38 цитат Анатолого Брусникина, проверенных временем

Подборка из 38 цитат Анатолого Брусникина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — А Беллона — это, брат, богиня войны. — Баба — и войны? — удивился я. — Смерть — она тоже не мужик, — сказал рыжий и подмигнул. — Вся погибель от баб.

   — А Беллона — это, брат, богиня войны. — Баба — и войны? — удивился я. — Смерть — она тоже не мужик, — сказал рыжий и подмигнул. — Вся погибель от баб.

   — Герасим Илюхин · книга
2. «

   Жизненный закон, по которому существовал Иван Иванович, гласил: человек не должен довольствоваться малым, ежели может достичь большего. Вверх надо встремиться, возвышенную душу иметь, воспарять к самым звездам — и тогда всё тебе покорится.

   Жизненный закон, по которому существовал Иван Иванович, гласил: человек не должен довольствоваться малым, ежели может достичь большего. Вверх надо встремиться, возвышенную душу иметь, воспарять к самым звездам — и тогда всё тебе покорится.

   — Честноков · книга
3. «

   Не верю людям, которые, оглядываясь на прожитые годы, гордо восклицают: «Ни о чём не жалею и ничего не стал бы исправлять!» Я и жалею, и исправил бы — да где уж?

   Не верю людям, которые, оглядываясь на прожитые годы, гордо восклицают: «Ни о чём не жалею и ничего не стал бы исправлять!» Я и жалею, и исправил бы — да где уж?

   — Григорий Федорович Мангаров · книга
4. «

   Золотое правило толкового купца: компаньон всегда должен быть уверен, что обдурил тебя.

   Золотое правило толкового купца: компаньон всегда должен быть уверен, что обдурил тебя.

   — Герой иного времени · книга
5. «

   Поди, разбери их, женщин. Помру — так и не разгадаю ихнего устройства.

   Поди, разбери их, женщин. Помру — так и не разгадаю ихнего устройства.

   — Герасим Илюхин · книга
6. «

   Насколько противоестественно человеческое общество по сравнению с природой. Там выживают сильнейшие и достойнейшие; всё слабое, хилое, робкое обречено на вымирание. В Севастополе же происходило ровно обратное. Лучшие мужчины — храбрые, стойкие, дееспособные — каждодневно гибли на бастионах. Зато самые никчемные, не способные ни на что, кроме интриганства и воровства, множились и процветали.

   Насколько противоестественно человеческое общество по сравнению с природой. Там выживают сильнейшие и достойнейшие; всё слабое, хилое, робкое обречено на вымирание. В Севастополе же происходило ровно обратное. Лучшие мужчины — храбрые, стойкие, дееспособные — каждодневно гибли на бастионах. Зато самые никчемные, не способные ни на что, кроме интриганства и воровства, множились и процветали.

   — Беллона · книга
7. «

   Мир держится на инстинктах, но человек тем и отличается от животного, что руководствуется в своих поступках не ими, а рассудком. Всякая коллизия и всякий выбор, если начнешь разбираться, сводятся к конфликту между рацио и эмоцио.

   Мир держится на инстинктах, но человек тем и отличается от животного, что руководствуется в своих поступках не ими, а рассудком. Всякая коллизия и всякий выбор, если начнешь разбираться, сводятся к конфликту между рацио и эмоцио.

   — Беллона · книга
8. «

   За какой надобностью непременно выплёскивать душу? Пускай лучше душа останется нерасплесканной.

   За какой надобностью непременно выплёскивать душу? Пускай лучше душа останется нерасплесканной.

   — Беллона · книга
9. «

   — Ведьма была она иль нет? <...> — Кто её знает... Сама она Илейке так говорила: «Несчастная баба, которая одинокая, завсегда ведьма».

   — Ведьма была она иль нет? <...> — Кто её знает... Сама она Илейке так говорила: «Несчастная баба, которая одинокая, завсегда ведьма».

