Что говорила Анна Андреевна Ахматова: 179 цитат

Ниже 179 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Все мы немного у жизни в гостях. Жизнь — это только привычка.

   Все мы немного у жизни в гостях. Жизнь — это только привычка.
2. «

   Важно с девочками простились, на ходу целовали мать, Во всё новое нарядились, как в солдатики шли играть. Ни плохих, ни хороших, ни средних... Все они по своим местам. Где ни первых нет, ни последних... Все они опочили там.

   Важно с девочками простились, на ходу целовали мать, Во всё новое нарядились, как в солдатики шли играть. Ни плохих, ни хороших, ни средних... Все они по своим местам. Где ни первых нет, ни последних... Все они опочили там.
3. «

   Тешил — ужас. Грела — вьюга. вел вдоль смерти — мрак. Отняты мы друг у друга... Разве можно так? Если хочешь — расколдую, Доброй быть позволь. Выбирай себе любую, Но не эту боль.

   Тешил — ужас. Грела — вьюга. вел вдоль смерти — мрак. Отняты мы друг у друга... Разве можно так? Если хочешь — расколдую, Доброй быть позволь. Выбирай себе любую, Но не эту боль.
4. «

   У поэта существуют тайные отношения со всем, что он когда-то сочинил, и они часто противоречат тому, что думает о том или ином стихотворении читатель.

   У поэта существуют тайные отношения со всем, что он когда-то сочинил, и они часто противоречат тому, что думает о том или ином стихотворении читатель.
5. «

   И упало каменное слово На мою еще живую грудь. Ничего, ведь я была готова, Справлюсь с этим как-нибудь.

   И упало каменное слово На мою еще живую грудь. Ничего, ведь я была готова, Справлюсь с этим как-нибудь.
6. «

   И казалось, что после конца Никогда ничего не бывает.

   И казалось, что после конца Никогда ничего не бывает.
7. «

   И снова осень валит Тамерланом, В арбатских переулках тишина. За полустанком или за туманом Дорога непроезжая черна. Так вот она, последняя! И ярость Стихает. Всё равно что мир оглох... Могучая евангельская старость И тот горчайший гефсиманский вздох.

   И снова осень валит Тамерланом, В арбатских переулках тишина. За полустанком или за туманом Дорога непроезжая черна. Так вот она, последняя! И ярость Стихает. Всё равно что мир оглох... Могучая евангельская старость И тот горчайший гефсиманский вздох.
8. «

   Ты мог бы мне снится и реже, Ведь часто встречаемся мы, Но грустен, взволнован и нежен Ты только в святилище тьмы. И слаще хвалы серафима Мне губ твоих милая лесть... О, там ты не путаешь имя Моё. Не вздыхаешь, как здесь.

   Ты мог бы мне снится и реже, Ведь часто встречаемся мы, Но грустен, взволнован и нежен Ты только в святилище тьмы. И слаще хвалы серафима Мне губ твоих милая лесть... О, там ты не путаешь имя Моё. Не вздыхаешь, как здесь.
9. «

   Сплю — она одна надо мною. Ту, что люди зовут весною, Одиночеством я зову.

   Сплю — она одна надо мною. Ту, что люди зовут весною, Одиночеством я зову.
10. «

    Рухнул в себя, как в пропасть.

    Рухнул в себя, как в пропасть.
11. «

    Когда я называю по привычке Моих друзей заветных имена, Всегда на этой странной перекличке Мне отвечает только тишина.

    Когда я называю по привычке Моих друзей заветных имена, Всегда на этой странной перекличке Мне отвечает только тишина.
12. «

    А вы, мои друзья последнего призыва! Чтоб вас оплакивать, мне жизнь сохранена. Над вашей памятью не стыть плакучей ивой, А крикнуть на весь мир все ваши имена! Да что там имена! Ведь все равно — вы с нами!.. Все на колени, все! Багряный хлынул свет! И ленинградцы вновь идут сквозь дым рядами — Живые с мертвыми: для славы мертвых нет.

    А вы, мои друзья последнего призыва! Чтоб вас оплакивать, мне жизнь сохранена. Над вашей памятью не стыть плакучей ивой, А крикнуть на весь мир все ваши имена! Да что там имена! Ведь все равно — вы с нами!.. Все на колени, все! Багряный хлынул свет! И ленинградцы вновь идут сквозь дым рядами — Живые с мертвыми: для славы мертвых нет.
13. «

    Пива светлого наварено, На столе дымится гусь... Поминать царя да барина Станет праздничная Русь —

    Пива светлого наварено, На столе дымится гусь... Поминать царя да барина Станет праздничная Русь —
14. «

    Не приходи. Тебя не знаю. И чем могла б тебе помочь? От счастья я не исцеляю.

    Не приходи. Тебя не знаю. И чем могла б тебе помочь? От счастья я не исцеляю.
15. «

    Я думала: ты нарочно — Как взрослые хочешь быть. Я думала: томно-порочных Нельзя, как невест, любить.

    Я думала: ты нарочно — Как взрослые хочешь быть. Я думала: томно-порочных Нельзя, как невест, любить.
16. «

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали не раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас.

    Забудут? — вот чем удивили! Меня забывали не раз, Сто раз я лежала в могиле, Где, может быть, я и сейчас.
17. «

    Когда в тоске самоубийства Народ гостей немецких ждал, И дух суровый византийства От русской церкви отлетал,

    Когда в тоске самоубийства Народ гостей немецких ждал, И дух суровый византийства От русской церкви отлетал,
18. «

    Что нам разлука? — Лихая забава, Беды скучают без нас. Спьяну ли ввалится в горницу слава, Бьет ли тринадцатый час?

    Что нам разлука? — Лихая забава, Беды скучают без нас. Спьяну ли ввалится в горницу слава, Бьет ли тринадцатый час?
19. «

    И все, кого ты вправду любила, Живыми останутся для тебя.

    И все, кого ты вправду любила, Живыми останутся для тебя.
20. «

    Какая есть. Желаю вам другую, Получше.

    Какая есть. Желаю вам другую, Получше.