хороший и плохой, тяжёлый и лёгкий. Давайте в оставшееся время помолчим и вспомним то, чего потом не будем уже вспоминать, чтобы войти в будущее без лишнего багажа.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
13. «

    Я вам всем вообще не верю, сколько бы вы не клялись. Клятвам верят, когда человек, их дающий, уважает себя.

    Я вам всем вообще не верю, сколько бы вы не клялись. Клятвам верят, когда человек, их дающий, уважает себя.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
14. «

    Я чувствую, что очень многого не добрал. Мне мало.

    Я чувствую, что очень многого не добрал. Мне мало.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
15. «

    Мосты — самое доброе изобретение человечества. Они всегда соединяют.

    Мосты — самое доброе изобретение человечества. Они всегда соединяют.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
16. «

    Не педагог, тем более — не учитель. Но ведь я и не монстр, чтобы мною пугать. Я им не друг, не приятель, не старший товарищ и не клёвый чувак. Я не начальник, я и не подчинённый. Я им не свой, но и не чужой. Я не затычка в каждой бочке, но и не посторонний. Я не собутыльник, но и не полицейский. Я им не опора, но и не ловушка и не камень на обочине. Я им не нужен позарез, но и обойтись без меня они не смогут. Я не проводник, но и не клоун. Я — вопрос, на который каждый из них должен ответить.

    Не педагог, тем более — не учитель. Но ведь я и не монстр, чтобы мною пугать. Я им не друг, не приятель, не старший товарищ и не клёвый чувак. Я не начальник, я и не подчинённый. Я им не свой, но и не чужой. Я не затычка в каждой бочке, но и не посторонний. Я не собутыльник, но и не полицейский. Я им не опора, но и не ловушка и не камень на обочине. Я им не нужен позарез, но и обойтись без меня они не смогут. Я не проводник, но и не клоун. Я — вопрос, на который каждый из них должен ответить.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
17. «

    Знаешь, я не люблю, когда мне показывают голый, грязный зад и при этом радуются.

    Знаешь, я не люблю, когда мне показывают голый, грязный зад и при этом радуются.

    — Географ глобус пропил · книга
18. «

    Страсть — это жизнь гордыни.

    Страсть — это жизнь гордыни.

    — Золото бунта, или вниз по реке теснин · книга
19. «

    — Виктор Сергеевич, вы умеете первую медицинскую помощь оказывать? — Последнюю умею. Медными пятаками глаза закрывать.

    — Виктор Сергеевич, вы умеете первую медицинскую помощь оказывать? — Последнюю умею. Медными пятаками глаза закрывать.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга
20. «

    Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

    Мне кажется, что в душе я заложил Машу кирпичами, как окно в стене. В душе лишь легкий сквозняк от новой дыры где-то в районе сердца — оттуда, откуда я наломал кирпичи.

    — Виктор Сергеевич Служкин · книга