35 мыслей Анатолого Брусникина без воды

Подборка из 35 цитат Анатолого Брусникина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мужчина, долго находящийся на войне, довольно скоро начинает понимать, что всё лучшее, истинно ценное в жизни связано с женщинами, и, может быть, худшая из мерзостей войны заключается в том, что там нет места прекрасному полу.

   Мужчина, долго находящийся на войне, довольно скоро начинает понимать, что всё лучшее, истинно ценное в жизни связано с женщинами, и, может быть, худшая из мерзостей войны заключается в том, что там нет места прекрасному полу.

   — Беллона · книга
2. «

   Клятвы... Ты даешь себе клятву, когда ломаешь свою душу в противоположном направлении. Когда все правильно, клятвы не имеют необходимости.

   Клятвы... Ты даешь себе клятву, когда ломаешь свою душу в противоположном направлении. Когда все правильно, клятвы не имеют необходимости.

   — Беллона · книга
3. «

   Может, это и было счастье, о котором сказывают сказки: когда на душе мир, покой и, главное, понимаешь свою нужность на свете.

   Может, это и было счастье, о котором сказывают сказки: когда на душе мир, покой и, главное, понимаешь свою нужность на свете.

   — Девятный спас · книга
4. «

   Танцевать Алексей умел и любил — нет короче пути к женскому сердцу и телу, чем чрез совместность дыхания, перстовое соприкосновение да единость движений.

   Танцевать Алексей умел и любил — нет короче пути к женскому сердцу и телу, чем чрез совместность дыхания, перстовое соприкосновение да единость движений.

   — Девятный спас · книга
5. «

   Секрет долголетия кавказцев в другом. В других народах, старея, человек уходит из употребления. Общество перестает им интересоваться и воспринимает как докуку, а то и обузу. Не то в здешних горах. Чем ты старее, тем больше к тебе прислушиваются. Уважение и востребованность — вот вам весь рецепт долголетия. Кабы мы, русские, ценили опыт и мудрость старых людей, и у нас жили бы до ста лет и более.

   Секрет долголетия кавказцев в другом. В других народах, старея, человек уходит из употребления. Общество перестает им интересоваться и воспринимает как докуку, а то и обузу. Не то в здешних горах. Чем ты старее, тем больше к тебе прислушиваются. Уважение и востребованность — вот вам весь рецепт долголетия. Кабы мы, русские, ценили опыт и мудрость старых людей, и у нас жили бы до ста лет и более.

   — Герой иного времени · книга
6. «

   Повидал я по-настоящему отважных людей, и немало. И скажу по опыту, что подлинный смельчак — тот, кто ведет себя с одинаковой доблестью как на людях, так и без свидетелей.

   Повидал я по-настоящему отважных людей, и немало. И скажу по опыту, что подлинный смельчак — тот, кто ведет себя с одинаковой доблестью как на людях, так и без свидетелей.

   — Герасим Илюхин · книга
7. «

   Переменить веру было немыслимо. Если вера имеет какое-то значение, она как кожа: в какой родился, в той и умрешь. Не змеи же мы, в самом деле?

   Переменить веру было немыслимо. Если вера имеет какое-то значение, она как кожа: в какой родился, в той и умрешь. Не змеи же мы, в самом деле?

   — Девлет Аслан-Гирей · книга
8. «

   Искусные в глаголе мужи древности поучают, что действенней всего начать речь не со слов, а с поступка, который поразит слушателей и заставит их внимать говорящему с удвоенным тщанием.

   Искусные в глаголе мужи древности поучают, что действенней всего начать речь не со слов, а с поступка, который поразит слушателей и заставит их внимать говорящему с удвоенным тщанием.

   — Девятный спас · книга
9. «

   Ох, верно говорят: жизнь — кому ровно поле, а кому тёмный лес.

   Ох, верно говорят: жизнь — кому ровно поле, а кому тёмный лес.

   — Лёшка-блошка · книга
10. «

    Милое дело — ночная дорога. Да со старым другом, да под звёздами, да под хороший разговор.

    Милое дело — ночная дорога. Да со старым другом, да под звёздами, да под хороший разговор.

    — Девятный спас · книга
11. «

    Любовник — одно, супруг — другое; от двух этих мужских разновидностей требуются совершенно различные достоинства.

    Любовник — одно, супруг — другое; от двух этих мужских разновидностей требуются совершенно различные достоинства.

    — Григорий Федорович Мангаров · книга
12. «

    Наука войны от века в веку делает прогресс лишь на тактическом и оперативном этажах, а на верхнем, стратегическом этаже остается неизменной.

    Наука войны от века в веку делает прогресс лишь на тактическом и оперативном этажах, а на верхнем, стратегическом этаже остается неизменной.

    — Александр Бланк · книга
13. «

    Всё равно ни с кем не поговоришь так свободно, как с собою.

    Всё равно ни с кем не поговоришь так свободно, как с собою.

    — Беллона · книга
14. «

    Опасная штука — женская проницательность, её нельзя недооценивать. Есть какой-то непонятный механизм, встроенный в женское зрение и придающий ему опасную остроту.

    Опасная штука — женская проницательность, её нельзя недооценивать. Есть какой-то непонятный механизм, встроенный в женское зрение и придающий ему опасную остроту.

    — Александр Бланк · книга
15. «

    Китайская стратегическая мудрость гласит: «Хочешь ослабить противника — вынуди его тратить силы на несущественное».

    Китайская стратегическая мудрость гласит: «Хочешь ослабить противника — вынуди его тратить силы на несущественное».

    — Беллона · книга
16. «

    Спать девочку укладывали, когда стемнеет. Поднимали с петухами. Из полезного, что после в замужестве пригодится, учили вышивать по шёлку и гадать по сарацинскому пшену.

    Спать девочку укладывали, когда стемнеет. Поднимали с петухами. Из полезного, что после в замужестве пригодится, учили вышивать по шёлку и гадать по сарацинскому пшену.

    — Девятный спас · книга
17. «

    Так или иначе, власть, существующая на благодарность, шибко щедра не бывает. Потому что привыкла быть властью. Куда обильней может наградить власть новорождённая, робкая, в себе не уверенная. Ничего не пожалеет для человека, который поможет ей на ноги встать.

    Так или иначе, власть, существующая на благодарность, шибко щедра не бывает. Потому что привыкла быть властью. Куда обильней может наградить власть новорождённая, робкая, в себе не уверенная. Ничего не пожалеет для человека, который поможет ей на ноги встать.

    — Девятный спас · книга
18. «

    — А Беллона — это, брат, богиня войны. — Баба — и войны? — удивился я. — Смерть — она тоже не мужик, — сказал рыжий и подмигнул. — Вся погибель от баб.

    — А Беллона — это, брат, богиня войны. — Баба — и войны? — удивился я. — Смерть — она тоже не мужик, — сказал рыжий и подмигнул. — Вся погибель от баб.

    — Герасим Илюхин · книга
19. «

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    — Герой иного времени · книга
20. «

    Никто не застрахован от глупой случайности, которая положит конец самому безупречному, до мелочей просчитанному предприятию.

    Никто не застрахован от глупой случайности, которая положит конец самому безупречному, до мелочей просчитанному предприятию.

    — Беллона · книга