286 фраз Андре Моруы для статуса

Подборка из 286 цитат Андре Моруы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Блаженны нежные и кроткие женщины, их будут любить сильнее.

   Блаженны нежные и кроткие женщины, их будут любить сильнее.

   — Письма незнакомке · книга
2. «

   Ни один человек не способен жить недели, а уж тем более годы, в атмосфере нежной страсти. Все утомляет, даже то, что тебя любят.

   Ни один человек не способен жить недели, а уж тем более годы, в атмосфере нежной страсти. Все утомляет, даже то, что тебя любят.

   — Письма незнакомке · книга
3. «

   Газеты по мудрости своей предлагают читателям решать кроссворды, подобно тому как церковь по своей бесконечной предусмотрительности предписывала верующим перебирать чётки. И то и другое — превосходное лекарство, с помощью которого человек избавляется от навязчивых мыслей, тяжёлых дум и рефлексии — худшей из пыток.

   Газеты по мудрости своей предлагают читателям решать кроссворды, подобно тому как церковь по своей бесконечной предусмотрительности предписывала верующим перебирать чётки. И то и другое — превосходное лекарство, с помощью которого человек избавляется от навязчивых мыслей, тяжёлых дум и рефлексии — худшей из пыток.

   — Письма незнакомке · книга
4. «

   Да что может писатель найти в мире такого, что нежило бы уже в нём самом? Разве Пруст покидал свою обитель? Разве Толстой уезжал из своей деревни? Когда его спрашивали, кто такая Наташа, он отвечал: «Наташа — это я».

   Да что может писатель найти в мире такого, что нежило бы уже в нём самом? Разве Пруст покидал свою обитель? Разве Толстой уезжал из своей деревни? Когда его спрашивали, кто такая Наташа, он отвечал: «Наташа — это я».

   — Сиврак · книга
5. «

   Он невольно придержал ее за талию. Она молниеносно обернулась к нему и поцеловала прямо в губы. — Будь что будет, Антуан! Уж очень мне этого хотелось! Трудно держаться на расстоянии от человека, который когда-то был тебе близок... Помните, как мы целовались на теннисном корте? О, я вижу, вы шокированы.., Вы остались настоящим Кеснэ... Не сомневаюсь, что вы всегда были верным мужем... — На редкость верным... Беспорочным... — Это на протяжении десяти-то лет? Бедный Антуан!... И вы счастливы? — Совершенно счастлив. — Если так, все хорошо, милый Антуан. Вот только не пойму, отчего у вас такой несчастливый вид. — С чего вы это взяли? — Не знаю... Просто, чувствую в вас какую-то неудовлетворенность, раздражение, какую-то неприкаянность... Что бы вы там ни говорили, Антуан, все же вы были настоящим Кеснэ из Пон-де-л'Эра, то есть человеком деятельным, привыкшим руководить людьми. А теперь вы живете здесь, оставив любимое дело и своих друзей... Я знаю: вы все принесли в жертву вкусам вашей жены... Но трудно себе представить, что вы никогда не жалеете об этом... — Может быть, вначале я действительно немного тосковал... Но потом я нашел себе другое занятие. Всю жизнь я питал пристрастие к истории... Теперь я занялся этой наукой всерьез... Я даже написал несколько книг, которые имели некоторый успех. — Некоторый, говорите вы? Ваши произведения имели огромный успех, Антуан, это замечательные работы... Особенно ваш труд о Людовике XI... — Вы читали мои книги? — Читала ли я их?! Да сотни раз! Во-первых, я тоже обожаю историю... А во-вторых, я искала в них вас, Антуан...

