113 цитат Алессандро Барикко, которые цепляют

Ниже 113 цитат Алессандро Барикко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я не верю в Историю. История – оптический обман. Ее делают единицы, а приписывают всему человечеству. Но это неправда. История – дело немногих.

   Я не верю в Историю. История – оптический обман. Ее делают единицы, а приписывают всему человечеству. Но это неправда. История – дело немногих.

   — Такая история · книга
2. «

   Джаспер Гвин спросил себя, увидятся ли они когда-нибудь ещё, и решил — да, увидятся, где-нибудь, но через много лет, посреди другого одиночества.

   Джаспер Гвин спросил себя, увидятся ли они когда-нибудь ещё, и решил — да, увидятся, где-нибудь, но через много лет, посреди другого одиночества.

   — Мистер Гвин · книга
3. «

   Когда человек рассказывает тебе с абсолютной точностью, какой запах стоит на улице Бертам сразу же после дождя, нельзя утверждать, что он сумасшедший, лишь по той идиотской причине, что на улице Бертам он никогда не был. В чьих-то глазах, в чьих-то словах он по-настоящему вдыхал этот воздух. На свой лад, но по-настоящему.

   Когда человек рассказывает тебе с абсолютной точностью, какой запах стоит на улице Бертам сразу же после дождя, нельзя утверждать, что он сумасшедший, лишь по той идиотской причине, что на улице Бертам он никогда не был. В чьих-то глазах, в чьих-то словах он по-настоящему вдыхал этот воздух. На свой лад, но по-настоящему.

   — 1900. Легенда о пианисте · книга
4. «

   Если уж не обойтись без людей, пускай себе парят где-нибудь в вышине.

   Если уж не обойтись без людей, пускай себе парят где-нибудь в вышине.

   — Море-океан · книга
5. «

   Однако, любой человек, привыкший жить в мундире, в конце концов, и мыслит тоже в мундире.

   Однако, любой человек, привыкший жить в мундире, в конце концов, и мыслит тоже в мундире.

   — 1900. Легенда о пианисте · книга
6. «

   ... счастлив цветок, расцветший там, где посадил его Господь.

   ... счастлив цветок, расцветший там, где посадил его Господь.

   — Замки гнева · книга
7. «

   … Тебе восемнадцать лет, ну, откровенно говоря, в этом возрасте нельзя быть по-настоящему красивой, но все же, по крайней мере, необходимо быть страшно привлекательной, в этом не может быть никакого сомнения…

   … Тебе восемнадцать лет, ну, откровенно говоря, в этом возрасте нельзя быть по-настоящему красивой, но все же, по крайней мере, необходимо быть страшно привлекательной, в этом не может быть никакого сомнения…

   — Мать · книга
8. «

   Джасперу Гвину нравилась мысль, что все его сбережения горят синим пламенем, что он рискует деньгами ради ремесла, которого, возможно, и не существует вовсе. Он желал быть припёртым к стене, ибо только в таком случае оставался шанс обнаружить искомое в себе самом.

   Джасперу Гвину нравилась мысль, что все его сбережения горят синим пламенем, что он рискует деньгами ради ремесла, которого, возможно, и не существует вовсе. Он желал быть припёртым к стене, ибо только в таком случае оставался шанс обнаружить искомое в себе самом.

   — Мистер Гвин · книга
9. «

   – Предательство вещей. Знаете, о чем я говорю? – Нет. – Это очень поучительно: обнаружить, что предметы не несут в себе ничего из того смысла, который мы им придаем. Достаточно косвенного обстоятельства, малейшего смещения траектории, и в единый миг они становятся кусочком совсем другой истории.

   – Предательство вещей. Знаете, о чем я говорю? – Нет. – Это очень поучительно: обнаружить, что предметы не несут в себе ничего из того смысла, который мы им придаем. Достаточно косвенного обстоятельства, малейшего смещения траектории, и в единый миг они становятся кусочком совсем другой истории.

   — дядя · книга
10. «

    Рассказать о войне — значит предотвратить следующую войну.

    Рассказать о войне — значит предотвратить следующую войну.

    — 1900. Легенда о пианисте · книга
11. «

    Люди никогда не бывают настолько далеки, чтобы не найти друг друга...

    Люди никогда не бывают настолько далеки, чтобы не найти друг друга...

