Андре Жид: 18 высказываний о главном

Ниже 18 цитат Андре Жида — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Оружие, — сказал он мне, — значит меньше, чем рука, которая его держит; рука значит меньше, чем разумная воля, которая ее направляет.

   Оружие, — сказал он мне, — значит меньше, чем рука, которая его держит; рука значит меньше, чем разумная воля, которая ее направляет.

   — Эгей · книга
2. «

   Если муж уступает жене, это в девяти случаях из десяти признак того, что за ним водятся грешки.

   Если муж уступает жене, это в девяти случаях из десяти признак того, что за ним водятся грешки.

   — Фальшивомонетчики · книга
3. «

   Куда бы ты ни пошел, ты можешь встретить только Бога.

   Куда бы ты ни пошел, ты можешь встретить только Бога.

   — Яства земные · книга
4. «

   Для француза немыслимо дожить до средних лет, не получив сифилис и орден Почетного легиона.

   Для француза немыслимо дожить до средних лет, не получив сифилис и орден Почетного легиона.

   — Фальшивомонетчики · книга
5. «

   Брось мою книгу; скажи себе, что в ней лишь одна из тысяч возможных жизненных позиций. Ищи свою. Никогда не делай того, что кто-то другой смог бы сделать так же хорошо, как ты. Никогда не говори и не пиши того, что кто-то другой смог бы сказать или написать так же хорошо, как ты. — Берись лишь за то, что, как ты чувствуешь, не сможет сделать никто, кроме тебя, и, терпеливо или нетерпеливо, делай себя самым неповторимым из всех созданий.

   Брось мою книгу; скажи себе, что в ней лишь одна из тысяч возможных жизненных позиций. Ищи свою. Никогда не делай того, что кто-то другой смог бы сделать так же хорошо, как ты. Никогда не говори и не пиши того, что кто-то другой смог бы сказать или написать так же хорошо, как ты. — Берись лишь за то, что, как ты чувствуешь, не сможет сделать никто, кроме тебя, и, терпеливо или нетерпеливо, делай себя самым неповторимым из всех созданий.

   — Яства земные · книга
6. «

   Сколько вещей можно было бы устроить легко, не будь тех химерических затруднений, которые люди любят иногда себе выдумывать. С самого детства сколько раз мы отказываемся сделать намеченное нами дело единственно потому, что вокруг нас все время повторяют: он никогда этого не сделает!

   Сколько вещей можно было бы устроить легко, не будь тех химерических затруднений, которые люди любят иногда себе выдумывать. С самого детства сколько раз мы отказываемся сделать намеченное нами дело единственно потому, что вокруг нас все время повторяют: он никогда этого не сделает!

   — Пасторальная симфония · книга
7. «

   Очень грустно, когда любовь вместо того, чтобы приносить в жизни счастье, несет страдание... Очевидно, Бог тоже любит нас такой любовью.

   Очень грустно, когда любовь вместо того, чтобы приносить в жизни счастье, несет страдание... Очевидно, Бог тоже любит нас такой любовью.

   — Г-н де Лаперуз · книга
8. «

   Мне кажется иногда, что я не существую на самом деле, но лишь воображаю, будто существую. Наибольшего труда мне стоит заставить себя поверить в собственную реальность. Моя реальность беспрестанно ускользает от меня, и когда я смотрю на свои действия, то плохо понимаю, почему тот, кого я вижу действующим, тождествен с тем, кто смотрит, удивляется и сомневается, что он может быть актером и зрителем одновременно.

   Мне кажется иногда, что я не существую на самом деле, но лишь воображаю, будто существую. Наибольшего труда мне стоит заставить себя поверить в собственную реальность. Моя реальность беспрестанно ускользает от меня, и когда я смотрю на свои действия, то плохо понимаю, почему тот, кого я вижу действующим, тождествен с тем, кто смотрит, удивляется и сомневается, что он может быть актером и зрителем одновременно.

   — Фальшивомонетчики · книга
9. «

   Благодеяния <...> бывают приятны только в тех случаях, когда мы имеем возможность платить тем же.

   Благодеяния <...> бывают приятны только в тех случаях, когда мы имеем возможность платить тем же.