   Он невольно придержал ее за талию. Она молниеносно обернулась к нему и поцеловала прямо в губы. — Будь что будет, Антуан! Уж очень мне этого хотелось! Трудно держаться на расстоянии от человека, который когда-то был тебе близок... Помните, как мы целовались на теннисном корте? О, я вижу, вы шокированы.., Вы остались настоящим Кеснэ... Не сомневаюсь, что вы всегда были верным мужем... — На редкость верным... Беспорочным... — Это на протяжении десяти-то лет? Бедный Антуан!... И вы счастливы? — Совершенно счастлив. — Если так, все хорошо, милый Антуан. Вот только не пойму, отчего у вас такой несчастливый вид. — С чего вы это взяли? — Не знаю... Просто, чувствую в вас какую-то неудовлетворенность, раздражение, какую-то неприкаянность... Что бы вы там ни говорили, Антуан, все же вы были настоящим Кеснэ из Пон-де-л'Эра, то есть человеком деятельным, привыкшим руководить людьми. А теперь вы живете здесь, оставив любимое дело и своих друзей... Я знаю: вы все принесли в жертву вкусам вашей жены... Но трудно себе представить, что вы никогда не жалеете об этом... — Может быть, вначале я действительно немного тосковал... Но потом я нашел себе другое занятие. Всю жизнь я питал пристрастие к истории... Теперь я занялся этой наукой всерьез... Я даже написал несколько книг, которые имели некоторый успех. — Некоторый, говорите вы? Ваши произведения имели огромный успех, Антуан, это замечательные работы... Особенно ваш труд о Людовике XI... — Вы читали мои книги? — Читала ли я их?! Да сотни раз! Во-первых, я тоже обожаю историю... А во-вторых, я искала в них вас, Антуан...

   — Добрый вечер, Милочка · книга
6. «

   У большинства людей вялость и лень сильнее даже их честолюбия. Отсюда — успех дураков.

   У большинства людей вялость и лень сильнее даже их честолюбия. Отсюда — успех дураков.

   — Искусство беседы · книга
7. «

   Любовь лучше переносит разлуку и смерть, нежели сомнения и измену.

   Любовь лучше переносит разлуку и смерть, нежели сомнения и измену.

   — Филипп · книга
8. «

   Счастье не во внешних событиях. Оно в сердцах тех, кого они затрагивают. Счастье — состояние души.

   Счастье не во внешних событиях. Оно в сердцах тех, кого они затрагивают. Счастье — состояние души.

   — Письма незнакомке · книга
9. «

   Любовь, словно по волшебству, рождает воспоминания о чудесном прошлом, хотя прошлое вовсе не обязательно было чудесным.

   Любовь, словно по волшебству, рождает воспоминания о чудесном прошлом, хотя прошлое вовсе не обязательно было чудесным.

   — Гийом Фонтен · книга
10. «

    Наивность, нравящаяся мечтателям, бесит людей действия.

    Наивность, нравящаяся мечтателям, бесит людей действия.

    — По вине Бальзака · книга
11. «

    Самые лучшие оракулы изъяснялись загадками.

    Самые лучшие оракулы изъяснялись загадками.

    — Письма незнакомке · книга
12. «

    Жизненный опыт даёт нам радость только тогда, когда мы можем передать его другим.

    Жизненный опыт даёт нам радость только тогда, когда мы можем передать его другим.

    — Искусство беседы · книга
13. «

    Есть люди, в чьих глазах мы по чистой случайности начинаем играть какую-то роль; заметив это, мы из любезности, которая нам ничего не стоит, соглашаемся на эту роль в их присутствии, и не их в том вина, если они принимают нас не за тех, кто мы есть.

    Есть люди, в чьих глазах мы по чистой случайности начинаем играть какую-то роль; заметив это, мы из любезности, которая нам ничего не стоит, соглашаемся на эту роль в их присутствии, и не их в том вина, если они принимают нас не за тех, кто мы есть.

    — Искусство беседы · книга
14. «

    Наше время жаждет нежности и любви. Под напускным цинизмом оно прячет тоску по настоящим чувствам.

    Наше время жаждет нежности и любви. Под напускным цинизмом оно прячет тоску по настоящим чувствам.

