35 цитат Андрея Курпатова, ставших крылатыми

Андрей Курпатов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 35 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   «Только две вещи случаются с нами в абсолютном одиночестве: смерть и понимание». Мы и умираем в одиночку, и что-либо понять можем только своим умом. Другой за нас не умрёт, другой за нас не осознает.

   «Только две вещи случаются с нами в абсолютном одиночестве: смерть и понимание». Мы и умираем в одиночку, и что-либо понять можем только своим умом. Другой за нас не умрёт, другой за нас не осознает.

   — Красная таблетка · книга
2. «

   Они познакомились с ним еще в университете. И были друзьями, ну, или считались таковыми. Поскольку у Кирилла в принципе не было друзей, то, с учетом оговорок, его отношения с Ильей действительно можно было бы назвать дружескими. Так или иначе, но это были особенные отношения, которые с течением времени становились все более и более непростыми. Окружающим Илья и Кирилл казались очень похожими друг на друга. Некоторые даже всерьез утверждали, что они – братья. Оба отличались умом, хваткой и жесткостью. Что-то странно общее было в их способе принимать решения, в их поступках, образе мыслей. Они увлекались одними и теми же проблемами, читали одни и те же книги, у них были совместные дела и общие «правила игры». Кирилл, как робот, лишенный всякой человечности, не понимал, что такое искренность и откровенность. Для него эти понятия были синонимом «слабости». Илья думал иначе. Чтобы быть открытым и искренним, Илье требовались огромные усилия. Так что подобные проявления человеческой натуры он считал проявлениями силы, а не слабости. Впрочем, все это Илья понял слишком поздно

   Они познакомились с ним еще в университете. И были друзьями, ну, или считались таковыми. Поскольку у Кирилла в принципе не было друзей, то, с учетом оговорок, его отношения с Ильей действительно можно было бы назвать дружескими. Так или иначе, но это были особенные отношения, которые с течением времени становились все более и более непростыми. Окружающим Илья и Кирилл казались очень похожими друг на друга. Некоторые даже всерьез утверждали, что они – братья. Оба отличались умом, хваткой и жесткостью. Что-то странно общее было в их способе принимать решения, в их поступках, образе мыслей. Они увлекались одними и теми же проблемами, читали одни и те же книги, у них были совместные дела и общие «правила игры». Кирилл, как робот, лишенный всякой человечности, не понимал, что такое искренность и откровенность. Для него эти понятия были синонимом «слабости». Илья думал иначе. Чтобы быть открытым и искренним, Илье требовались огромные усилия. Так что подобные проявления человеческой натуры он считал проявлениями силы, а не слабости. Впрочем, все это Илья понял слишком поздно

   — Возьми с собой плеть (вторая скрижаль завета) · книга
3. «

   Когда у вас есть настоящий друг, вы на самом деле знаете не его самого, а о множестве его отношений с другими людьми. Вы знаете, каков он в отношениях со своими родителями, с супругом (супругой), с детьми, с начальником и подчинёнными, с другими вашими общими знакомыми. Именно эти отношения и задают его, так сказать, психологический объём в вашем восприятии.

   Когда у вас есть настоящий друг, вы на самом деле знаете не его самого, а о множестве его отношений с другими людьми. Вы знаете, каков он в отношениях со своими родителями, с супругом (супругой), с детьми, с начальником и подчинёнными, с другими вашими общими знакомыми. Именно эти отношения и задают его, так сказать, психологический объём в вашем восприятии.

   — Красная таблетка · книга
4. «

   Первая эмоция человека — эмоция горя. Мы не приходим в мир, как иногда любят говорить, мы исторгаемся из мира, которым для нас было тело нашей матери. Сразу же мы узнаем две важные вещи: то, что существование наше не будет безоблачным, и то, что мы очень нуждаемся в наших родителях. Нам предстоит расти, но с нами будет расти и тревога. Правда, поначалу она не осознается, но то, что она будет связана с нашими родителями и проявится в отношениях с ними, ясно уже сейчас.

   Первая эмоция человека — эмоция горя. Мы не приходим в мир, как иногда любят говорить, мы исторгаемся из мира, которым для нас было тело нашей матери. Сразу же мы узнаем две важные вещи: то, что существование наше не будет безоблачным, и то, что мы очень нуждаемся в наших родителях. Нам предстоит расти, но с нами будет расти и тревога. Правда, поначалу она не осознается, но то, что она будет связана с нашими родителями и проявится в отношениях с ними, ясно уже сейчас.

   — 3 ошибки наших родителей. Конфликты и комплексы · книга
5. «

   Давайте всё-таки согласимся с фактом — мы такие, какие мы есть. С этим ничего не поделать. В небесной канцелярии нам выписали такую внешность, какая получилась, полагая, видимо, что и с ней мы вполне сможем быть счастливы.

   Давайте всё-таки согласимся с фактом — мы такие, какие мы есть. С этим ничего не поделать. В небесной канцелярии нам выписали такую внешность, какая получилась, полагая, видимо, что и с ней мы вполне сможем быть счастливы.

   — 11 интимных вопросов. Секс большого города · книга
6. «

   Мы пришли в этот мир, ничего толком не соображая, не имея никакой собственной позиции, и на нас надели то мировоззрение, которое на тот момент и на данной территории было в моде.

   Мы пришли в этот мир, ничего толком не соображая, не имея никакой собственной позиции, и на нас надели то мировоззрение, которое на тот момент и на данной территории было в моде.

