272 лучших цитаты — Андре Моруа

Подборка из 272 цитаты Андре Моруы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Но это была женщина с умом твёрдым и проницательным, считавшая образцом совершенства главным образом гордость и уважение к себе самой. Она не признавала кокетства; она не нуждалась в нём, выделяясь среди женщин и без него; вызывающие манеры оскорбляли её представления о достоинстве, с которым надо держать себя. Сквозь легкомысленную эпоху, сквозь испорченный мир она прошла, не потеряв ни одного пера из своих крыльев; и, осужденная непонятной судьбой — не познать любви в браке, она разрешила великую проблему: обрести спокойствие духа и пройти жизненный путь, не зная клеветы и недоброжелательства…

   Но это была женщина с умом твёрдым и проницательным, считавшая образцом совершенства главным образом гордость и уважение к себе самой. Она не признавала кокетства; она не нуждалась в нём, выделяясь среди женщин и без него; вызывающие манеры оскорбляли её представления о достоинстве, с которым надо держать себя. Сквозь легкомысленную эпоху, сквозь испорченный мир она прошла, не потеряв ни одного пера из своих крыльев; и, осужденная непонятной судьбой — не познать любви в браке, она разрешила великую проблему: обрести спокойствие духа и пройти жизненный путь, не зная клеветы и недоброжелательства…

   — Лелия или жизнь Жорж Санд · книга
2. «

   …Все человеческие отношения, если не считать редчайших случаев бескорыстной дружбы, на одних только масках и держатся. Если обстоятельства иной раз вынуждают нас открыть вдруг всю правду тем, от кого мы привыкли её скрывать, нам вскоре приходится раскаяться в своей необдуманной откровенности.

   …Все человеческие отношения, если не считать редчайших случаев бескорыстной дружбы, на одних только масках и держатся. Если обстоятельства иной раз вынуждают нас открыть вдруг всю правду тем, от кого мы привыкли её скрывать, нам вскоре приходится раскаяться в своей необдуманной откровенности.

   — Бертран Шмит · книга
3. «

   Контрастный душ — встряска суровая, но под ним и любовь, и желание растут как на дрожжах.

   Контрастный душ — встряска суровая, но под ним и любовь, и желание растут как на дрожжах.

   — Письма незнакомке · книга
4. «

   Пока близкие нам люди живы, мы обращаемся с ними неровно — то со вниманием, то с невольным раздражением. Мы любим их, но их недостатки нам надоедают и нередко затрудняют жизнь. У нас есть свои прихоти и желания, и, если нам становится очевидно, что они идут вразрез с желаниями тех, кто нас любит, мы вступаем в сделку со своей совестью. «Разумеется, — говорим мы себе, — он (или она) будет страдать, но не могу же я постоянно приносить себя в жертву. К тому же я заглажу эту пустяковую обиду, высказав в другой раз побольше нежности». Строя подобные расчеты, мы упускаем из виду смерть. Но она является в свой срок, и уже ничего не исправить. Тогда-то и наступает время раскаяния. Смерть заставляет нас забыть слабости тех, кто ушел навсегда, оставив нам только запоздалые сожаления... Не будем же отказывать живым в той нежности, которую, терзаясь угрызениями совести, тщетно предложим тени. Помните об этом...

   Пока близкие нам люди живы, мы обращаемся с ними неровно — то со вниманием, то с невольным раздражением. Мы любим их, но их недостатки нам надоедают и нередко затрудняют жизнь. У нас есть свои прихоти и желания, и, если нам становится очевидно, что они идут вразрез с желаниями тех, кто нас любит, мы вступаем в сделку со своей совестью. «Разумеется, — говорим мы себе, — он (или она) будет страдать, но не могу же я постоянно приносить себя в жертву. К тому же я заглажу эту пустяковую обиду, высказав в другой раз побольше нежности». Строя подобные расчеты, мы упускаем из виду смерть. Но она является в свой срок, и уже ничего не исправить. Тогда-то и наступает время раскаяния. Смерть заставляет нас забыть слабости тех, кто ушел навсегда, оставив нам только запоздалые сожаления... Не будем же отказывать живым в той нежности, которую, терзаясь угрызениями совести, тщетно предложим тени. Помните об этом...