   — Митьша · книга
10. «

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    А я не понимаю, на что русским расширяться за пределы наших исконных земель? Зачем нам подгребать под себя инородцев и иноверцев? Чтоб они вредили нам, чувствуя себя людьми второго сорта? И главное, что за свет такой мы им несём? Можно подумать, что жизнь наша хорошо устроена, богата и привольна. Так вроде бы нет? Что ж мы тратим силы, жизнь самых здоровых наших мужчин не на укрепление своего ветхого дома, а на разрушение домов чужих? Если бы наша изба была красна, песни веселы, а мед сладок, соседи сами стали бы проситься под нашу руку.

    — Герой иного времени · книга
11. «

    Так или иначе, власть, существующая на благодарность, шибко щедра не бывает. Потому что привыкла быть властью. Куда обильней может наградить власть новорождённая, робкая, в себе не уверенная. Ничего не пожалеет для человека, который поможет ей на ноги встать.

    Так или иначе, власть, существующая на благодарность, шибко щедра не бывает. Потому что привыкла быть властью. Куда обильней может наградить власть новорождённая, робкая, в себе не уверенная. Ничего не пожалеет для человека, который поможет ей на ноги встать.

    — Девятный спас · книга
12. «

    У кого сила, тому мошна во вред. От богатства государеву слуге одна слабость.

    У кого сила, тому мошна во вред. От богатства государеву слуге одна слабость.

    — Фёдор Юрьевич Ромадановский · книга
13. «

    Выбирая дорогу, человек должен идти в гору, а не под гору.

    Выбирая дорогу, человек должен идти в гору, а не под гору.

    — Беллона · книга
14. «

    Один человек, если он силен, бесстрашен и предприимчив, способен изменить ход истории, подстегнуть её хромающую рысь, повернуть чёртову клячу в нужном направлении.

    Один человек, если он силен, бесстрашен и предприимчив, способен изменить ход истории, подстегнуть её хромающую рысь, повернуть чёртову клячу в нужном направлении.

    — Беллона · книга
15. «

    Раньше я только догадывался, что жизнь у меня будет не такая, как у всех, а полная чудес. Отныне же я знал наверняка: жизнь и есть чудо.

    Раньше я только догадывался, что жизнь у меня будет не такая, как у всех, а полная чудес. Отныне же я знал наверняка: жизнь и есть чудо.

    — Беллона · книга
16. «

    Зряшных жертв не бывает. Не так важно, вышла ли из твоего поступка практическая польза. Важно, что ты его совершил.

    Зряшных жертв не бывает. Не так важно, вышла ли из твоего поступка практическая польза. Важно, что ты его совершил.

    — Девлет Аслан-Гирей · книга
17. «

    Храбрость, если только она происходит не от тусклости воображения, всегда является победой воли над слабостью, разума над эмоцией.

    Храбрость, если только она происходит не от тусклости воображения, всегда является победой воли над слабостью, разума над эмоцией.

    — Беллона · книга
18. «

    Спать девочку укладывали, когда стемнеет. Поднимали с петухами. Из полезного, что после в замужестве пригодится, учили вышивать по шёлку и гадать по сарацинскому пшену.

    Спать девочку укладывали, когда стемнеет. Поднимали с петухами. Из полезного, что после в замужестве пригодится, учили вышивать по шёлку и гадать по сарацинскому пшену.

    — Девятный спас · книга
19. «

    Подлинное богатство на Руси — власть.

    Подлинное богатство на Руси — власть.

    — Девятный спас · книга
20. «

    Мужчина, долго находящийся на войне, довольно скоро начинает понимать, что всё лучшее, истинно ценное в жизни связано с женщинами, и, может быть, худшая из мерзостей войны заключается в том, что там нет места прекрасному полу.

    Мужчина, долго находящийся на войне, довольно скоро начинает понимать, что всё лучшее, истинно ценное в жизни связано с женщинами, и, может быть, худшая из мерзостей войны заключается в том, что там нет места прекрасному полу.

    — Беллона · книга