    — Фиалки по средам · книга
15. «

    Не стоит ориентироваться на общественное мнение. Это не маяк, а блуждающие огни.

    Не стоит ориентироваться на общественное мнение. Это не маяк, а блуждающие огни.
16. «

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.

    Я называю снобами людей, которые притворно восхищаются тем, чего в действительности не любят и не понимают. Снобизм — это порок.

    — Превратности любви · книга
17. «

    Вы знаете, что женщина может быть вещью или личностью. Она — личность, если сохраняет независимость от мужчины, которого любит, самостоятельна в своих взглядах и планах, госпожа своего тела и мыслей. Она — вещь, если позволяет обращаться с собою как с вещью, пусть прекрасной и драгоценной, но все же лишенной собственной воли, покорной желаниям и прихотям своего хозяина, похожей на лакомое блюдо, которым угощаются, когда придет охота. Очень долго женщина была только вещью. В древние времена она составляла часть военной добычи. Победитель имел право на захваченное оружие, золотые или серебряные сосуды и на пленниц. Все это считалось трофеями. Невольничий рынок, где можно было купить женщину, как покупают фрукты на Центральном рынке Парижа, существовал в нашей столице еще совсем недавно. Женщине нужно было завоевать экономическую независимость, чтобы сделаться личностью и успешно отстаивать свои права. Заметьте, многие мужчины жалеют, что женщина перестала быть вещью. Это было так удобно! Она была источником наслаждения, рожала детей, воспитывала их, вела домашнее хозяйство. Взамен она требовала лишь пищу, кров и немного внимания. Да и требовала ли она его? Через некоторое время после женитьбы муж начинал заглядываться на других женщин: муж-любовник без особых церемоний удалялся из дома.

    Вы знаете, что женщина может быть вещью или личностью. Она — личность, если сохраняет независимость от мужчины, которого любит, самостоятельна в своих взглядах и планах, госпожа своего тела и мыслей. Она — вещь, если позволяет обращаться с собою как с вещью, пусть прекрасной и драгоценной, но все же лишенной собственной воли, покорной желаниям и прихотям своего хозяина, похожей на лакомое блюдо, которым угощаются, когда придет охота. Очень долго женщина была только вещью. В древние времена она составляла часть военной добычи. Победитель имел право на захваченное оружие, золотые или серебряные сосуды и на пленниц. Все это считалось трофеями. Невольничий рынок, где можно было купить женщину, как покупают фрукты на Центральном рынке Парижа, существовал в нашей столице еще совсем недавно. Женщине нужно было завоевать экономическую независимость, чтобы сделаться личностью и успешно отстаивать свои права. Заметьте, многие мужчины жалеют, что женщина перестала быть вещью. Это было так удобно! Она была источником наслаждения, рожала детей, воспитывала их, вела домашнее хозяйство. Взамен она требовала лишь пищу, кров и немного внимания. Да и требовала ли она его? Через некоторое время после женитьбы муж начинал заглядываться на других женщин: муж-любовник без особых церемоний удалялся из дома.

    — Письма незнакомке · книга
18. «

    Ах, господин Шмит, все вы, неверующие, похожи на мотыльков, которые пляшут в лучах солнца и не задумываются о том, что к вечеру их уже не станет.

    Ах, господин Шмит, все вы, неверующие, похожи на мотыльков, которые пляшут в лучах солнца и не задумываются о том, что к вечеру их уже не станет.

    — Дениза · книга
19. «

    ... Злобные языки никого не щадят, а дурные вести разносятся быстро. Есть люди, которые счастливы лишь тогда, когда заставляют страдать других.

    ... Злобные языки никого не щадят, а дурные вести разносятся быстро. Есть люди, которые счастливы лишь тогда, когда заставляют страдать других.

    — Сентябрьские розы · книга
20. «

    Сколько советов! Давать-то их легко, а следовать им трудно.

    Сколько советов! Давать-то их легко, а следовать им трудно.

    — Письма незнакомке · книга