   — Письма незнакомке · книга
5. «

   К характеру следует относиться как к внешности. Когда есть чувство, в любимом не замечают ни странностей, ни морщин.

   К характеру следует относиться как к внешности. Когда есть чувство, в любимом не замечают ни странностей, ни морщин.

   — Письма незнакомке · книга
6. «

   Самые лучшие оракулы изъяснялись загадками.

   Самые лучшие оракулы изъяснялись загадками.

   — Письма незнакомке · книга
7. «

   До тех пор, пока человек зависит от мнения других и от событий внешнего мира, он крайне уязвим и непременно несчастлив.

   До тех пор, пока человек зависит от мнения других и от событий внешнего мира, он крайне уязвим и непременно несчастлив.

   — Стендаль · книга
8. «

   Не стоит ориентироваться на общественное мнение. Это не маяк, а блуждающие огни.

   Не стоит ориентироваться на общественное мнение. Это не маяк, а блуждающие огни.
9. «

   Беседа без пауз не способна ничего родить. Для созревания плода требуется время.

   Беседа без пауз не способна ничего родить. Для созревания плода требуется время.

   — Искусство беседы · книга
10. «

    Любовь нуждается в безоглядном доверии. Вместе с одеждой любящие отбрасывают прочь все страхи, подозрительность, застенчивость.

    Любовь нуждается в безоглядном доверии. Вместе с одеждой любящие отбрасывают прочь все страхи, подозрительность, застенчивость.

    — Фиалки по средам · книга
11. «

    Видишь ли, мы, женщины своими требованиями и капризами можем довести мужчину до грани, до той критической точки, за которой следует разрыв, но главное, вовремя остановиться и не переходить эту грань. Иначе семье, какой бы она ни была, придёт конец.

    Видишь ли, мы, женщины своими требованиями и капризами можем довести мужчину до грани, до той критической точки, за которой следует разрыв, но главное, вовремя остановиться и не переходить эту грань. Иначе семье, какой бы она ни была, придёт конец.

    — Эдме Ларивьер · книга
12. «

    Вы знаете, что женщина может быть вещью или личностью. Она — личность, если сохраняет независимость от мужчины, которого любит, самостоятельна в своих взглядах и планах, госпожа своего тела и мыслей. Она — вещь, если позволяет обращаться с собою как с вещью, пусть прекрасной и драгоценной, но все же лишенной собственной воли, покорной желаниям и прихотям своего хозяина, похожей на лакомое блюдо, которым угощаются, когда придет охота. Очень долго женщина была только вещью. В древние времена она составляла часть военной добычи. Победитель имел право на захваченное оружие, золотые или серебряные сосуды и на пленниц. Все это считалось трофеями. Невольничий рынок, где можно было купить женщину, как покупают фрукты на Центральном рынке Парижа, существовал в нашей столице еще совсем недавно. Женщине нужно было завоевать экономическую независимость, чтобы сделаться личностью и успешно отстаивать свои права. Заметьте, многие мужчины жалеют, что женщина перестала быть вещью. Это было так удобно! Она была источником наслаждения, рожала детей, воспитывала их, вела домашнее хозяйство. Взамен она требовала лишь пищу, кров и немного внимания. Да и требовала ли она его? Через некоторое время после женитьбы муж начинал заглядываться на других женщин: муж-любовник без особых церемоний удалялся из дома.

    Вы знаете, что женщина может быть вещью или личностью. Она — личность, если сохраняет независимость от мужчины, которого любит, самостоятельна в своих взглядах и планах, госпожа своего тела и мыслей. Она — вещь, если позволяет обращаться с собою как с вещью, пусть прекрасной и драгоценной, но все же лишенной собственной воли, покорной желаниям и прихотям своего хозяина, похожей на лакомое блюдо, которым угощаются, когда придет охота. Очень долго женщина была только вещью. В древние времена она составляла часть военной добычи. Победитель имел право на захваченное оружие, золотые или серебряные сосуды и на пленниц. Все это считалось трофеями. Невольничий рынок, где можно было купить женщину, как покупают фрукты на Центральном рынке Парижа, существовал в нашей столице еще совсем недавно. Женщине нужно было завоевать экономическую независимость, чтобы сделаться личностью и успешно отстаивать свои права. Заметьте, многие мужчины жалеют, что женщина перестала быть вещью. Это было так удобно! Она была источником наслаждения, рожала детей, воспитывала их, вела домашнее хозяйство. Взамен она требовала лишь пищу, кров и немного внимания. Да и требовала ли она его? Через некоторое время после женитьбы муж начинал заглядываться на других женщин: муж-любовник без особых церемоний удалялся из дома.