   — Фальшивомонетчики · книга
10. «

    Если ты будешь приносить сюда свои сожаления, заботы, угрызения совести, лучше не приходи. <...> У меня, как в мечети, входя, разуваются, чтобы не приносить со двора грязи.

    Если ты будешь приносить сюда свои сожаления, заботы, угрызения совести, лучше не приходи. <...> У меня, как в мечети, входя, разуваются, чтобы не приносить со двора грязи.

    — Лилиан Гриффите · книга
11. «

    Когда ты так близок к тому, чтобы покинуть землю, то охотно улыбаешься всему, что обещает тебе хоть какое-то продление жизни.

    Когда ты так близок к тому, чтобы покинуть землю, то охотно улыбаешься всему, что обещает тебе хоть какое-то продление жизни.

    — Бенджамин Флош · книга
12. «

    Психологический анализ утратил для меня всякий интерес с того дня, как я подметил, что человек испытывает то, что он воображает, будто испытывает. Отсюда недалеко от мысли, что он воображает, будто испытывает то, что испытывает.

    Психологический анализ утратил для меня всякий интерес с того дня, как я подметил, что человек испытывает то, что он воображает, будто испытывает. Отсюда недалеко от мысли, что он воображает, будто испытывает то, что испытывает.

    — Эдуард · книга
13. «

    Приходит день, когда взору предстает истинное существо, с которого время медленно сдирает все взятые напрокат одежды, и если другого прельщали именно эти наряды, то он вдруг убеждается, что прижимает к своему сердцу только мертвые украшения, только воспоминание... только печать и отчаяние.

    Приходит день, когда взору предстает истинное существо, с которого время медленно сдирает все взятые напрокат одежды, и если другого прельщали именно эти наряды, то он вдруг убеждается, что прижимает к своему сердцу только мертвые украшения, только воспоминание... только печать и отчаяние.

    — Фальшивомонетчики · книга
14. «

    Я всегда являюсь тем, чем я считаю себя – а мои представления о себе беспрестанно меняются, – так что, если бы я не связывал этих представлений друг с другом, мое утреннее существо часто не узнавало бы моего вечернего существа. Ничто не может быть более отличным от меня, чем я сам. Лишь когда я остаюсь в одиночестве, основа моего характера иногда открывается мне, и в такие минуты я достигаю некоторой подлинной цельности, но тогда мне кажется, что жизнь моя замедляется, останавливается и что я, собственно, перестаю существовать.

    Я всегда являюсь тем, чем я считаю себя – а мои представления о себе беспрестанно меняются, – так что, если бы я не связывал этих представлений друг с другом, мое утреннее существо часто не узнавало бы моего вечернего существа. Ничто не может быть более отличным от меня, чем я сам. Лишь когда я остаюсь в одиночестве, основа моего характера иногда открывается мне, и в такие минуты я достигаю некоторой подлинной цельности, но тогда мне кажется, что жизнь моя замедляется, останавливается и что я, собственно, перестаю существовать.

    — Эдуард · книга
15. «

    Всё давно уже сказано, но так как никто не слушает, приходится постоянно возвращаться назад и повторять всё сначала.

    Всё давно уже сказано, но так как никто не слушает, приходится постоянно возвращаться назад и повторять всё сначала.
16. «

    Верьте тем, кто ищет истину; не доверяйте тем, кто нашел её. =========================== Верь тем, кто ищет истину, сомневайся в тех кто её нашёл.

    Верьте тем, кто ищет истину; не доверяйте тем, кто нашел её. =========================== Верь тем, кто ищет истину, сомневайся в тех кто её нашёл.
17. «

    Пусть каждое твое ожидание, не становясь желанием, будет просто готовностью к встрече. Жди всего, что может к тебе прийти, но желай лишь того, что к тебе пришло. Желай лишь того, что имеешь.

    Пусть каждое твое ожидание, не становясь желанием, будет просто готовностью к встрече. Жди всего, что может к тебе прийти, но желай лишь того, что к тебе пришло. Желай лишь того, что имеешь.

    — Яства земные · книга
18. «

    У женщин удивительная склонность к самопожертвованию. Любимый мужчина для них чаще всего своего рода вешалка, на которую они вешают свою любовь.

    У женщин удивительная склонность к самопожертвованию. Любимый мужчина для них чаще всего своего рода вешалка, на которую они вешают свою любовь.

    — Эдуард · книга