   — Красная таблетка · книга
7. «

   Именно то, к чему мы привязаны, является нашим слабым звеном, именно наши желания, сталкивающиеся с невозможностью своей реализации, и сводят нас с ума.

   Именно то, к чему мы привязаны, является нашим слабым звеном, именно наши желания, сталкивающиеся с невозможностью своей реализации, и сводят нас с ума.

   — Средство от усталости · книга
8. «

   Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.

   Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.

   — Красная таблетка · книга
9. «

   Зная неприятную правду о том, что мы вынуждены играть по правилам своего мозга – ленивого, прожорливого, созданного эволюцией для решения примитивных задач выживания, а вовсе не для какой-то большой и красивой истории, на которую мы рассчитываем, – мы получаем люфт для самостоятельного действия.

   Зная неприятную правду о том, что мы вынуждены играть по правилам своего мозга – ленивого, прожорливого, созданного эволюцией для решения примитивных задач выживания, а вовсе не для какой-то большой и красивой истории, на которую мы рассчитываем, – мы получаем люфт для самостоятельного действия.

   — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
10. «

    Наша личность, наше сознание и вообще всё, что мы о себе думаем, – это лишь бутафорский наряд, это английская королева, которая царствует, но не правит.

    Наша личность, наше сознание и вообще всё, что мы о себе думаем, – это лишь бутафорский наряд, это английская королева, которая царствует, но не правит.

    — Красная таблетка · книга
11. «

    ... как вера в доллар. Мы же верим, что эта бумажка что-то стоит. Она не стоит, просто большое количество людей в это верит. И когда вы спрашиваете себя, что происходит на самом деле, вы понимаете, что большое количество людей верят в эту бумажку.

    ... как вера в доллар. Мы же верим, что эта бумажка что-то стоит. Она не стоит, просто большое количество людей в это верит. И когда вы спрашиваете себя, что происходит на самом деле, вы понимаете, что большое количество людей верят в эту бумажку.
12. «

    Такова логика нашего сознания – оно сопротивляется вдумчивому мышлению, сложному и всестороннему исследованию, по-настоящему глубокому проникновению в тему.

    Такова логика нашего сознания – оно сопротивляется вдумчивому мышлению, сложному и всестороннему исследованию, по-настоящему глубокому проникновению в тему.

    — Красная таблетка · книга
13. «

    Это научный факт: то, что мы помним, знаем или думаем, зависит не от реального положения дел, а от того, в какую именно игру с нами играет наш мозг. Он не хочет помнить плохое — и вуаля, вы этого не помните!

    Это научный факт: то, что мы помним, знаем или думаем, зависит не от реального положения дел, а от того, в какую именно игру с нами играет наш мозг. Он не хочет помнить плохое — и вуаля, вы этого не помните!

    — Красная таблетка · книга
14. «

    Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.

    Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.

    — Красная таблетка-2. Вся правда об успехе · книга
15. «

    Если человек действительно ответственен и серьёзен, то он должен понимать, что неврастения — это болезнь, и болезнь серьёзная, с ней не шутят. Можно, конечно, гнать себя днём и ночью, как ездовую лошадь, но у всего есть предел, и в какой-то момент эта лошадь просто, мягко выражаясь, выйдет из строя.

    Если человек действительно ответственен и серьёзен, то он должен понимать, что неврастения — это болезнь, и болезнь серьёзная, с ней не шутят. Можно, конечно, гнать себя днём и ночью, как ездовую лошадь, но у всего есть предел, и в какой-то момент эта лошадь просто, мягко выражаясь, выйдет из строя.

    — Средство от усталости · книга
16. «

    Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.

    Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.

    — Красная таблетка · книга
17. «

    Нам кажется, что всякий раз мы действовали разумно, осмысленно, продуманно. Но нам только так казалось. Соответствующее решение принимал и продолжает принимать наш мозг. Причём это воронка: сначала мозг принимает какое-то решение, а потом сам же и адаптируется к его последствиям.

    Нам кажется, что всякий раз мы действовали разумно, осмысленно, продуманно. Но нам только так казалось. Соответствующее решение принимал и продолжает принимать наш мозг. Причём это воронка: сначала мозг принимает какое-то решение, а потом сам же и адаптируется к его последствиям.

    — Красная таблетка · книга
18. «

    Если вы действительно сможете осознать, что ваша личность – это надуманная иллюзия, а ценности – просто условности, которые приняты в обществе и признаны, насколько это возможно, дисциплинировать граждан, то вы освободитесь от заблуждений и лжи, а будучи свободными, вы иначе увидите всё то, что, возможно, кажется вам сейчас таким «ужасным».

    Если вы действительно сможете осознать, что ваша личность – это надуманная иллюзия, а ценности – просто условности, которые приняты в обществе и признаны, насколько это возможно, дисциплинировать граждан, то вы освободитесь от заблуждений и лжи, а будучи свободными, вы иначе увидите всё то, что, возможно, кажется вам сейчас таким «ужасным».

    — Красная таблетка · книга
19. «

    Наше самоопределение не появляется у нас в голове; оно складывается из наших поступков.

    Наше самоопределение не появляется у нас в голове; оно складывается из наших поступков.

    — Ретт Браун · книга
20. «

    Если ты хочешь справиться с тревогой, с внутренним напряжением, с депрессией, нужно засучить рукова и менять себя — изменять свои привычки и образ мысли.

    Если ты хочешь справиться с тревогой, с внутренним напряжением, с депрессией, нужно засучить рукова и менять себя — изменять свои привычки и образ мысли.

    — Любить или не любить? · книга