    — Письма незнакомке · книга
13. «

    Люди не сумели придумать новых игрушек. Для девочек — куклы и кухонная утварь, для мальчиков — война и средства передвижения; вот извечные темы. Разумеется, характер войны меняется. И вместо вооружения индейца племени сиу — лука и стрел — теперь в витринах можно увидеть «игрушечный бомбардировщик в комплекте с бомбой, которая автоматически сбрасывается на макет городка». Это не назовешь прогрессом. Зато куклы — к их чести — не меняются. Ведь именно женщина, как говорил Ален, сохраняет то, что следует сохранить, дабы мужчина оставался человеком. Так пусть она поможет нам даровать миру мир.

    Люди не сумели придумать новых игрушек. Для девочек — куклы и кухонная утварь, для мальчиков — война и средства передвижения; вот извечные темы. Разумеется, характер войны меняется. И вместо вооружения индейца племени сиу — лука и стрел — теперь в витринах можно увидеть «игрушечный бомбардировщик в комплекте с бомбой, которая автоматически сбрасывается на макет городка». Это не назовешь прогрессом. Зато куклы — к их чести — не меняются. Ведь именно женщина, как говорил Ален, сохраняет то, что следует сохранить, дабы мужчина оставался человеком. Так пусть она поможет нам даровать миру мир.

    — Письма незнакомке · книга
14. «

    Дабы моногамия не обернулась монотонностью, нужно зорко следить за тем, чтобы нежность и её формы её выражения чередовались с чем-то иным.

    Дабы моногамия не обернулась монотонностью, нужно зорко следить за тем, чтобы нежность и её формы её выражения чередовались с чем-то иным.

    — Письма незнакомке · книга
15. «

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.

    — Превратности любви · книга
16. «

    Цинизм опасен прежде всего потому, что он возводит злобу в добродетель.

    Цинизм опасен прежде всего потому, что он возводит злобу в добродетель.

    — Искусство беседы · книга
17. «

    Молодые люди – если только им не посчастливится сразу же встретить из ряда вон выходящую любовницу или жену – неизбежно приходят к этому надменному эгоизму. Они гонятся за какой-то законченной системой. А женщины инстинктивно знают, что все такие попытки напрасны, и в этих поисках они следуют за мужчинами лишь из снисходительности.

    Молодые люди – если только им не посчастливится сразу же встретить из ряда вон выходящую любовницу или жену – неизбежно приходят к этому надменному эгоизму. Они гонятся за какой-то законченной системой. А женщины инстинктивно знают, что все такие попытки напрасны, и в этих поисках они следуют за мужчинами лишь из снисходительности.

    — Превратности любви · книга
18. «

    Ложь чаще проистекает от безразличия, чем от притворства.

    Ложь чаще проистекает от безразличия, чем от притворства.

    — Искусство беседы · книга
19. «

    — Ради кого же мне теперь бороться?.. — Да ради себя самого… Ради людей, которые полюбят вас, которых вы непременно встретите… Только оттого, что в тяжёлую для вас минуту некоторые женщины вели себя недостойно, не следует неверно судить обо всех остальных…

    — Ради кого же мне теперь бороться?.. — Да ради себя самого… Ради людей, которые полюбят вас, которых вы непременно встретите… Только оттого, что в тяжёлую для вас минуту некоторые женщины вели себя недостойно, не следует неверно судить обо всех остальных…

    — Жан Монье · книга
20. «

    ... убежать, дав перед этим понять, что она не имеет ничего против преследования, отказать, оставляя, однако, проблеск надежды: «Возможно, завтра я буду ваша». И уж тогда незадачливые мужчины последуют за нею хоть на край света.

    ... убежать, дав перед этим понять, что она не имеет ничего против преследования, отказать, оставляя, однако, проблеск надежды: «Возможно, завтра я буду ваша». И уж тогда незадачливые мужчины последуют за нею хоть на край света.

    — Письма незнакомке · книга