    — Море-океан · книга
12. «

    Я хочу сказать, что рано или поздно он перестанет доставать меня всюду, куда бы я ни пошёл, и я почувствую облегчение, как будто в комнате работал холодильник и вдруг заглох; но и тут же неизбежную растерянность – вам, наверное, такое чувство знакомо, когда вы не уверены, что справитесь с наступившей внезапно тишиной, и, скорее всего, не достигнете её высоты.

    Я хочу сказать, что рано или поздно он перестанет доставать меня всюду, куда бы я ни пошёл, и я почувствую облегчение, как будто в комнате работал холодильник и вдруг заглох; но и тут же неизбежную растерянность – вам, наверное, такое чувство знакомо, когда вы не уверены, что справитесь с наступившей внезапно тишиной, и, скорее всего, не достигнете её высоты.

    — Мистер Гвин · книга
13. «

    — Окончательные решения всегда принимаются в том состоянии духа, которому не суждено продлиться. — Кто это сказал? — Марсель Пруст. Этот никогда не ошибается.

    — Окончательные решения всегда принимаются в том состоянии духа, которому не суждено продлиться. — Кто это сказал? — Марсель Пруст. Этот никогда не ошибается.

    — Мистер Гвин · книга
14. «

    У Лангле она научилась тому, что из всех возможных жизней надо выбрать одну и с лёгким сердцем наблюдать за остальными.

    У Лангле она научилась тому, что из всех возможных жизней надо выбрать одну и с лёгким сердцем наблюдать за остальными.

    — Море-океан · книга
15. «

    Я и не жаждала счастья, нет. Я хотела... спастись, да, да, именно спастись. Но слишком поздно поняла, в какую сторону идти: в сторону желаний. Люди полагают, будто их спасет что-то еще: долг, честь, доброта, справедливость. Нет. Спасают желания. Только они истинны. Будь с ними – и ты спасешься. Слишком поздно я это поняла. Если дать жизни время, она так к тебе повернется, что уже ничего не переделать, и тогда всякое твое желание приносит сплошные мучения. Тут-то все и рушится, и деваться уже некуда, и чем сильнее мечешься, тем сильнее запутываешься, чем больше рыпаешься, тем больше набиваешь шишек. Замкнутый круг. Когда было слишком поздно, я начала желать. Изо всех сил. И причинила себе такие муки, о которых ты и не подозреваешь.

    Я и не жаждала счастья, нет. Я хотела... спастись, да, да, именно спастись. Но слишком поздно поняла, в какую сторону идти: в сторону желаний. Люди полагают, будто их спасет что-то еще: долг, честь, доброта, справедливость. Нет. Спасают желания. Только они истинны. Будь с ними – и ты спасешься. Слишком поздно я это поняла. Если дать жизни время, она так к тебе повернется, что уже ничего не переделать, и тогда всякое твое желание приносит сплошные мучения. Тут-то все и рушится, и деваться уже некуда, и чем сильнее мечешься, тем сильнее запутываешься, чем больше рыпаешься, тем больше набиваешь шишек. Замкнутый круг. Когда было слишком поздно, я начала желать. Изо всех сил. И причинила себе такие муки, о которых ты и не подозреваешь.

    — Море-океан · книга
16. «

    И не надо думать, что существуют вещи, которые происходят случайно, нет.

    И не надо думать, что существуют вещи, которые происходят случайно, нет.

    — 1900. Легенда о пианисте · книга
17. «

    Выйдя на улицу, он решительно направился к своему доверенному парикмахеру с твердым намерением обриться наголо. Ему повезло. Парикмахерская была закрыта на ремонт.

    Выйдя на улицу, он решительно направился к своему доверенному парикмахеру с твердым намерением обриться наголо. Ему повезло. Парикмахерская была закрыта на ремонт.

    — Мистер Гвин · книга
18. «

    — Вы что, боитесь? — Да. — Отлично. Если не бояться, ничего хорошего не выйдет.

    — Вы что, боитесь? — Да. — Отлично. Если не бояться, ничего хорошего не выйдет.

    — Мистер Гвин · книга
19. «

    У глупости легкая поступь, не касаясь земли, она ходит по головам человеческим и уловляет нас в сети свои, когда ей заблагорассудится.

    У глупости легкая поступь, не касаясь земли, она ходит по головам человеческим и уловляет нас в сети свои, когда ей заблагорассудится.

    — Гомер. Илиада · книга
20. «

    Волшебное чувство. Когда судьба, наконец, раскрывается и стелется впереди ровной дорожкой, и путь и назначение ясны.

    Волшебное чувство. Когда судьба, наконец, раскрывается и стелется впереди ровной дорожкой, и путь и назначение ясны.

    — Море-океан · книга